Меган Куин - Автор любовных романов - девственница

Удовольствие врезалось в меня, всего лишь от простого щелчка его языка.

Теперь я знала, почему женские груди вздымаются и ноги дрожат, потому что одним щелчком языка, Филипп заставил меня тяжело дышать. Я буквально тяжело дышала, язык высунут наружу, ноги подпрыгивали вверх и вниз, слюни текли у меня изо рта, когда он лизал правильное место.

Абсолютный незнакомец облизывал меня, облизывал Вирджинию, которая, кстати, совсем не протестовала. Нет, она с радостью хлопала своими складками, давая мне знать, что мое необдуманное и поспешное решение было великолепно оценено.

Его язык погружался внутрь Вирджинии и наружу и затем поднимался к моему клитору, где дразнил его, подул на него, и снова лизнул.

Мучения, которые он давал мне, заставляли мое тело покалывать, обливаться потом, и такие слова как «гребаные яйца», «чертова сказочная магия» и «спасибо вам, боги оргазма» висели на моем языке, когда эта нужда, эта острая необходимость внизу моего живота начала возрастать с угрожающей скоростью. Мне казалась, что мои пальцы больше не принадлежат моему телу, а уплыли в сторону, махая мне. Мои колени дрожали, когда центр моего женского кактуса начал гидратировать, готовясь к муссону.

Моя голова откинулась назад, и я толкнула свои бедра к его лицу. Я ощущала напряжение, поднимающееся у меня внизу, и одним движением его языка, мое тело расслабилось полностью, и громкий, очень ужасный звук вылетел из меня, но, так как мой рот был закрыт, я поняла, что звук раздался не из моего рта, а... из моей задницы.

Филипп отстранился, лишая меня удовольствия, и сморщил свой нос, смотря на меня.

Отматывая назад последние секунды, я подумала о том, что только что произошло. Я правда только что пукнула, пока мужчина облизывал Вирджинию? Нет, невозможно, но взгляд отвращения, который появился на его лице, заставил меня поверить, что это правда.

Меня охватила паника, пока я пыталась придумать, что сказать. Мне на ум пришла лишь одна вещь, так что я озвучила то, что было в моей голове.

Я посмотрела на Филиппа и сказала:

— Чем-то пахнет, чувствуешь?

С дальнего расстояния, я слышала, что Вирджиния кричит мне «иди нахрен», а затем почувствовала, как она съежилась от унижения. Бедная девочка, она больше никогда не захочет играть. Я ругала свою задницу, желая взять затычку и преподать ей урок.

Я пукнула. Я пукнула на голову мужчины. Пукнула ему на подбородок, на его чертов подбородок.

Без слов, Филипп отстранился и подошел к закрытой двери, которая, как я предположила, была личной ванной, чтобы смыть дуновение, которым я обдала его.

Не заботясь о том, застегнула ли ширинку, я натянула свои штаны и выбралась из его офиса к чертовой матери, так быстро, как только могла, все время идя с опущенной головой, и стараясь избегать контакта глазами с каждым человеком в здании.

В своей поездке вниз к моему кабинету, я проклинала всех писательниц эротических романов в писательском сообществе, потому что ни в одном из них не упоминалось о пуканье на подбородок, пока вас ублажают. Зачем это?

О, я знаю, потому что это было несексуально! К черту тебя, задница, к черту.

14 глава

Лучший друг

Поездка в такси до моей квартиры была одинокой, пока я ерзала на порванном кожаном сиденье, из-за отсутствующего нижнего белья, и особенно из-за того, что молния моих штанов натирала бедную Вирджинию. Обычно после работы я ездила домой на метро, так как это было дешевле и быстрее, но в такой ситуации я не могла встретиться лицом к лицу с подземным миром Нью-Йорка.

Я чувствовала, что начинаю ускользать в темную пучину отрицания. Я провела большую часть своей жизни, читая книги о романтике, и ни разу меня не подвергли такой удручающей реальности, которая не была такой легкой как казалась, и опять же, у Делани и Генри, казалось, все было легко, когда дело касалось отношений. Итак, когда дело доходит до такого, я была проклята; не было никакого другого объяснения.

Может, у меня были завышенные ожидания, может, я поставила слишком высокую планку?

Мой телефон в сумочке начал звонить, и, не посмотрев на имя, я ответила.

— Алло?

— Рози? — спросил знакомый голос.

— Да? — я не могла узнать голос, но понимала, что слышала его раньше.

— Привет, это Ланс.

— Ланс? — переспросила я, немного удивленная услышать его на том конце линии. После ситуации с порванными штанами, я думала, все кончено. — Вау, не ожидала услышать тебя.

— Почему нет? Я сказал, что позвоню, — ответил он расслабленным голосом, но я совсем не была расслабленной, потому что, честно, теперь, когда дело касалось мужчин, я становилась напряженной. Это было почти невозможным для меня — расслабиться.

— Да, но это было несколько дней назад. После того, как я ничего не услышала от тебя сразу, я вроде как отбросила мысль снова увидеть тебя.

— Прости, — ответил Ланс, раздраженно вздыхая. — Я не ожидал, что ты мне так сильно понравишься.

— Ну, спасибо, — произнесла я, закатывая глаза и смотря в окно такси.

— Неправильно получилось, — попытался исправиться он. — Я просто испугался.

— После того, как сказал, что хочешь встретиться со мной? После того, как сказал, что ждал еще одной фотосессии со мной? Перестань играть со мной, Ланс. Я не глупая.

Да, я вела себя немного как сучка, но я была не в настроении, чтобы мириться с кем-то, особенно с мужчинами. Я была раздраженной, сердитой, смущенной, и все, чего я хотела, это надеть треники и утопить свои печали в пинте мороженого.

— Я не играю с тобой, Рози. Извини, что заставил тебя думать иначе. Я идиот, и да, я должен был позвонить раньше. Я правда надеюсь, что ты простишь меня и согласишься встретиться со мной снова. В этот раз, лишь ты и я, никакого боулинга или возможностей порвать твои штаны, — его попытка пошутить ослабила напряжение в моем теле. — Что скажешь, Рози? Могу я пригласить тебя покататься на лодке в Центральном парке в субботу?

— Хммм, это зависит от обстоятельств. Планируешь ли ты опрокинуть лодку? С моей удачей, это произойдет.

— Обещаю, не будет никакого переворачивания лодки.

Правда ли я хочу с ним встретиться снова? Я задумалась на секунду, и честно, я хотела. Из всех свиданий, что у меня были, я больше всего наслаждалась компанией Ланса. Аттикус был забавным, но я раздробила его орешки, так что там ничего не светило; Алехандро был неудачей, с антилопой гну, растущей в его штанах, и Филипп, ну, уверена, я ничего не услышу от него.

— Думаю, я могу быть свободна в субботу.

— Играешь в труднодоступную? — усмехнулся он в трубку.

— Может быть, это работает?

— Да. Я тут становлюсь отчаянным. Я бы очень хотел снова увидеться с тобой, Рози.