Арина Ларина - Квадратное колесо фортуны

Едва автомобиль остановился перед высоким особнячком, объект выскочил и словно бешеный циркуль понесся к цветочному магазину. Матвей торопливо вышел и, увидев, как Вадим скрывается в дверях магазинчика, поспешил за ним. Из-за скопления припаркованных машин «Вольво» не смог остановиться перед входом.

«Интересно, — подумал Матвей, входя в просторный благоухающий зал, — кому цветочки?»

— …Вам для любимой девушки, для жены или для тещи? — прощебетало нежное создание, порхавшее за Вадимом.

— А что, есть разница? Или вы букеты для тещи обрабатываете ядом?

— Нет, ну что вы! — наивно захлопала девушка наклеенными ресничками. — Цветы, как и духи, должны соответствовать возрасту и статусу женщины.

— Скажите, пожалуйста, какие тонкости! — пробормотал Вадим.

— Конечно. — Девица закатила глазки и картинно вздохнула: — Сами подумайте: любимую девушку надо поражать, тещу уважать, а жену не раздражать.

— Это вы сами придумали?

— Нет, нам так старший консультант говорил.

— А какой вариант дороже?

— Нет, сначала вы скажите, для кого букет? — закокетничала цветочная фея.

— Уважать и не раздражать мне не подходит, поэтому для любимой девушки.

Продавщица сразу увяла и без энтузиазма ткнула пальцем в одну из полок:

— Пожалуйста, тогда выбирайте из этих. Заметив Матвея, она решительно направилась к нему, строя глазки и многообещающе улыбаясь. Детектив решил не испытывать судьбу и выскользнул на улицу.

Как оказалось, он совершенно напрасно уселся в машину. Понадеявшись, что Вадим со свежеприобретенным букетом отправится дальше, он решил наскоро выпить кофе, пока объект не вернулся. К его огромному удивлению Никонов пронесся мимо, прикрывая своим телом величественный целлофановый шар с цветочной начинкой, и скрылся в дверях особняка, рядом с которым и дремал синий «Вольво».

Бросив термос, Матвей вывалился на улицу и побежал вслед за ним. Вывесок на стене не было, зато вызывающе торчали кнопочки домофона. Судя по всему, дом был жилым.

«Понятно, — загрустил детектив. — Похоже, у юноши свидание. И сколько оно продлится, зависит исключительно от уступчивости барышни и от потенции Никонова».

Про потенцию объекта сведений ему не давали, поэтому рассчитать время пребывания последнего в дамских объятиях не представлялось возможным. Внезапно «Вольво» медленно тронулся с места.

«Та-а-ак, — напрягся сыщик. — А мы куда?»

Ситуация становилась все более непонятной и запутанной. Почему машина уехала не сразу, а только через несколько минут после ухода Вадима? Хотя, возможно, парень собрался здесь ночевать.

Недолго думая, Матвей поехал за бизнес-центровским автомобилем, и через час уже стало ясно, что водитель подрабатывает частным извозом.

«Отлично», — потер руки детектив, когда через пару часов петляния но городу «Вольво» вернулся к особнячку. Никонов выскочил из парадного, метнулся в салон, и машина снова понеслась по разбитым городским магистралям. Около девяти вечера оба автомобиля приткнулись на стоянке перед бизнес-центром.

«Вот это номер, — оттопырил губу Матвей. — Прямо Ленин: работать, работать и работать! Ладно, кое-что мы нарыли».

Он выбрался из «восьмерки» и уверенной походкой двинулся в сторону «Вольво». Водитель курил, описывая круги рядом с верным конягой.

— Привет, денег хочешь? — с места в карьер начал Матвей.

— Заработать-то оно, конечно, неплохо, только я не за всякую работу берусь, — лениво ответил парень и по-блатному сплюнул сквозь зубы.

— А ты цену себе не набивай, — хохотнул Матвей. — Место у тебя теплое.

— Не жалуюсь, — осторожно ответил водитель, слегка насторожившись.

— Обидно небось такую кормушку потерять?

— А чего мне терять? Меня на работе ценят, — парень уже начал сильно нервничать.

— Слышал я, ты извозом подрабатываешь? ухмыльнулся Матвей. — Не думаю, что хозяину это понравится.

— Да кто тебе такое наплел…

— А никто, сам видел, — равнодушно протянул Шевелев.

— Когда?! Чего врешь?

— Час назад.

Парень сник и пробормотал:

— На фига тебе это надо? Денег хочешь?

— Хочу дать тебе подзаработать, забыл?

— Чего делать?

— Информация нужна. Тебя, кстати, как зовут?

— Николай, — набычился загнанный в угол водитель.

— Знаниями поделишься? — доброжелательно улыбнулся Матвей.

Делиться знаниями Коля любил и умел. Ни один, даже самый малозначительный факт из жизни начальства, сотрудников или знакомых, никогда не задерживался у него на языке. Коля работал лучше любого радио, с завидным упорством донося информацию до каждого встречного. Колиной фантазии мог позавидовать любой писатель. Если он чего-то не знал или какие-то мелкие детали оставались вне пределов его видимости, то это никак не сказывалось на качестве Колиных рассказов. Все, знавшие Колю, уже давно с этим смирились. Более того, многие стали считать его местным дурачком и старательно избегали общения с ним, поскольку один только факт встречи с Николаем в коридоре, ведущем к туалету, стоил нервного срыва бухгалтеру Галочке, которая всего лишь несла с собой маленькую вазочку и пакетик с подкормкой для срезанных цветов.

— Анализы сдаешь? — жизнерадостно подколол ее Николай. — Чего в пакетике?

Скромная девушка густо покраснела, не оценив его шутку, и молча захлопнула дверь перед носом улыбающегося сплетника.

«Понятно, — потер руки Коля. — А то мы не знаем, как тесты выглядят. Ну-ну!»

К середине дня все уже знали, что бухгалтерша беременна. Женская часть коллектива, в зависимости от возраста, дефектов характера и психологических склонностей, с упоением таскалась в бухгалтерию и заводила с ничего не понимавшей Галиной пространные беседы на тему токсикоза, родов и покупки приданого.

— Меня так наизнанку выворачивало, ужас. В метро едешь, и вдруг — бац! Приспичило! Обязательно надо возить с собой пакетики полиэтиленовые. Но только нужно сразу выходить из вагона, иначе вонять будет. Так неудобно: стоишь, на тебя все смотрят! — пугала ее Валентина Михайловна, пятидесятилетняя переводчица из небольшой фирмочки, арендовавшей в центре четыре кабинета.

— Да что вы говорите! — сочувствовала ей Галочка, списывая подобное выступление на проявления климакса.

— Я, когда рожала, вся порвалась! Прямо вдоль и поперек! А уж кровищи было, литров десять! — выкатывала красиво накрашенные глаза Ангелина, секретарь из юридической конторы.

— В человеке столько нет, — с сомнением отвечала Галочка, но тоже с пониманием кивала головой и вежливо улыбалась.

Нервничать она начала, только когда обычно злобная и неразговорчивая уборщица вдруг улыбнулась, блеснув парой золотых зубов, и проникновенно сообщила: