Kim Pritekel - Первая

Вечеринка проходила за фермой, которой владела семья одного из участников спектакля. Огромный костер в чистом поле разгонял тьму и согревал нас, защищая от холодного воздуха. Пива и другой, более крепкой выпивки, было более чем достаточно, я бы сказала, что просто изобилие. Я чувствовала себя здесь совсем неуместно, мне не нравилось находиться тут. Да что там, я то и дело сама себе задавала вопрос - как я вообще согласилась прийти сюда.

Расположившись в распахнутом кузове небольшого пикапа, я сидела и, держа в руке до сих пор так и неоткрытую банку пива, наблюдала, как Бет разговаривала и хохотала вместе с другими ребятами. Время от времени она даже танцевала с несколькими из них. Мне было совершенно ясно - она находилась в своей стихии.

"Привет". Я обернулась и увидела парня, стоявшего рядом с автомобилем. Половина его лица была скрыта в тени, а на другой половине танцевали оранжевые отблески пламени костра. Я застенчиво улыбнулась, храня молчание. "Не возражаешь, если я присяду?" - поинтересовался он. Я на мгновение задумалась. На самом деле я не хотела становиться частью компании, но тут совсем другое, так какого черта! Я кивнула в сторону багажника. "А ты разговаривать умеешь?" - усмехнулся он и сел возле меня; машина, ощутив дополнительный вес, слегка покачалась.

"Зависит от обстоятельств", - сказала я, оглядываясь на вечеринку.

"Обстоятельств?" - спросил он, потягивая выпивку из стакана.

"С кем и о чем говорить". Он усмехнулся и кивнул. "Что ж, вполне логично". Он помолчал, наблюдая за веселящейся компанией. "Почему ты не там, не с ними?" - он повернулся ко мне. Я просто пожала плечами, при этом искренне желая, чтобы он поскорее убрался отсюда. "Ты здесь с кем-то, кто тебя пригласил?"

"Бет", - ответила я и повернулась к нему. Он был довольно симпатичным парнем с короткими каштановыми волосами, с резко очерченными и вполне взрослыми чертами лица, хотя немного угловатым. Правда, цвет его глаз я так и не смогла разглядеть.

"С Бет?" - спросил он, приподняв брови.

"Да. С Бет Сэйерс. Она моя лучшая подруга. Она пригласила меня сюда".

"О! - он понимающе кивнул. - Эй, а ты не хочешь пойти прогуляться? Я не знаю, как ты, но я действительно не особо сильно люблю вечеринки". Я кинула на него быстрый взгляд, а затем, не говоря ни слова, спрыгнула с багажника, оставив свою банку там, где только что сидела.

"Тогда почему ты здесь?" -  поинтересовалась я, когда мы направились вправо, в сторону деревьев. Он пожал плечами.

"Полагаю, по той же самой причине, что и ты". Он улыбнулся мне и, как бы невзначай, как само собой разумеющееся, взял меня за руку. Я недоуменно посмотрела на него, а затем выдернула руку.  "Прости", - сказал он и засунул руки в задние карманы. "Ух ты, посмотри на это", - немного погодя произнес он, указывая на полную луну, которая висела прямо перед нами. Она была огромной и золотой, и казалось, что если бы мы прошли чуточку дальше, то непременно смогли бы коснуться её. "Подожди, давай-ка остановимся на секунду и посмотрим на луну", - сказал он, снова взяв мою руку. Я остановилась, как он попросил, мое сердце учащенно застучало, и вдруг я почувствовала себя как-то неуютно. Кинув взгляд через плечо в сторону оставшейся компании, я поняла, что больше не вижу народ, только зарево от горевшего костра где-то там - вдали между деревьями. Я повернулась, и с удивлением обнаружила, что смотрю прямо в грудь парня. С молчаливым вопросом, стоящим в моих глазах, я заглянула ему в лицо. Он улыбнулся. "Знаешь, я ведь даже не знаю твоего имени".

"Думаю, что сейчас нам стоит вернуться назад", - сказала я, начиная разворачиваться в обратном направлении, на что он только крепче сжал мою руку, удерживая на месте.

"Зачем? Брось, лучше скажи, как тебя зовут?"

"Нет, послушай, давай лучше вернемся на вечеринку, и я расскажу тебе все, что ты хочешь знать, хорошо?"

"Нет, думаю, что нам следует остаться здесь", - а затем он внезапно наклонился, и прежде чем я успела осознать происходящее, положил свою руку мне на затылок и, прижимая меня к себе, попытался поцеловать. Как я ни стучала кулаками по его груди, пытаясь вырваться из объятий, все было бесполезно, он был много больше и сильнее, чем я. Внезапно меня пихнули назад и прислонили к дереву, а затем он навалился на меня всем своим телом. Я пыталась закричать, но его язык проник в мой рот, и получился только приглушенный стон. Как только я ощутила, каким возбужденным он стал, и почувствовала это в буквальном смысле этого слова, я осознала, как крепко вляпалась и в каких огромных неприятностях оказалась. Его незанятая удержанием меня рука была повсюду, лапая все, до чего только могла дотянуться, одновременно с этим пытаясь залезть мне под рубашку. Вдруг, совершенно внезапно я осознала, что больше ничто меня не удерживает, и тут же в мои легкие ворвался поток холодного ночного воздуха. От зрелища, представшего перед моими глазами, я удивленно распахнула их, увидев этого урода прямо перед собой, пришпиленного к дереву, словно бабочка на булавке. Бет нависла над ним, держа за ворот рубашки.

"А теперь ты можешь попрощаться со своими шарами", - прошипела она, одновременно протягивая руку вниз, чтобы схватить его за промежность. Его глаза плотно зажмурились от боли, его руки в полном бессилии сотрясали воздух, а в глазах промелькнуло выражение отчаяния. Когда волна боли в конце концов дошла то того места, где у всех других людей расположен мозг, он застонал. "Что ты делаешь?! Да мы просто…"

"Мы" - совершенно не уместное здесь слово, а вот "Ты" - совсем другое дело. Ты просто пытался сделать что-то очень мерзкое и глупое с моей лучшей подругой". Его глаза распахнулись, и он уставился сначала на Бет, а потом на меня. Я стояла и дрожащей рукой тянула вниз свитер, пытаясь успокоиться. "Смотри на меня, урод, а не на нее". Широко открытыми испуганными глазами он посмотрел на нее. "Ты больше никогда не будешь пытаться сделать вновь что-нибудь столь же глупое или же я просто оторву тебе яйца. Ты въехал?" - он кивнул, не сводя с нее своих глаз. Она выпустила из рук его рубашку, а затем пнула этого дебила в живот. Застонав, он согнулся надвое, а затем развернулся и рванул со всех ног. Я следила за ним, моё успокоившееся было дыхание вновь участилось, когда страх от того, что почти произошло, превратился в ужас от осознания этого. Следующее, что я почувствовала - тепло, дарованное мне крепкими теплыми объятиями. Я вцепилась в Бет, и мои слезы наконец-то нашли себе дорогу, обильно орошая ее рубашку. Так мы и стояли в тихой безмятежной ночи, она гладила меня по волосам, шепча успокаивающие слова.