Просто друзья (ЛП) - Феррелл Чарити

Что Каролина нашла в этом придурке?

Мои ребра напряглись, когда я сдержал себя, чтобы не перепрыгнуть через стол и не ударить его по лицу.

— Да, именно это она и сказала – что ты не хочешь давать ей развод и играешь в игры разума.

Он качает головой, от него исходит резкий смех.

— Я не играю в игры разума со своей женой.

Если этот ублюдок еще раз назовет ее женой, Каролина станет вдовой.

— Что у тебя на нее есть? — спрашиваю я, переходя прямо к делу.

— Не твое дело. Это касается только меня и моей жены, так что держись от нее подальше.

Мои ногти впиваются в ладони, и я сжимаю кулаки.

— Послушай, урод...

Он прерывает меня:

— Каково это – трахать замужнюю женщину, Рекс?

— Она не хочет быть замужем за тобой, — отвечаю я.

— Ты планируешь встречаться с ней, если мы разведемся?

— Да.

— Жениться на ней?

— Да.

Он хитро улыбается, доставая телефон из кармана.

— Тогда скажи мне кое-что, что бы ты почувствовал... что бы почувствовал твой отец-мэр, если бы фотографии твоей новой девушки были опубликованы в Интернете?

Я моргаю, и моим глазам требуется секунда, чтобы приспособиться к экрану, когда он сует телефон мне в лицо, отвечая на все вопросы, ради которых я сюда пришел.

Вот почему она не может уйти от него.

Этот подлый ублюдок.

Я вырываю телефон из его грязных пальцев, бросаю его на пол и топаю по нему, разбивая его на кусочки под своими Chuck Taylor[15].

— Ты уверен, что хочешь теперь встречаться с моей женой?

То, что я раздавил его телефон, похоже, его не смущает.

Телефон сломан.

Его лицо должно исчезнуть.

Я обхожу стол быстрее, чем когда-либо в жизни, хватаю его за тощее горло и прижимаю к стене, впечатывая в нее.

— Ты ублюдок!

— А... значит, она не все тебе рассказала.

Он задыхается, когда я крепче сжимаю его шею, и мне требуется все, что у меня есть, чтобы не продолжать душить его, когда его лицо начинает багроветь.

Я пришел сюда, чтобы напугать его.

Не для того, чтобы убить его.

Хотя по дороге сюда я придумал десятки способов убить его.

Он сгибается в талии, когда я отпускаю его, его руки лежат на коленях, он глубоко вдыхает, почти задыхаясь, когда я отстраняюсь.

— Подпиши бумаги о разводе, когда тебе их доставят, — требую я, вытирая руки о штаны и поворачиваясь, чтобы уйти.

Он холодно фыркает.

— Ты же не думаешь, что это все? — На его лице появляется самодовольная улыбка. — У меня полно ее фотографий. — Он наклоняет голову к телефону. — Может, ты и сломал мой телефон, но они все равно у меня везде.

Я обхожу его стол и беру с него iPad.

Он ломается, когда я бью по нему ногой.

— Два устройства уничтожены, — говорит он. — Осталось еще так много. Я сохранил их повсюду, ожидая, когда Каролина сделает неверный шаг. Если она решит уйти от меня к тебе, это повлечет за собой последствия. Она должна быть со мной – с кем-то зрелым, а не с маленьким ребенком из колледжа, играющим в видеоигры. Возможно, я совершил несколько ошибок с Каролиной, но она моя.

— Не знаю, говорила ли тебе Каролина, на что я способен. Я не только надеру тебе задницу, но и взломаю все, где есть твое имя – телефоны, компьютеры, электронную почту, твои гребаные записи в детском саду, если понадобится. Абсолютно, блядь, все.

— Ты же не думаешь, что Каролина не рассказала мне, как ты можешь взламывать счета? — Он потирает покрасневшее горло. — Что, кстати, незаконно, и я бы точно сдал тебя за то, что ты делаешь.

— Удачи в доказательствах. Ты, может, и неряшливый ублюдок, но позволь мне пообещать тебе, что я не такой. — Указывая на него, я сужаю глаза. — Удали все фотографии и оставь ее в покое. Найди себе другую студентку, чтобы трахнуть ее, раз уж они, похоже, в твоем вкусе, ты, гребаный урод.

