Эскорт. Опасные связи - Екатерина Орлова

напротив зеркала и медленно кручу головой из стороны в сторону, рассматривая себя. Сегодня на мне никакого макияжа. Распускаю волосы и начинаю их расчесывать. Смогла бы я походить на вчерашнюю девственницу? Если бы сказала “да”, обманула бы саму себя.

Мое тело покрыто татуировками, скрывающими мерзкие шрамы. Если бы не они, вряд ли я украсила бы кожу рисунками. Но последствия жизни на улице, а также несколько жестоких мужчин, в чью постель я попадала, оставили следы, и мне пришлось “зарисовать” их тушью. И теперь я выгляжу скорее как реклама тату-салона, а не невинная, благородная девушка.

А еще мое лицо. Нет, на нем, к счастью, нет татуировок. Но у меня… Джош когда-то сказал, что мое лицо вызывает только одно желание – нагнуть меня. Слишком полные губы, слишком темные ресницы, слишком черные волосы. Все слишком. Слишком выразительная внешность, вызывающая у мужчин только одну ассоциацию: секс.

Что ж, я могу перекрасить волосы, избавиться от своего натурального цвета воронова крыла, снять наращенные ресницы. Но это все. И не факт, что это поможет. И все же, я решаю, что, выбравшись на свободу, сделаю все это, потому что хочу покончить с прежней Лианой. Совсем новой я не стану, но хотя бы попытаюсь немного очиститься.

Наконец закончив осмотр, я иду на выход из ванной. Останавливаюсь у двери и делаю два долгих, шумных вдоха, а потом берусь за ручку двери. Выйдя, направляюсь прямиком в спальню, из-за закрытой двери которой слышу тихую чувственную музыку. Сердце разгоняется и таранит ребра, когда я открываю дверь и застываю на пороге, задыхаясь и захлебываясь эмоциями.

Спальня погружена в полумрак, шторы закрыты, зато почти на всех горизонтальных поверхностях расставлены зажженные свечи. Из колонок льется негромкая музыка. На прикроватной тумбочке – ведерко с бутылкой шампанского, а на комоде – ваза с розами. Посередине комнаты стоит Ноа с двумя бокалами шампанского в руках.

– Когда ты успел? – шокировано произношу хриплым голосом.

– Какая разница? – отвечает он серьезно. – Иди ко мне.

Последние слова он произносит таким голосом, что по коже начинают бежать мурашки. Он разговаривает ласково и тихо, как будто и правда с любимой женщиной. Мои ноги начинают дрожать, а в горле встает ком.

Еще не поздно все это остановить, чтобы не сталкиваться с эмоциями, с которыми я могу не справиться. Но я уже закрываю за собой дверь, отрезая нас с Ноа от реальности, и медленно переставляю ноги, не сводя взгляда с его лица. Пусть завтра рухнет весь мир, мне плевать. А сегодня я хочу украсть для себя иллюзию счастья и любви. Насладиться тем, что никогда не будет мне доступно. Обмануться хотя бы на час, чтобы появились силы жить дальше.

Глава 42

Ноа

Лиана – первая в моей жизни женщина, которая совершенно не вписывается в нарисованный мной образ избранницы. Она ломает шаблоны, крушит их нещадно. И при этом не оставляет возможности для сопротивления.

Я пропал…

Не могу и не хочу бороться с этим притяжением. Хочу, чтобы она все время была рядом. В моей постели и в жизни.

Черт его знает, когда все так изменилось, но то, что я стал иначе относиться к Лиане – это факт.

Когда Лиана подходит ко мне, передаю ей бокал шампанского. Мы аккуратно соприкасаемся ими, издавая едва слышный звон, а потом делаем по паре глотков, не сводя взглядов друг с друга.

Нас окутывает негромкая музыка, а свечи создают романтичную атмосферу. Лиана удивилась бы, узнав, что я еще ни для одной женщины не устраивал свидание на крыше и не занимался любовью при свечах. Так уж случалось, что весь мой секс был диким, животным. Так что, можно сказать, сегодня я тоже лишаюсь девственности.

Еще глоток, и мы синхронно ставим бокалы на ночной столик.

Повернувшись к Лиане, одной рукой сжимаю ее талию и притягиваю к себе, а костяшками второй провожу по скуле, шее и ключице. Она дрожит, глядя на меня широко распахнутыми глазами.

Наклонившись, приникаю к ее губам поцелуем. Нежным, но по ощущениям он мощнее всех, которые были в моей жизни. Внутри меня случается мощный взрыв. И хочется углубить его, сделать жестче, порывистее. Но в то же время – не портить пошлостью, а оставить таким, какой есть: проникающим в самое нутро. Кажется, будто Лиана целует мою душу. Есть в этом что-то такое… сакральное. Как будто эта женщина подчиняет себе всего меня. И да, я не просто готов поклоняться ей, я уже это делаю.

Спускаюсь нежными поцелуями на шею. Облизываю ее, еле ощутимо прикусываю. Руки гладят узкую спину, потом перебираются на пояс халата и тянут за него, позволяя шелковой ткани разойтись. Сбрасываю тряпицу и по-новому смотрю на тело Лианы. Сегодня я не вижу ее татуировок и шрамов под ними. Сегодня только ее безупречное тело – стройное, хрупкое, дрожащее.

Аккуратно укладываю Лиану на кровать и спешно раздеваюсь сам. Сегодня никакого быстрого секса. Мы будем делать все нежно, неторопливо. Я собираюсь насладиться каждой секундой.

Нависнув сверху, снова целую, а потом отрываюсь от нежных губ.

– Ш-ш-ш, расслабься, – произношу, глядя в широко распахнутые глаза. – Это всего лишь я.

– Я не знаю… куда деть руки, – хрипло произносит Лиана.

– Можешь обнимать меня. И вообще не думай. Поступай так, как велят инстинкты.

– Я как будто впервые занимаюсь сексом, – нервно смеется она, а я глажу ее щеку.

– А ты и так впервые делаешь это. С той лишь разницей, что сегодня не должно быть больно.

Я не даю ей продолжить диалог, снова целую.

Мои губы спускаются ниже. Я опять облизываю шею, перемещаюсь к груди и ласкаю ее языком и губами. Пальцы Лианы ложатся мне на затылок, и ногти легонько царапают кожу. Пробегающая по телу толпа мурашек зажигает кровь. Я с удовлетворением замечаю, как Лиана постепенно расслабляется, и ее дыхание учащается.

Соски становятся тверже под моими языком и губами. Пальцы сжимают один, пока я ласкаю второй