Мария Соареш - Земля любви, земля надежды. Расставания и встречи

Однако заговорить с Жозе Мануэлом на столь деликатную тему было непросто, и, возможно, Мариу даже не отважился бы подступиться к студенту с расспросами, если бы ему не помог случай.

В этом пансионе из всех бытовых удобств была только одна душевая кабинка, устроенная во дворе, и неудивительно, что к ней всегда выстраивалась длинная очередь, состоящая из лиц обоего пола. Молодые ребята при этом норовили подсмотреть в щелку, как моются женщины, а когда под душем оказывалась красавица Нина, то к желторотым юнцам нередко присоединялись и мужчины постарше.

И вот Жозе Мануэл однажды застукал такую компанию подглядывающих на месте преступления и разогнал их, пригрозив, что в другой раз поколотит каждого, кто посмеет подсматривать за Ниной.

Посрамленные мужчины и юноши отпрянули от щели, но в долгу не остались, заявив, что Жозе Мануэл сам, видать, не без греха, иначе откуда у него берутся деньги, если он нигде не работает.

Жозе Мануэл был не готов держать ответ, и, пока он соображал, как выйти из этой ситуации, не уронив лица, на выручку ему и пришел Мариу. Осадив мужчин грубым окриком, он заставил их умолкнуть, а с Жозе Мануэлом повел доверительную беседу:

— Понимаешь, у нас тут живет особая категория людей, они знают, что деньги можно только заработать. А если нет работы, то и денег нет. Поэтому ты и вызываешь у них подозрение. Хочешь или не хочешь, но тебе придется как-то им объяснить, на какие средства ты живешь. Может, объяснишь мне, и я сам им потом растолкую? А то доне Мадалене вообще пришло в голову, не вор ли ты…

— Какой кошмар! — схватился за голову Жозе Мануэл. — Она и Нине это внушает?

— Да не волнуйся ты, Нина разумная девушка, она не примет всерьез эту чушь. Я тоже приструнил дону Мадалену, чтобы не болтала всякие глупости. Мало ли откуда у человека могут быть деньги! Может, раньше работал и скопил, а может, богатые родственники помогают студенту. Ведь так бывает, не правда ли?

— Да, со мной именно так все и было, — воспользовался подсказкой Жозе Мануэл. — Я работал вместе с отцом в пекарне и скопил себе денег на учебу. Но их оказалось мало, они вот-вот закончатся. Не знаю, что и делать. Университет бросать не хочется, а найти какой-то приработок сейчас практически невозможно.

— Ну вот все и объяснилось, — с облегчением вздохнул Мариу. — Я рад, что не ошибся в тебе, и попробую подыскать для тебя работу. Пойдешь грузчиком на рынок? У меня там работает приятель, я поговорю с ним, если хочешь.

— Грузчиком? — растерянно произнес Жозе Мануэл, никогда прежде не работавший физически. — А справлюсь ли я?

— Справишься! — уверенно заявил Мариу. — Ты парень крепкий, плечистый, а главное, молодой и здоровый.

— Ну что ж, я буду вам очень признателен, если вы устроите меня на рынок, — сказал Жозе Мануэл и, вспомнив о домыслах Мадалены, добавил: — Я буду просто счастлив поработать грузчиком! Но прежде чем пойдете к своему приятелю, объясните, пожалуйста, доне Мадалене, что я не вор, а то Нина уже стала меня сторониться, и я не мог понять почему.

Мариу сделал все, что обещал, и все, о чем просил его новый постоялец: и на работу его устроил, и с Мадаленой провел разъяснительную беседу.

— Вы можете быть спокойны, дона Мадалена, — сказал он ей, — и за свое имущество, и за свою дочку. Жозе Мануэл. — честный работящий парень, вполне достойный вашей Нины. Он вкалывает грузчиком на рынке, чтобы заработать себе на учебу и на пропитание.