— Или что?

— Как я уже сказал, я взломаю все, чем ты владеешь.

— Ты мне угрожаешь?

— Нет. Только говорю тебе, что я сделаю. Я не перестану копаться в каждом твоем шаге, пока ты не оставишь ее в покое.

— Пошел ты, — прошипел он.

— Приготовься к тому, что я буду знать каждый твой секрет, Профессор. — Я хватаю его портфель, вытаскиваю ноутбук и поднимаю его вверх. — Я разобью его, как только закончу с ним.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЯТАЯ

Каролина

Рекс написал мне два часа назад, спрашивая, может ли он заехать в лофт.

Учитывая все сообщения, которые я получила, мне кажется, я знаю, что означает его приезд. Мы почти не разговаривали с утра, и даже тогда, пока я готовилась к работе в его квартире, стояла неловкая тишина.

Может, ему нужно пространство, чтобы решить, хочет ли он встречаться со мной после того, как узнал о Джеймсе.

Глупая – вот кем я была, когда думала, что смогу скрыть от него свой брак. Но опять же, я не ожидала, что Рекс откроет мне свое сердце, как он это сделал, и совершит со мной шаг, о котором я мечтала годами.

Я никогда не рассказывала Рексу, потому что думала, что быть с ним – это не вариант. Все это время я ждала нас, но упиралась в преграду – преграду, которая неизвестно когда исчезнет.

Я приняла двадцать пять различных положений на диване, пытаясь устроиться поудобнее. Голова раскалывается, сердце готово выскочить из груди.

Честно говоря, у меня нет никаких проблем с этим.

Я бы отдала все Рексу – обещание, что, несмотря ни на что, оно будет у него.

Не у Джеймса.

Не у кого-то другого.

У него.

Оно всегда будет принадлежать ему.

Сейчас, несмотря на то, что я люблю его, я хочу надрать ему задницу.

— Ты спятил? — кричу я, когда он входит через парадную дверь с сумкой для компьютера, на его лице написан гнев. — Джеймс сказал, что ты ходил к нему в лекционный зал и угрожал ему.

Его визит к Джеймсу не должен меня удивлять. Даже после лжи Рекс всегда будет защищать меня. Это то, что он делал всю нашу дружбу – с моими двоюродными сестрами, с каждым, кто делал мне гадости, а теперь и с Джеймсом. Рекс уничтожил бы все на свете, лишь бы не видеть мою боль.

Холодный взгляд, направленный в мою сторону, подтверждает, что я не единственная сумасшедшая в комнате.

— Конечно ходил, — огрызается он.

— Рекс, — осторожно говорю я. — Пожалуйста, не вмешивайся в это. Я попросила тебя оставить все как есть, а я разберусь.

— Разберешься? — кричит он, не сводя с меня глаз. — Каков твой план по решению этого вопроса?

Я пожевала нижнюю губу.

— Я еще точно не знаю.

Его гнев усиливается. Даже прошлой ночью он не был так расстроен. Ужас овладевает моим телом, когда я жду, что он выплеснет на меня все, на что разозлился.

Джеймс что-то ему сказал.

Вопрос в том, что он ему сказал?

— Когда ты планировала сказать мне, что причина, по которой ты не разводишься с ним, в том, что он шантажирует тебя обнаженными фотографиями?

Хорошо, что я сижу, а то бы мои колени подкосились, и я бы расплакалась на полу. Я бы с удовольствием погрузилась в эти подушки и исчезла. Пирог, который я съела на работе ранее, грозит появиться в этом споре... разговоре... что бы это ни было.

Он сказал ему.

Я хочу нарезать Джеймса на кусочки прямо сейчас.

Стать для него Лореной Боббит[16].

Мне требуется мгновение, чтобы вернуть себе голос и не умереть у него на глазах.

— Он... он сказал тебе?

— Он, блядь, показал мне, — шипит он сквозь стиснутые зубы. — Я хотел убить этого ублюдка.

Я закрываю глаза, так как они горят от слез, и выдавливаю из себя ответ:

— Он держал это над моей головой с той ночи, когда мы расстались.

Рекс больше никогда не будет смотреть на меня как раньше.

— Ты меня разыгрываешь? — кричит он. — Ты просто позволяла ему угрожать тебе все это время? Какого черта, Каролина?