Радика Сангхани - Девственница

Я была готова взять упаковку, но увидела, что они отличаются еще и по размеру. О боже. Как, черт возьми, я должна узнать какой размер мне брать? Во-первых, я понятия не имела, какому размеру отнести пенис Джека, а во-вторых, вдруг он обидится, если я возьму не тот? Пенис Джека был средним, потому что пенис Джеймса Мартелла был больше, но не будет ли это грубым, если я куплю презервативы самого маленького размера? Я сделала глубокий вдох, и решила взять «средние». Почему нельзя было создать презервативы один размер на всех, как у шерстяных шапок?

Я взяла упаковку и взглянула на цену. 9,50 фунтов? 9,50 фунтов за эту крошечную коробочку? Это что был магазин брендовых вещей? Потеря моей девственности обойдется мне в копеечку. Да на эти деньги я могла бы купить две бутылки вина. Я еще раз осмотрела полку, и оказалось, все презервативы были по такой цене.

Прочувствовав на себе всю дороговизну секса, я пошла на кассу. Интересно, а они делают скидки за покупки оптом? Например, купил три пачку и получил тюбик смазки бесплатно. Я сделала себе пометку изучить назначении смазки и мою необходимость в ней.

Я положила упаковку с презервативами на ленту, от чего кассир осмотрел меня с ног до головы. Это был индус, лет 50, он покачал головой, когда скрестила руки, ожидая, когда меня рассчитают.

— Мэм, с вас 9,50 фунтов, — сказал он с сильным индийским акцентом. Оооо, он назвал меня мэм, очевидно выбор одежды все-таки помог.

Я радостно протянула ему кредитную карту, ввела пин-код, но тут же огорчилась, ведь моим пин-кодом была дата рождения Лары, и стала ждать окончания операции.

Кассир выдохнул и посмотрел на меня… с отвращением? Господи, почему он был таким злым? Ведь именно молодым положено покупать презервативы, разве нет?

— У вас какие-то проблемы? — спросила я, подбоченившись.

— Да, платеж не проходит.

Ох, черт. Я не пополняла карту, а стипендию должны перечислить только на следующей неделе. Я почувствовала расплывающийся на лице румянец от смущения и стыда.

— Ой, простите — промямлила я.

Как на зло у кассы собралась очередь. Я понимала, мне стоило оставить презервативы и прийти за ними позже, ведь они нужны мне только к воскресенью, но я сомневалась хватит ли мне смелости прийти сюда в другой день. Я открыла сумочку и начала рыться в поисках мелочи.

— Так вы будете покупать презервативы или нет? — спросил кассир.

— Да-да, секундочку, — ответила я как можно тише, доставая из сумочки монеты. Я собрала только 9 фунтов и 30 пенсов. Господи, какой позор.

— Мэм, вам не хватает 20 пенсов для оплаты покупки, — сказал он, — может быть вам лучше взять упаковку поменьше, она стоит дешевле.

— Там нет других, — прорычала я сквозь зубы. Я порылась в карманах в поисках мелочи. Я ощутила появившуюся на лбу испарину. — Нашла! — победно выкрикнула я, подавая ему монетку. Ох, черт…

— Это евро, — заявил кассир.

Господи, прошу тебя, прекрати мои страдания, взмолилась я, когда люди в очереди начали выражать свое недовольство.

— Вот, возьмите, — стоявший позади меня пожилой мужчина протянул кассиру 20 пенсов.

Я обернулась посмотреть на своего спасителя, и увидела подмигивающего мне пенсионера.

— Спасибо, — прошептала я, выхватила пакет из рук кассира и побежала на выход. Я бежала всю дорогу до дома. Как только я использую всю пачку, сразу же перейду на противозачаточные.

Глава 25

Я взглянула на себя в зеркало, вцепившись в края раковины.

— Элли, — громко сказала я. — Сегодня, в воскресенье 19 мая 2013 года, ты станешь женщиной.

Я была готова расстаться с девственностью и шагнуть в новый этап моей взрослой жизни. У Бритни Спирс была песня «Я не девочка, но еще не женщина» и эти слова полностью относились ко мне. Я была как африканский мальчик из племени, собиравшийся убить своего первого льва. Я была еврейской девочкой из старого фильма, собиравшуюся пройти на празднование бар-мицвы. Мое невинное тело 1992 года рождения было готово встретиться с телом Джека.

Я тщательно подготовилась к этому событию. Моя бразильская депиляция была подправлена, благодаря триммеру и несколькими часами кропотливой работы. Одежда была подобрано безукоризненно. Я наконец-то решила перестать притворяться кем-то другим, и выбрала то, в чем было комфортно. Я потратила отложенные на черный день деньги на черные замшевые джинсы, в которых я выглядела сексуально. Я решила надеть простую черную футболку, по одной причине — ее можно было легко снять. Волосы были вымыты и уложены в кудри, подпрыгивающие при каждом моем шаге. На губах бесцветная гигиеническая помада. Сейчас не нужно было произносить перед зеркалом подбадривающие слова, убеждая себя, что я хорошо выгляжу. Я итак это знала.

Смотря на свое отражение, я поняла, как многого я добилась за последние пару недель. Я — Элли Колстакис больше не презирала свое отражение в зеркале. Я наконец-то пережила свои подростковые комплексы и превратилась в молодую женщину.

Я шла по улице, радуясь жизни. Этот вечер можно было бы считать идеальным, если бы мне удалось напоследок поговорить с Ларой. Но она продолжала вести себя странно, и до сих пор мне не написала. Поэтому я решила для себя: я буду радоваться жизни; буду благодарно новым друзьям, появившимся в моей жизни, которые с радостью со мной общались; я дойду до конца с Джеком в самую важную и волнительную ночь в моей жизни.

Джек ждал меня в баре. На нем были привычные темно-серые джинсы, белая футболка и темно-зеленая толстовка. Я протяжно выдохнула, а после немного возбудилась. Когда я подошла к нему, лицо Джека озарила улыбка, он встал и обнял меня.

— Элли, привет, — сказал он, целуя меня. Это был быстрый поцелуй в губы, но для меня он означал нечто большее. Теперь я была одной из девушек, которые встречаются с парнями и целуются с ними при встрече. В губы. На людях.

Я опустилась на диван, сияя от радости. Взяла бокал вина, предусмотрительно заказанный Джеком заранее. Этот жест напоминал вечер нашего знакомства. Должно быть, я действительно ему нравилась. Я пригубила вино, слушая его рассказ о прошедшее неделе.

— Я не мог дождаться нашей встречи, — сказал он. — Я устал от своей чертовой работы. Мои коллеги иногда ведут себя как претенциозные задроты, только и говорят об «уровне жизни» или «прогрессе», но, в конце концов, являются обычными сотрудниками, работающими по приказу.

— Также как и ты? — уточнила я, улыбаясь, чтобы он понял, что я пошутила.

— Ха-ха, очень смешно, Элли, — сказал он. — Если ты меня считаешь претенциозным, то тебе нужно встретиться с этим парнями.