Малышка на миллион - Алена Нежная

— А где твой завтрак? Ты будешь завтракать только гренками? — поинтересовался он.

— Да, я ничего не хочу. Ты ешь. Приятного аппетита!

— Спасибо.

Васнецов стал завтракать, мужчина отпил из кружки горячий напиток и понял, что это не кофе.

— Это не кофе?

— Нет, это цикорий. У меня нет кофе дома.

— Но ты пила раньше кофе — удивленно посмотрел он на нее.

— А сейчас решила подумать о своем здоровье — улыбнулась она и закинула сухарик в рот.

— Чем собираешься заняться?

— У меня сегодня выходной, а вот ты поедешь домой. Тебе нужно поправляться!

Выходные проводила Вероника не так как раньше. Беременность подкорректировала ее выходные. Теперь девушка проводила эти дни по-другому. Полдня она мучилась от токсикоза и спала. Ближе к вечеру она заставляла себя выйти погулять и пройдясь немного, она приходила домой и снова погружалась в сон.

Васнецов покончил с завтраком и встал из-за стола.

— А лекарство? — напомнила она и поднесла ему кружку с лекарством. — Виктор, у тебя вчера была высокая температура. Тебе нужно выпить лекарство.

Он посмотрел в ее карие глаза и обхватил ее тоненькие пальчики вокруг кружки.

— Ника, мне любовь твоя нужна, а не жалость. Неужели ты настолько изменилась, что ко мне больше ничего не чувствуешь?

Она посмотрела ему в глаза и поставила кружку с лекарством на стол. Девушка отвернулась от него и подошла к окну, чтобы не расплакаться от его настойчивого взгляда. Ведь она чувствовала. Все чувствовала и хотела по-прежнему быть рядом с ним, но вспомнив о пятнадцати пропущенных звонках его жены, подавила в себе свое желание.

— Вить, уходи! — едва выдавила она из себя.

— Я вот одно только не пойму: ладно ты на меня в обиде, но в чем виноваты другие люди, которые любят тебя и ждут? — не выдержал он и стал выплескивать свою обиду на нее: — Скажи мне, в чем виновата Полина, которая плачет и ждет тебя и каждый раз спрашивает меня, когда ты вернешься? А я ей говорю, что скоро. В чем виноваты были малыши, которые остались без уроков английского? А Иван, который относился к тебе как к дочери? В чем они виноваты?

— Ты прекрасно знаешь, почему я так поступила. Мне нужно было отдать тебе долг — призналась Белова, расплакавшись.

— А я просил тебя об этом? Просил? Я не просил. — Он развернул любимую девушку к себе и жестко произнес, сжимая ее плечики: — Ты привлекла к себе людей, а потом всех бросила. Бросила. Как ты могла Вероника?

В нем кипела злость и боль за все месяцы, проведенные без нее. Виктор отошел от нее, справляясь со своим гневом:

— Я ждал тебя и искал! Черт возьми, Ника я ходил на этот пляж в Солнечном, где мы с тобой встречали рассвет, но ты не пришла. Я ходил по лавандовым полям, но ты не появилась. А ты оказывается просто была в соседнем городе и протирала столики. За три месяца ты ни разу не приехала в город. Ни разу! — крикнул он от отчаяния.

— А ты думаешь мне было хорошо? — не выдержала она и со слезами тоже сорвалась на крик: — Хочешь знать, как я живу? По утрам я встаю и каждое утро обнимаюсь с унитазом, потом бегу в кондитерскую до ее открытия и покупаю сладости. Меня уже все продавцы в кондитерской знают. Я в курсе всех новинок тортов и пирожных и все благодаря тебе, Васнецов! Потом я бегу по бабушкам и скупаю все банки с соленьями и никак не могу ничем наесться. А после рабочего дня у меня так отекают ноги, что я их не чувствую уже. Скажи мне, я хорошо живу, да?

Он замолчал, а потом удивленно посмотрел на нее и сказал:

— Извини, я не знал, что у тебя проблемы со здоровьем — он дал ей платок и стал гладить по плечам, чтобы успокоить заплаканную девушку. — Кажется, я знаю, что с тобой происходит и как тебе помочь.

Белова испуганно посмотрела на него и даже перестала плакать. Сердце у нее ушло в пятки, понимая, что она на эмоциях взболтнула лишнего.

«Он сейчас догадается. Я пропала» — думала Вероника и смотрела на него, не отрываясь.

— Да, решение есть! — улыбнулся он, чувствуя, что он близок к разгадке. — У тебя стресс. Да, и на фоне стресса ты заедаешь его сладостями. Тебе нужен гастроэнтеролог и психолог. Точно! Кстати, у меня есть очень хороший гастроэнтеролог.

Белова расслабилась и даже рассмеялась от его версии.

— Я что-то не то сказал?

— Вить, мне не поможет гастроэнтеролог — усмехнулась Ника и стала убирать посуду со стола.

— Ты зря смеешься. Между прочим, он кандидат наук — не отставал мужчина от нее.

— Да пусть хоть трижды кандидат наук. Мне может помочь только время — призналась она.

— Вот почему ты такая упрямая! — вспыхнул актер. — Я пытаюсь тебе помочь, а ты даже слушать меня не хочешь. Знаешь, ты изменилась, Ника. Очень изменилась и не в лучшую сторону.

Вдруг огорошил он ее. Она даже перестала мыть посуду от его слов.

— Что ты сказал? Повтори — она прожигала его взглядом и подошла к нему близко, теряя терпение.

— Ты изменилась и не в лучшую сторону — твердо сказал он, выводя ее еще больше из себя. — Ну я же прав. Ты стала капризной, нервной. Ты даже не хочешь ничего менять.

— Васнецов, не зли меня лучше пока я тебя не пришибла чем-нибудь. Извинись, немедленно! — потребовала она.

Она и так была на взводе. Ей не давали покоя бушующие гормоны, которые заставляли ее то плакать, то смеяться, то злиться и капризничать и все это со скоростью света. Сейчас он снова доводит ее с каждым словом.

— За что? Я предложил тебе хорошего врача, но ты отказалась.

— Не в лучшую сторону, говоришь? Сейчас я покажу тебе, мой дорогой хорошую сторону — с этими словами она схватила его белье на сушилке и стала бросать в него, крича: — А благодаря кому я такой стала? Пошел вон!

— Ты — истеричка просто! — говорил пораженный Виктор, ловя на ходу свою одежду.

— Вон отсюда! — крикнула она и открыла дверь. — Убирайся!

— Дай ты мне хоть одеться нормально — говорил он, босиком выбегая из квартиры и хватаясь за голову.

— Ничего, в подъезде оденешься — крикнула она и в него один за другим полетели туфли.

Девушка закрыла дверь и выдохнула. Не прошло и минуты, как она измученно произнесла:

— Только не это!