Джулия Куин - Ярче солнца

В конце концов она не выдержала и крикнула:

– Чарлз, если ты сейчас же не прекратишь, я отпущу тебя, ты упадешь и истечешь кровью!

– Что я должен прекратить?

– Попытки поцеловать меня, - процедила она, испытывая страшную неловкость оттого, что вынуждена произнести эти слова в присутствии слуг.

– А почему? - Он наклонился к ней, сложив губы трубочкой.

– Потому что мы на лестнице.

Он приподнял голову и с удивлением посмотрел на нее.

– Странно: ты умеешь разговаривать не раскрывая рта. На сей раз Элли попыталась разжать зубы, но ей это не удалось.

– Прошу тебя, поднимайся по лестнице и иди в свою комнату.

– И тогда я могу поцеловать тебя?

– Пусть будет так! Да!

– Как хорошо! - радостно вздохнул Чарлз. Элли застонала, стараясь не замечать, что камердинеры изо всех сил пытаются скрыть улыбки.

Через минуту, когда Чарлза почти довели до его комнаты, он вдруг остановился и сказал:

– Ты знаешь, в чем твоя проблема, Элли? Элли продолжала тянуть его за собой.

– В чем?

– Ты слишком хорошо все умеешь делать. Я имею в виду… - Чарлз воодушевленно махнул здоровой рукой, и Элли вместе с камердинерами потребовались серьезные усилия, чтобы он не рухнул на пол.

– Чарлз, сейчас не время!

– Видишь ли, - не унимался Чарлз, - я думал мне нужна жена, которую можно не замечать.

– Я знаю. - Элли в отчаянии посмотрела на слуг, которые наконец усадили Чарлза на кровать. - Дальше я справлюсь с ним сама.

– Вы уверены, миледи?

– Да, - пробормотала она. - Надеюсь, он скоро заснет. На лицах слуг выразилось сомнение, тем не менее они покинули комнату.

– Закройте за собой дверь! - крикнул им вслед Чарлз. Элли сложила на груди руки.

– Вы представляете собой малопривлекательное зрелище, когда пьяны, милорд.

– Правда? А ты как-то говорила, что я тебе нравлюсь больше, когда пьян.

– Я пересмотрела свое мнение. Чарлз вздохнул:

– Женщины!

– Мир без нас был бы гораздо менее цивилизованным, - презрительно фыркнула она.

– Абсолютно с тобой согласен. - Он икнул. - О чем я говорил? Ах да, я хотел иметь такую жену, чтобы ее можно было не замечать.

– Прекрасный образец английского рыцаря, - пробормотала себе под нос Элли.

– Что ты сказала? Я не расслышал. Ну да это не имеет значения… А что же получилось в итоге?

Элли выжидательно смотрела на него, готовая саркастически отреагировать на дальнейшие рассуждения.

– А кончилось все тем, что у меня есть жена, которая ни во что меня не ставит! - Он ударил себя в грудь и громко повторил:

– Меня!

– Прошу прощения…

– Ты можешь делать все. Зашивать мне руку, приумножать свое состояние. Я уж не говорю - поджигать мою кухню…

– Осторожно!

– Гм… Оранжерею ты тоже превратила черт знает во что… И тем не менее я получаю письмо от Барнза, который называет тебя самой умной женщиной, которую он когда-либо встречал. Да и арендаторы любят тебя больше, чем любили меня.

– К чему ты клонишь? Он пожал плечами.

– А к тому, что ты вообще во мне не нуждаешься.

– Ну, это не совсем так.

– Разве? - Его взгляд внезапно стал чуть трезвее, чем несколькими мгновениями раньше. - У тебя есть свои деньги. У тебя есть новые друзья. Тогда зачем тебе нужен муж? Меня полностью игнорируют.

– Я бы не стала так говорить…

– Интересно, мог бы я сделать что-то такое, чтобы ты нуждалась во мне?

