Измена. Право на счастье - Софи Вирго

– Мне страшно без тебя, Дамир. Боюсь новые места, а с тобой ничего не страшно, – все же выкручиваюсь из непростой ситуации.

И правду сказала, и немного размыла ее. Надеюсь, он ничего не заметил, иначе потом себе не прощу.

– Я приеду, только ближе к ночи. Не жди меня, ложись спать, – ласково говорит, а у меня на сердце все тяжелее.

– Хорошо. И будь осторожен, – и сбрасываю вызов.

Не люблю прощания. Тем более, такие. Лучше все же разложу вещи, чтобы успокоить нервы и скоротать время. Взяла я с собой не много, поэтому справляюсь быстро. Увы. Но это не страшно. Нахожу на полке альбом с фотографиями. С радостью рассматриваю снимки, где Дамир еще маленький, подросток, и даже студент.

Он всегда был серьезным. Даже маленький. Такой мужичок. Особенно на рыбалке. Держит сочок в руках, губки дует и смотрит на воду. Сейчас мне сложно представить его за таким время препровождением. Увы, снимки быстро заканчиваются, и я начинаю изучать кубки и медали на полочке. Ого, так он борец. Не чемпион, но занимал места в соревнованиях.

– Госпожа, – вздрагиваю, когда меня окликает Самир.

У меня медаль едва не падает из рук от неожиданности, а в ладошках колики. Не люблю такие неожиданности. Хорошо, хоть в жар не бросило, а то бывает и такое.

– Да. Что-то случилось?

– Ужин готов. Спуститесь? – сомневаюсь, будут ли мне рады, и может, стоит спуститься ночью, чтобы никого не раздражать своим присутствием. – Вы женщина господина, им придется с этим считаться. В случае чего госпожа Анна на вашей стороне. Не даст пропасть. Выкажите уважение. Прошу, ради господина.

Сомневаюсь не долго. Мне и правда не стоит устраивать сцен и портить отношения с теми, с кем, возможно, придется породниться. Тем более, за меня действительно играет мама Дамира. Не самый умный ход, пойти против нее.

Киваю охраннику, и он, выдохнув, уходит. Собираюсь с духом всего минуту и иду туда, откуда идет вкусный аромат, но так и не дохожу до места. Застываю, случайно услышав голос Самира Рустамовича.

– Карим, да не будет никаких проблем. Не женится он на ней, костьми лягу, но с этой девкой он не будет. Есть у меня план, как сделать так, чтобы сын сам от нее отказался. Она ведь замужняя, а под него легла. Кто мешает ей оказаться в постели с другим?

У меня воздух из груди вышибает, а липкий страх окутывает сознание. Что собрался делать этот старик?

Не могу поверить в услышанное. Нужно бежать отсюда. Спрятаться в нашей квартирке, в мирке, где я точно буду в безопасности. Да, так и сделаю. Точно такого не ожидает. Но я ведь обещала Дамиру без глупостей. Я должна ему доверять, как и он мне. Он ведь мудрый.

Хватит бояться. Просто хватит. Надо верить, иначе будущий родственник в любой момент может вывернуть все против меня.

– Бу, – прямо в ухо пугают еще и пальцами в бока тычут.

– А-ааа, – пищу от страха, но, к счастью, не громко.

– Чего ты, Миланочка? – ласковый и смеющийся голос мамы Дамира заставляет нервничать.

Что она сейчас обо мне подумает? Застала рядом с комнатой, где разговаривает ее муж. Со стороны я подслушиваю, а на самом деле стала случайным свидетелем разговора не для своих ушей. Мамочки, как же выкрутиться. Так стыдно. Чувствую, как щеки и уши начинают гореть, выдавая меня с потрохами.

– Мы тебя ждем внизу. Ты на мухомора моего не злись. Перебесится, все карты сын ему спутал. Самир хороший, горячий только, – как она мужа назвала?

Только хочу сказать, что сейчас спущусь, как за дверью снова раздается мужской голос. Причем довольно громко.

– Да кто ей поверит? Я все в лучшем виде обыграю. Сын простить может многое, но предательство ни за что. Он ее даже слушать не станет.

Надо было видеть глаза Анны Викторовны в этот момент. Кажется, она сейчас готова всех препарировать, как тех лягушат на занятия по биологии. Мне даже страшно стало.

– Иди вниз, милая. Мы тут поговорим и тоже присоединимся к вам. Ступай, – и подталкивает к лестнице.

Начинаю спускаться по ступенькам, оглядываюсь назад. Женщина скрывается за дверью, но так как кабинет прямо у лестницы, я успеваю услышать ее слова, прежде чем она закрывает дверь.

– Ах, ты, мухомор сушеный…

И раздается хлопок двери. Не понимаю, как она может так с ним говорить? Разве это не высказывание неуважения к своему мужчине? Ничего не понимаю. А с другой стороны, я ведь со своим мужчиной говорю по-разному. Она делает это за закрытыми дверьми, не на публику. Так, наверное, можно.

Иду на запах еды, и оказываюсь в огромной столовой, где на меня удивленно смотрят все присутствующие. Под таким пристальным взглядом становится не очень уютно. Каждый меня оценивает. Да, это всего трое взрослых людей и один ребенок, но каждый из них дает мне оценку.

Мужчина в шоке, не верит собственным глазам. Женщина фыркает и возвращает внимание к сервированному столу. Молодая девушка, та самая Ама, с интересом. И только маленькая принцесса ласково и с хитринкой. Что-то задумала маленькая шкода. Чувствую на подсознательном уровне. Наверное, гормоны еще не улеглись после утраты крошки, которую она потеряла.

Глаза предательски начинает щипать, глядя на малышку. Такая милая, озорная, приветливая. А у меня может никогда и не быть ее, даже если мы с Хасановым совместимы. Хоть бы не заплакать. Хоть бы. Еще и все молчат. Я не знаю, кто здоровается первым. Боюсь быть некультурной в их глазах.

Только здешняя принцесса гордо идет ко мне на встречу, под бурчание бабушки, которого мне не разобрать.

– Привет. Я Алика. Ты сделаешь мне то пироженое, с шариками? Пожалуйста?

Ого. Вот вам и детская непосредственность. Ама тихо посмеивается, а вот бабуля недовольна. Сильно.

– Алика. Это посторонний человек. Немедленно возвращайся за стол и не докучай взрослых своими просьбами, – грубость так и срывается с губ женщины в годах, а мне так и хочется ответить ей зеркально.

Только взглянув на Аму, понимаю, не стоит. Девушка трусится как осиновый лист. Вижу, хочет защитить кровиночку, но против старших – бессильна. Это ужасно. Поэтому сажусь перед куколкой на корточки, беру ее ладошки в свои и отвечаю.

– Привет. Я Милана. Все будет сделано, принцесса. С радужными шариками?

И если секунду назад