— Много вы знаете, кто достоин моей Нины! — опять осталась недовольной Мадалена. — Выдумаете, на нее зарятся только, грузчики да те безобразники, что подглядывали в душе? Нет, сеньор Мариу, у моей Нины есть и приличные поклонники. Вы наверняка видели того сеньора, что приезжает к нам на роскошном авто? Видели? Так вот, этот сеньор — владелец ткацкой фабрики. Это вам не грузчик какой-нибудь! И этот сеньор очень любит Нину, он даже подарил ей квартиру в центре города и сам привез мне ключи!

— Вот как? — изумился Мариу. — Значит, вы от нас уезжаете? Рад за вас, хотя и жаль с вами расставаться..

Мадалена опомнилась, да было поздно. Слово, как известно, не воробей… И она резко включила задний ход:

— Я вижу, сеньор Мариу, вы совсем нас не понимаете. Ни меня, ни мою дочь. Мы так воспитаны, что не можем принимать такие дорогие подарки… до свадьбы, разумеется.

— Значит, Нина собирается замуж за этого богатого сеньора?

— Нина пока что думает! — горделиво вскинула голову Мадалена, и тут Мариу поддержал ее:

— Это правильно. Девушке всегда стоит хорошенько подумать, чтобы не ошибиться с замужеством.

В этом заочном споре претендентов симпатии Мариу были на стороже Жозе Мануэла, и он счел необходимым предупредить его о богатом сопернике, соблазняющем Нину квартирой.

Жозе Мануэл, конечно, принял это к сведению, но не слишком обеспокоился, беспечно заявив:

— У этого фабриканта практически нет шансов. Нина терпеть не может богачей!

Более опытный Мариу придерживался иного мнения на сей счет:

— Нина, конечно, девушка принципиальная, это всем известно. Только если тот фабрикант западет ей в душу, то она, уверяю тебя, запросто полюбит и его миллионы. Сердцу не прикажешь!

Реакция Жозе Мануэла на это поучение удивила Мариу. Странный все-таки парень этот студент! Ему бы огорчиться, а он воскликнул едва ли не с восторгом:

— Спасибо, сеньор Мариу! Вы подарили мне надежду на успех. Все правильно: сердцу не прикажешь! И как я сам до этого не додумался?

— Не понимаю, чему ты радуешься? — недоуменно уставился на него Мариу.

Жозе Мануэл вовремя смекнул, что он опять вывалился из роли, и поспешил исправить допущенную оплошность.

— А что тут непонятного? — озорно усмехнулся он. — Все просто. У вас железная логика, сеньор Мариу. Если Нина полюбит меня, то заодно полюбит и мои грузчицкие мозоли! Верно?

— Все может быть, — согласился Мариу. — Только ты не расслабляйся, действуй! Тебе еще надо завоевать ее сердце, а это непросто.

Глава 27

Эзекиел все же сумел уговорить раввина, чтобы тот разрешил Тони жениться без предварительного обрезания. И Тони был счастлив. Еще бы! Ведь ему удалось избежать болезненной и, с его точки зрения, унизительной процедуры обращения католика в иудея. Во время свадьбы блаженная улыбка не сходила с лица Тони, и мало кто из гостей, собравшихся в синагоге, догадывался, отчего на самом деле так счастлив жених. Камилия тоже была счастлива, но по другой причине: ей удалось дважды женить на себе мужчину, которого она выбрала в мужья. Какая еще невеста может этим похвастаться? Никакая! Только ей, Камилии, хватило ума и настойчивости, чтобы дожать и Тони, и отца. А в результате все устроилось наилучшим образом: красавчик Тони стал ее законным мужем, и теперь можно было спокойно подумать о продолжении рода. А поскольку в то счастливое время все желания Камилии тотчас же исполнялись, то и потомство не заставило себя долго ждать. Уже через неделю после второй, еврейской, свадьбы Камилия объявила мужу и родителям о своей беременности.