– Зачем тебе это? Ты меня не любишь.

Он на несколько секунд задумался, а затем сказал:

– Не знаю. Но хочу этого.

– Зачем?

Он пожал плечами.

– Хочу и все. Ложись в постель.

– Я не намерена этого делать!

– Разве ты не помнишь, чем мы занимались на лугу? Щеки у Элли порозовели, хотя она и сама не могла понять от чего - от смущения или от гнева.

Чарлз сел в кровати и плотоядно уставился на Элли.

– Я хочу завершить то, что мы начали, жена.

– Но ты сейчас совершенно пьян! - возразила она, отступая подальше, чтобы не оказаться в его объятиях. - Ты можешь позабыть, что собирался делать.

Чарлз оскорбленно ахнул.

– Да в никоем.., в ник.., да никогда! Никогда не позабуду! Я отличный любовник! Превосходный!

– Об этом тебе говорили все твои любовницы? - не удержалась от ехидного вопроса Элли.

– Да… То есть нет! И вообще такие вещи с женой не обсуждают.

– Именно. Поэтому я собираюсь уйти.

– Нет, ты не уйдешь! - Трудно было ожидать от человека, выпившего бутылку бренди, той скорости, с какой он преодолел расстояние от кровати до двери. Он схватил Элли за талию, и она не успела опомниться, как оказалась на кровати - Привет, жена, - сказал он, навалившись на нее сверху, и взгляд его был чем-то похож на волчий.

– Пьяный волк, - пробормотала Элли, стараясь не раскашляться от винных паров. Он приподнял бровь.

– Ты сказала, что я могу тебя поцеловать.

– Когда? - с подозрением спросила она.

– На лестнице. Я все время приставал к тебе, и ты наконец сказала: "Пусть будет так. Да!"

Элли огорченно вздохнула. Выходит, память у него в полном порядке.

Чарлз торжествующе улыбнулся:

– В тебе хорошо то, Элли, что ты не способна отказаться от своих слов.

Она не стала ни побуждать его к поцелую, ни опровергать его утверждение, которое можно было рассматривать как комплимент. Она просто промолчала.

И это обернулось против нее.

– Очень любезно с твоей стороны, что ты не пустилась в пустопорожние разговоры. Когда ты болтаешь, очень трудно найти твой рот.

И Чарлз стал ее целовать, а Элли вскоре обнаружила, что вкус бренди гораздо приятнее запаха. Настолько лучше, что, когда Чарлз стал целовать ее шею, она обхватила его затылок и снова подтянула его рот к своим губам.

Чарлз хмыкнул, и поцелуи его стали еще более крепкими и горячими. Казалось, эта сладостная пытка продолжалась целую вечность. А затем он приподнял голову, дотронулся носом до ее носа и окликнул ее по имени.

Она не сразу смогла ответить ему.

– Да?

– Я не так пьян, как ты думаешь.

– Разве?

Он медленно покачал головой - Но ведь ты качаешься и икаешь Он широко улыбнулся:

– Но я больше не качаюсь и не икаю.

– О! - Губы Элли приоткрылись. Она сделала попытку переварить, что могут означать его слова. Значит ли это, что они доведут свои брачные отношения до логического завершения в этот вечер, а возможно, и в этот час? Мысли у нее путались, и она ничего не могла решить.

Чарлз несколько секунд молчал, затем нагнулся и стал снова ее целовать. Его губы касались ее щек, глаз, ушей - только не рта. Он разметал ее волосы по подушке. А затем его руки заскользили по се телу, стали гладить ей ноги, бедра, живот. И те места, к которым они прикасались, начинали полыхать огнем.

У Элли было такое впечатление, что в ее теле пребывают две женщины. Одна из них хотела лежать, принимая любовные ласки и прислушиваясь к сладостным прикосновениям рук. Другой хотелось быть активной, узнать, как отреагирует Чарлз, если она дотронется до его спины или поцелует в шею.