Верю-не-верю. Я тебя люблю - Зоя Анишкина

Конечно, я предполагал, что тут будет что-то типа психологического насилия, но когда разговор зашел об информации…

Теперь уже стоило думать не столько о Еве, сколько о себе. Годами сдерживаемая ярость и контроль, что прятались под личиной моего спокойствия, все же существовали.

И в последние недели лишь набирали обороты. Смерть Цербера словно спусковой крючок нажала, и выдержка сыпалась, треща по швам.

Я не готов сейчас к подобной игре. Уж лучше любая другая. Салочки, те же проклятые прятки. Да даже рулетка с ее удачей сейчас была бы предпочтительнее.

Там хотя бы можно сопротивляться, просчитывать и гадать. А тут тебе залезут в голову и надавят на самые болезненные места. Конечно же, им будет известно про Машу и брата. Прокурор собирал на нашу семью досье лет пять точно.

И если это они назвали «о нем мало известно»… Я должен с этим справиться. Ради неё. Для неё. Чтобы закончить этот спектакль и поехать на юг искать ее мать.

Вытащить из этого ужаса, что снова впился в наши жизни. Они сказали, что она может не справиться. Поэтому я должен найти способ вытащить ее раньше, пока и без того подвешенная психика не дала сбой.

Ева с учётом последних событий особенно уязвима. Если дать ее страхам голос и лицо, она действительно может сломаться. Боже…

Неужели у этих людей нет совести? Неужели они не понимают, что творят? Неужели я дошёл до ручки и теперь задаю подобные вопросы…

Меня сгрузили на пол, как мешок с картошкой. Обошли и отправились по своим делам. Наверняка тут камеры стоят инфракрасные и за всем наблюдают.

Тьма кромешная. Для меня и Евы игра уже началась. С того самого момента, как мы здесь оказались. Теперь назад дороги нет, да и помощи ждать неоткуда.

Поэтому я открыл глаза, потирая их, чтобы быстрее привыкли к темноте, встал на ноги и отправился навстречу своим страхам.

Глава 56. Игорь

Глаза привыкли к темноте довольно быстро. Я адаптировался и теперь спокойно осматривал путь вперёд. Потом что оказался брошенным в тупике.

Тут какая-то своя, особая атмосфера. Она-то и напрягала больше всего. Потому что к тому, что мне полезут в голову, я как бы подготовился, а вот к тому, что меня захотят простимулировать перед этим, нет.

Я начинал образование в медицинском. Родители мечтали, что хотя бы из меня по этой части выйдет толк. Все же отец когда-то давно сам мечтал стать врачом.

Мне тоже нравилось это дело, и с детства я так или иначе сам потихоньку разбирался в ранах и особенностях их обработки. Без проблем поступил в вуз. Все говорили, что у меня талант.

Но не прошло несколько лет, как приключилась история с Машей, и об образовании больше не могло быть и речи. Я забил на все. Хотя до этого умудрялся совмещать и спорт, и учебу, и наш маленький бизнес.

Макс, конечно, помогал, но даже без этого все было просто замечательно. Пока не рухнуло в одно мгновение. И вот сейчас я снова стою на грани. Да ещё вдыхаю этот аромат.

Если бы я не учился в медицинском и не посещал дополнительные занятия по лечебным травам, ну и не имел определённый опыт… Кто не шалил в детстве с травками у бабули в деревне?

В общем, этот запах я узнаю. И если как следует им надышаться, можно не только глюки словить. Можно запросто сойти с ума от любого воздействия и утрировать любое своё состояние…

Какими же надо быть уродами, чтобы использовать это. И ведь не наркота, так… Народное баловство. Но в определённых пропорциях…

Снова подумал о Еве, но мысль ускользнула. Потому что впереди забрезжил свет. Точнее, словно кто-то оставил дверь открытой. А в проходе кто-то стоял.

Я напрягся, ожидая спектакля. В голове уже немного помутнело, и в целом я наверняка выглядел не очень. Но другого пути попросту не было.

Подходя ближе, различил тонкий девичий стан и длинные темные волосы. В проходе, определено, стояла девушка. Мелькнула мысль, что это могла быть Ева, но я отмёл ее.

Нечего надеяться на чудо. Нечего нам обоим рассчитывать, что из-за угла вылетит птичка и скажет, что мы оба свободны. Это было бы лишь подтверждением безумия.

Подбирался к незнакомке медленно, но та даже не шелохнулась, хотя я знал, что она прекрасно слышит меня. Не думал, что тут принимают участие актёры.

Это ж как надо подготовиться, все отрепетировать. Получается, что меня ждёт весьма искусный экспромт? Слабо в это верится. Хотя…

И тут я услышал это:

– Вы не уберегли меня. Почему вы пустили меня туда совсем одну?

Я был готов. Я знал, что тема сестры самая острая и самая болезненная для меня. Но реальность оказалась намного страшнее представления…

Потому что в изящной фигурке мне привиделась Маша. Да я готов был поклясться, что и голос принадлежал ей. Это все ароматы всем известной травки в воздухе.

Там, где не хватало реальности, мозг додумывал подробности. Я закрыл глаза и несколько раз громко вздохнул. Очистить голову. Очистить душу. Это не Маша. Маша умерла.

– Я не хотела умирать! Меня заставили. Это было слишком жестоко! Почему вы не сказали, что не стоит идти за ним и приставлять к виску револьвер?

Несмотря на самоубеждение, несмотря на всю подготовку, что я успел провести, кровь стыла в жилах. Образ Маши не отпускал, и я схватился за голову.

Быть может, если показать им, что я слаб и готов сдаться, это ее заткнет? Бросил взгляд на девушку, но та не исчезала, а я боялся сделать шаг к ней.

Остановился как вкопанный. Потому что не хотел, чтобы она опять говорила. Но на этот раз ей и не требовалось.

Маша судорожно обхватила себя руками и заплакала. Так протяжно и по-родному знакомо. Но это лишь галлюцинации, это неправда. Маша мертва. Я сам видел закрытый гроб. Хоронил ее…

– Мы доверили ее