Хелен Данн - Легче перышка

— Лучшие специалисты? — снова повторяю я вслед за ним, окидывая себя оценивающим взглядом.

Черт. Туфли неплохо было бы почистить. Мы пересекаем вестибюль и идем к лифтам, на ходу я тайком натираю их об икры. Прекращаю это делать, когда замечаю, что секретарша смотрит на меня и показывает охраннику на мою странную походку.

— Да, — продолжает Майк. — Есть сюрприз. Мне не терпится увидеть вашу реакцию. — Он подмигивает мне. — Но всему свое время.

В углу комнаты находится огромный стенд. На нем мои гистограммы, увеличенные в размере, и если мне не изменяет зрение, то кто-то внес в них весьма изобретательные поправки. Сколько клиентов будет по их прогнозам? Там, где я, смеясь над собой, указала десять тысяч, теперь написано пятнадцать тысяч. Даже я, ничего не смыслящая в финансах, знаю: делать подобный прогноз равнозначно заявлению о том, что принцесса Анна станет позировать для журнала «Плейбой».

Большой стол для переговоров накрыт на шесть человек: расставлены кофейные чашки и стаканы. В центре стоят бутылки с минералкой и термосы с горячими напитками. На двух огромных тарелках лежат аппетитные круассаны, на третьей — хлебцы «Райвита», похожие на щетку, которой я шлифую пол в гостиной. — Мы не знали, что вам больше нравится, — признается Майк. (А ты угадай. Что за люди эти мужчины, ни капли сообразительности.) На столе лежат пять комплектов, в каждом: кожаный блокнот, записная книжка и карандаши. Сразу виден деловой поход. В дверь стучат.

— А вот и наша команда.

Я изображаю улыбку, а Майк представляет Фелисити (шикарная женщина: белокурые волосы собраны на затылке, а нос такой, что хоть хлеб режь), Мэттью (лысый, на зубах красные брекеты со значками в виде доллара)… и Джайлс Хеппельтвейт-Джоунс.

Я остолбенело смотрю на Джайлса, который протягивает мне свою влажную руку с короткими пальцами. А что, если он расскажет Табите? Я пока не готова к тому, чтобы она обо всем узнала. До тех пор, пока деньги не окажутся в банке и мой бизнес не станет твердым, как скала. Тогда я скажу ей, чтобы она катилась со своей работой к Свену.

— Я просто очарован. Вы не представляете, как я взволнован. — Он коротко кланяется. — Какой же великий деловой ум скрывается в этой маленькой хорошенькой головке.

Маленькой хорошенькой головке? Он что, разыгрывает меня? Смотрю на Джайлса во все глаза, пытаясь понять, что происходит. Это и есть сюрприз? Перевожу взгляд на Майка, но он, кажется, не подозревает о моем замешательстве. И тут до меня доходит. Джайлс не узнал меня. В «Браунс Блэк» я лишь девушка, которая забирает у него пальто и приносит кофе. На самом деле, он ни разу не обращал на меня внимания. В его жизни меня не существует.

— Такая удача, что Джайлс в нашей команде, — старательно комментирует Майк. — Он один из лучших специалистов Сити по связям с общественностью. Что угодно может опубликовать в финансовой прессе, правда, Джайлс?

— Ну, я не люблю хвастать. — Джайлс горд собой, он взмахивает рукой: мол, на самом деле все просто. — Но говорят, что я единственный специалист по связям с общественностью, на чьи звонки откликаются абсолютно все редакторы. Единственный. — Бутон губ Фелисити распускается в форме большой буквы «О».

— Уж он точно сделает ваш проект известным. Кстати. — Майк одаривает Джайлса масляной льстивой улыбочкой. — Он консультирует «Браунс Блэк». Лучший инвестиционный банк. Более того — я знаю, что Джайлс не возражает против того, чтобы я об этом сказал, — именно он придумал их последний рекламный слоган. Правда, Джайлс?

Что-о? И сколько еще человек присвоили себе эту заслугу? Пришла очередь моей матери рассказывать подружкам за утренним кофе о том, что это она его сочинила. Смотрю на Джайлса, удивляясь его нахальству.

— Ну. — Джайлс пожимает плечами, словно бы говоря: «ну раз уж вы так настаиваете». — Я придумал его, стоя в бутике «Вояж». «Браунс Блэк», — с каждым словом он взмахивает рукой, — много видов консультаций».

— По-моему, «все виды консультаций», — осторожно вставляю я.

— Это мелочи, дорогая. Мелочи. — Отмахивается Джайлс. — Орла, скажите, у вас такое необычное имя, оно французское?

Я внимательно оглядываю всех присутствующих, желая убедиться, что это не суперрозыгрыш. Словно все ждут, когда выскочит человек с видеокамерой и скажет: «Это была шутка!» — но они не замечают моего замешательства.

— Ирландское, — отвечаю я. Прислушиваюсь, чтобы уловить сдавленные смешки.

— Что ж, я был прав. — Он осматривает меня сверху донизу и поворачивается к Майку. — Антея подойдет идеально. Просто идеально.

Мы рассаживаемся по местам, как вдруг в дверь стучат. Джайлс соскакивает со своего места и мчится к двери. Подбежав, он тут же распахивает ее, и на пороге появляется сногсшибательная блондинка ростом около шести футов. На ней длинная черная юбка-карандаш и кашемировая «двойка», на плечи наброшен кардиган. Из босоножек с тончайшими ремешками выглядывают пальчики с безупречным педикюром. Мой взгляд прикован к ее ногам. Они тоненькие. Просто тонюсенькие. Икры? Да куриные ножки, которые я ела, и то толще. Я бы обязательно взяла эту женщину с собой в поход. Чтобы потереть ее ноги одну о другую и высечь огонь.

— Антея, дорогая. — Джайлс и Антея обмениваются лавиной воздушных поцелуев. — Позволь мне представить тебя собравшимся. — Он покровительственно кладет руку на обнаженную шею, и вся команда «Абакус Венчурс» бросается здороваться с ней.

Затем Джайлс, Майк и Антея подходят ко мне.

— Орла, — улыбается Джайлс. — Познакомься с Орлой Кеннеди.

— Не поняла? Вы ведь только что назвали ее Антеей, — поправляю я его.

— Нет, Орла. Я назвал ее Орлой Кеннеди. Не верится?

— Что-то я запуталась. — Это уже чересчур. Если бы они бросили меня посреди пустыни Сахара без карты, выход и то был бы более очевидным.

— Это вам не какой-нибудь физический дубликат. — Джайлс показывает на Антею.

— Это дублерша?

— Дублерша? — повторяет Джайлс, грубо посмеиваясь. — А у этой девочки отличное чувство юмора. — Он поворачивается к Майку и показывает на меня пальцем. — Нет, дорогая. Эта красивая молодая леди будет лицом проекта «Легче перышка».

— Лицом?

— У «Келвин Кляйн» — Кейт Мосс; у «Легче перышка» — Антея. Да, она будет вами. Разве вы не в восторге?

Это и есть сюрприз? И они думали, что я буду рада? Смотрю на них в ужасе. Это правда. Мужчины не понимают женщин. Ужин и шоколадки — это действительно сюрприз. Но знакомство с какой-то тощей девицей?.. Все это унизительно.

— Я понятия не имею, что происходит, — выдавливаю я из себя в конце концов. — Майк, — поворачиваюсь к нему. — Может, объясните?