Рене Манфреди - Выше неба

Кристин выжидательно смотрела на нее, и Анна сказала:

– Меня зовут Анна. Последние несколько месяцев я была вторым руководителем группы «Служба настроения», – после чего кивнула и улыбнулась, чтобы показать, что она закончила.

– И? – заговорил Джек.

– И? – повторила Анна.

– Каково твое личное отношение к этой болезни? Что ты знаешь о ней на самом деле?

– Я медик по профессии, – сказала Анна.

– О, я вижу. А твой сынок? – Его глаза устремились в сторону Марвина, чьи глаза были сосредоточены на нежном личике Кристин. – Ты здесь по этой причине? Или сегодня день Возьми Своего Сынка в Группу Поддержки?

Анна повернулась к Кристин, но, к ее удивлению и разочарованию, та была сосредоточена только на Марвине.

– Так, – громко сказала Анна, – давайте-ка вспомним тему нашего собрания. – Сонные и удовлетворенные глаза Кристин скользнули с лица Марвина на лицо Анны.

– Йа-е-хоу! – воскликнул Джек, вращая воображаемое лассо.

Анна не обратила на это внимания. Но она обратила внимание на Кристин, которая открыто флиртовала с мужем ее дочери, вместо того чтобы делать свою работу.

– Кристин, может быть, ты хочешь объяснить новичкам, что наша цель заключается в том, чтобы обеспечить их навыками и поддержкой, необходимыми для жизни с этой болезнью и для того, чтобы помочь другим справиться с этим?

Кристин посмотрела на нее и медленно моргнула:

– Ты не могла бы повторить?

Все рассмеялись, и громче всех Джек.

– Анна, может быть, ты хочешь проанализировать свой приступ гнева? – спросил он.

Она спокойно посмотрела на него и улыбнулась так мило, как только могла:

– Нет, мать твою.

Все засмеялись еще громче.

– Аминь, сестра, – сказал Джек.

– А теперь… – Подняв брови, Анна глянула на Кристин, которая глазела на нее, словно в забытьи. – А теперь давайте определим цели нашего собрания.

Женщина в углу заговорила, Анна повернулась к ней. Элизабет, которая заразилась от бывшего партнера своей любовницы, бисексуала, которого женщины попросили стать отцом их ребенка. В итоге Элизабет потеряла ребенка, любовницу и заразилась СПИДом. Она была обозлена, как того и следовало ожидать, но все-таки умела толково возражать и спорить с Анной – практически по всякому поводу. Конечно, не на каждом собрании, но достаточно часто, поэтому для Анны это не было неожиданностью. Элизабет часто меняла свой стиль. На одной неделе она красовалась в нарядном платье, на следующей – в безрукавке, которая демонстрировала татуировки в китайском стиле. Ее волосы были такими короткими, что их можно было использовать как щетку для посуды. Сегодня она пришла в обычных джинсах Levi's, в белой футболке и в бархатной бледно-лиловой шляпе.

– Анна, со всем должным уважением к тебе я чувствую, что от тебя исходит какая-то враждебность, которой я раньше не замечала, – сказала Элизабет. – И я очень прошу тебя покинуть это собрание.

– Но она же ведет его, – возразил Джек.

– Как будто я этого не знаю, – сказала Элизабет. – Извините, но я присутствую на этих собраниях с самого начала, и мне кажется, что вы создаете проблемы, мистер.

– Успокойтесь! – попросила Анна. – Никаких обвинений, Элизабет. Ты права, я вышла из себя, чего не должна была делать. Давайте попробуем двигаться дальше, – и посмотрела на Джека.

– Возможно, нам нужно подойти к проблеме с другой стороны. – Элизабет посмотрела в ту же сторону. – Негативное отношение, даже в малых количествах, наносит вред окружающим.

Анна почувствовала, что ее терпение лопнуло, и она может потерять контроль над собой, чего не случалось на протяжении многих лет. Что сегодня с Элизабет? И что произошло с Кристин? Девчонка всегда была крепкой, как кирпич.

– Давайте продолжим. Пока вам не захочется еще что-нибудь добавить, Элизабет. – Уголком глаза Анна видела, что Марвин машет рукой, словно птица в клетке. Он вытягивал пальцы, потом сжимал их, вытягивал и сжимал, как обычно делала ее бабушка, когда надевала сетку для волос.

– Это группа поддержки. Мы здесь для того, чтобы делиться друг с другом, – агрессивно заявила Элизабет.

– Да, – согласилась Анна, – ты права. Только это трудно делать, обвиняя друг друга.

– Да. Снова аминь, сестренка. – Джеку начинала нравиться эта женщина.

– Но если один представитель группы заставляет нас чувствовать себя неуютно, неужели мы не можем попросить его уйти?

– Нет, – возразила Анна, – это не вам решать. Майкл, партнер Алана, чуть не подравшийся с ним из-за голубого носка на первом собрании, спросил:

– Это ты должна решать? – И посмотрел на нее.

– Я и Кристин.

При упоминании своего имени Кристин сказала:

– Да. Мы с Анной здесь, чтобы сохранить линию беседы открытой и непринужденной.

Джек фыркнул:

– Да, точно, твое общение достаточно непринужденное. С сыном Анны.

– Ты отвратителен! – вспылила Элизабет. – Мне до смерти надоел твой сарказм.

– Ты и так при смерти, милая.

– Почему бы вам с Анной не пойти и не выпить чего-нибудь за дверью? Вы оба сможете обмениваться колкостями, сколько вашей душе угодно.

– Сколько моей душе угодно? – смеясь, повторил Джек. – Мою душу удовлетворить невозможно. Моя главная черта – неудовлетворенность.

– Ладно, – примирительно начала Кристин. – Мы можем, по крайней мере, вернуться к представлению? После этого мы сможем поговорить обо всем, о чем хочется, но сейчас я хочу узнать, как зовут каждого из вас.

– Да пошло оно все!..– Джек начал подниматься с места. – Пошло все к черту.

– Джек, прекрати, – вмешался Стюарт. – Успокойся. Джек отбросил его руку:

– Я закончил делиться.

Группа замолчала. Кристин повернулась к Марвину, который сидел рядом с Анной, и тот заговорил:

– Я Марвин Блендер, зять Анны. Леплю бюсты в две трети натуральной величины. У меня есть дочь, Флинн. Мы приехали к Анне с Аляски в надежде улучшить наши отношения и весело провести время. И я люблю танцевать танго.

– Для этого нужны двое. – Джек улыбнулся. – Как ты подцепил это добро?

– Что? – опешил Марвин.

– Как ты заразился?

– О, у меня нет…

Стюарт сказал громко и отчетливо:

– Это нечестно, Джек. Ты не хочешь рассказывать, как ты заразился, поэтому ты, по совести, не можешь спрашивать кого-то другого об этом.

– Да уж, с совестью у меня проблемы, дорогой, именно поэтому мы здесь, не так ли? – Он похлопал Стюарта по коленке.

– Но в любом случае, я не…

– Не отвечай. – Анна повернулась к Джеку: – Мне казалось, я объяснила: спрашивать у кого бы то ни было о состоянии здоровья нельзя.

Джек посмотрел на Анну и молча пожал плечами.