Догонялки. В постель к незнакомцу - Аврора Давыдова

чем могу сейчас мечтать, это, как сниму пальто и выпью стаканчик чаю.

Когда соглашалась на предложение Ульяны, даже не думала, что буду так рада работать в коллективе. Или это девочки все как на подбор добрые, отзывчивые и не отказывают в помощи. И сама атмосфера, антураж высотного здания, с людьми, одетыми в деловые костюмы, со всеведущей охраной, со строгой системой посещения, здесь не просто кипела жизнь, здесь решались деловые вопросы, заключались выгодные сделки, здесь крутились и преумножались буквально в воздухе настолько крупные суммы, что мне было просто страшно держать листочки с этими цифрами в руках.

Но мне нравилось, работа, кофейня напротив, коллектив, рабочая суета, я была причастно к ней, и даже не заметила, как меня закружил деловой центр, как я стала своя, как сроднилась с местом, которого когда-то боялась.

Не иначе, я заразилась центром, меня покусал оборотень, и во мне чужеродный ген. Покуда, никогда ещё мне не было так хорошо в этом каменном мегаполисе.

— Алисочка, привезла. — спросила меня главбух.

— Конечно, Оля, я всё сделала, — заговорщицким шёпотом ответила ей.

— Слава богу, — облегчённо вздохнула она. — мне их Дмитрию Алексеевичу на подпись отдавать, он бы ошибку точно заметил. А я его побаиваюсь после недавних событий.

Надо сказать, что Ольга была лет на двенадцать старше меня, и работает здесь чуть ли не со дня основания. И чтобы она кого-то боялась? Что там за Дмитрий Алексеевич такой.

— Ты не подумай, он мужик нормальный… был.

— То, то и оно, что был, — заметила Катя, наш второй бухгалтер.

— Помнишь, я тебе рассказывала про начальника безопасности, — я кивнула. — Так вот это его друг хороший был. — Ольга замолчала и застучала себе по губам. — Что я такое несу, не был, конечно, он есть. Ну расстроился мужик из-за друга, навел шороху на всю компанию, ходил, рычал на всех.

— И кидался, — опять вмешалась Катя. — как волк.

Я вздрогнула. Не так давно забытое «имя» ёкнуло глубоко внутри. Сердце пропустило удар, но я упорно глушила, всколыхнувшиеся воспоминания.

— Разошёлся немного Волков, оправдал свою фамилию. Отдел свой скосил подчистую, кадровики не успевали людей набирать. Но и им влетело знатно. Лизу, — Оля обернулась на смежный кабинет. — до слёз довёл.

Её рассказ прервал звонок, и главбух ретировалась в свой кабинет, мы с Катей остались вдвоём. У меня из головы не выходила, созвучная фамилия. Как причудливо распорядилась судьба, забрав у меня моего доброго, заботливого, любимого Волка, и отдала в подчинения к лютому зверю. Хотя я припомню, мой Волк тоже был требовательным и властным в работе. Что-то едко-противное ударило мне в нос, прервав стройный ход мыслей. Я опустила глаза, увидев на столе дымящую чашку.

— С травами, — пояснила Катя, — полезно в сезон простуд.

Тошнота тугим комом подкатила к горлу, скулы занемели, желудок уже начал свои сокращения, я едва успела прикрыть рот рукой и вылетела из кабинета. В туалетной кабинке, оставила почти всё, что съела за обедом, но организм решил избавиться от всего, что я съела за последние пару дней.

Холодный озноб пробил всё тело, и на висках выступил пот. Я на дрожащих ногах добралась до раковины, умылась и поплелась в свой кабинет. Вот. А Женька меня предупреждала, что ходить ротавирус. Господи, хоть бы не слечь, на работе без году неделя, а я не больничный.

— Алиска, ты как, — кинулась ко мне Катя.

— Всё хорошо, но, наверное, плохо. Дочь принесла из школы ротавирус, походу я заразилась. А вдруг на больничный придётся уйти. — мои и без того красные глаза увлажнились. Терять эту работу я не хотела.

— Ну и ничего страшного, отлежишься пару дней. — она произнесла это так само собой разумеющее, при этом продолжив свою работу.

— Меня только официально устроили, а я того…больная.

— Ну у тебя и загоны мать. — усмехнулась Катя. — Все мы люди, Алиска, у кого дети, у кого свои болячки. Ты ещё запаришься на себя чужую работу брать. У Аньки вон двое детей, одному восемь, другому пять, угадай, кто в прошлом году с больничных не вылизал.

Слова Катерины меня конечно немного успокоили. Может и не всё так страшно, почитаю, что там принимать надо, после работы в аптеку, может ещё и обойдётся.

Только сил, после этой работы у меня почти не осталось. Хорошо, что моя самостоятельная дочь, приготовила, обед, а заодно и ужин. Поела я как птичка, больше ковырялась в тарелке. Женька смотрела на меня и как мать нерадивого ребёнка, вздыхала. А мне больше всего на свете хотелось оказаться в кровати.

Утро ничем не радовала. Проснулась разбитая, в желудки было так тяжело, как будто я цемент съела, температура упала. Я буквально заставила себя принять душ и выпить чай, лимон с мёдом не зашёл, а просто лимон на удивление залетел.

Следующие два утра ничем не отличались от предыдущего, спасал пресловутый лимон. Зато вечером на меня нападал зверский жор. Надо записаться к врачу, у меня явный гастрит.

На выходные Женька уехала к отцу, а я в кои-то веки пригласила подруг. Роллы залетали в меня, как и любая другая еда по вечерам, а вот пиво не зашло.

— Фуу, что за гадость, — ели проглотив глоток, поморщилась и даже передёрнулась.

— Пиво, как пиво, — глотнула Улька. — Темное, наше любимое. — ещё глоток.

— Нет, он какое-то… беее. — не смогла даже подобрать слов отвращения. — Вот роллы да, само-то.

— Ты, когда последний раз ела, — настороженно спросила Ларка, осматривая наш стол. Я тоже посмотрела на него и о ужас, он оказался почти пустой. — Я закажу ещё.

— Простите, девочки, я рассчитаюсь за новый заказ. Просто вкууусно, — жалобно протянула я. — а можешь вон тех жаренных заказать два.

— Ага, так ты, когда ела-то.

— Меня по утрам всё ещё мучает ротавирус, тошнота, озноб, упадок сил. Только к вечеру я начинаю нормально есть. Боюсь, там уже гастрит, образовался.

Девочки переглянулись, потом посмотрели на меня, перевили взгляд на мой живот и снова переглянулись.

— Ага, образовался, глист. — с подозрение глядя проговорила Ларка.

— Нет, я бы сказала головастик. — вторила ей Улька.

— Нет, мне кажется там уже кто-то в виде ящерки.

— Да, о чём вы говорите, я понять не могу. — недоумевала, глядя на этих кумушек.

— Алиска, у тебя, когда месячные последний раз были. Ммм.

— Хмм, — усмехнулась, и улыбка стала пропадать с моего лица, я не помнила. Я забегалась, закрутилась, заработалось.

— Так понятно, — Ларка пошла в коридор одеваться. — Я за тестом, ты что ли, проследи за ней.

— Тест для точности надо утром делать, разве нет. — усомнилась Уля.