Холод его дыхания - Лина Гамос

прийти в себя, я поговорю с ней, что - нибудь придумаю… я не собираюсь ее уничтожать, отец должен это понять.

- Он не пойдет против тебя, - Нина гладит Макса по широкой спине, словно успокаивая маленького мальчика. - Какое ему дело до этой девочки? Ты его сын, он немного успокоится и поймет, что только ты имеешь значение и никто больше. Я хотела устроить вам праздничный ужин, уже приготовила детскую комнату, нелепо все получилось.

- Яся могла догадываться?

- Я готовила вам сюрприз, она ничего не знала, слишком молода, чтобы подумать об этом.

- Я обещал ей позаботиться об этой стороне нашей связи.

Макс с силой впечатывает ладонь в стену.

- Почему она не выбрала другой день для своего гребанного приключения?

- Она много не понимает, ищет идеалы, это бывает со всеми и это проходит, когда начинаешь взрослеть.

- Спасибо, мама, - Макс криво усмехается и толкает дверь в палату к Ясмин. - Мы вернемся домой к обеду, думаю нам пора отправиться в горы, я научу ее кататься на лыжах.

- Мы могли бы поехать с вами…

- Нет, мама, чувствовать спиной прожигающий гневом взгляд папы, приятного мало. Он успокоиться, Ясмин придет в себя, будет меньше ссор и проблем.

Макс опустился в кресло у постели Ясмин, накрыл ее руку своей ладонью и устало прикрыл глаза. Гребанный день, вечер и ночь оказалась не лучше… у него мог быть сын… или дочь… маленькая девочка, похожая на Ясю или маленькие мальчик, полная копия его самого… он никогда не думал о детях. Его друзья вступали в браки, устраивая пышные свадебные торжества, потом не менее грандиозно разводились, оспаривая у бывших жен имущество и детей, войны велись годами с переменным успехом обеих сторон. Грязь и чувство брезгливости, вот те ощущения, что испытывал Макс представляя себе собственный брак. Его родители были счастливо женаты много лет, но… только везение и ничего более того. И вот оказывается, Ясмин ждала его сына… Макс силился представить ее в интересном положении, с маленьким округлым животиком и не чувствовал, не чувствовал ничего, кроме глухого раздражения и злости. Он не хотел детей, он не хотел быть привязанным к кому - либо, он и только он определял правила игры и, Ясмин не являлась игроком или призом его спортивной лиги. Она никто, ничего не значащая девочка с прекрасным телом, предназначенным исключительно для отличного секса. Достаточно умна и забавна, но не более… Макс признавал то, что она ему определенно нравилась, его тянуло к ней, но это все проходящее, зависимость уйдет, Ясмин забудется, ее место в его постели займет другая… У него будут дети, возможно даже девочка, но без ясной зелени глаз и золотых локонов Яси, без ее вздорного нрава и множества претензий к нему, такому не совершенному. Другая жена, другие дети, другая жизнь… без Ясмин, которая ему просто нравилась, нравилась настолько сильно, что он не находил в себе сил отпустить ее от себя.

Макс почувствовал слабое движение тоненьких пальчиков под своей ладонью, открыл глаза и склонился над девушкой.

- Пить, пожалуйста…

Мужчина взял приготовленный персоналом стакан воды с соломинкой и помог девушке напиться.

- Спасибо, мне уже лучше.

- Тогда отправимся домой?

Яся слабо улыбнулась.

- К тебе или ко мне?

- Хочешь, чтобы я ответил к нам?

- Увольте, сеньор Дамазо, вы не являетесь счастьем заветной грезы.

- Ты очень быстро отошла от потрясений.

- Что со мной было?

Макс запнулся и, Ясмин сама ответила на заданный вопрос.

- Ты увлекся постановкой балета, не правильно оценил мои возможности и, партия завершилась несколько иначе запланированного наказания. Ты знал, что я собираюсь сделать ноги, фигурально выражаясь, и позволил мне совершить это, чтобы иметь возможность оторваться по полной программе без учета уколов спящей летаргическим сном твоей совести.

- Слишком много говоришь, Яся.

- Мне можно, доктора рядом, первую помощь окажут. Давай действуй, Макс, тебя никто не осудит.

- Я не монстр.

- Но очень похож, особенно когда вот так смотришь на меня из под насупленных бровей.

- Я просил не делать глупостей.

- И хладнокровно выжидал, прекрасно осознавая, что загнал в угол.

- Между нами все было замечательно…

- И ты ласково называл меня шлюхой.

- Ты ждешь извинений?

- Больше не верю в чудеса.

- Я мог бы извиниться, если для тебя это настолько важно.

- Макс, вставать с колен несколько утомительно, поверь мне на слово, я - то уж это знаю, спасибо научил.

- Давай заключим перемирие, ты слаба для подобных разговоров.

- Чувствую себя замечательно.

- Родители привезли твою одежду.

- Трогательная забота, Макс.

- Я помогу переодеться.

- Спасибо, справлюсь сама.

- Тебе лучше поберечь силы для нового сражения на моей территории.

- На своей больше не надеюсь тебя увидеть.

Макс склоняется над девушкой, упираясь руками по обе стороны ее лица и нежно шепчет,