Цена первой ночи (СИ) - Гринь Ульяна Игоревна

— Тебя можно навещать? — неловко спросила я, и мать с запинкой ответила:

— Можно, но я не знаю… Я думала, ты не захочешь приходить.

Теперь и я запнулась. Скажу правду и нарушу процесс лечения? Нет, пусть я и ненавижу мать, лучше ей пройти курс в нормальном состоянии. Кто их там знает, этих терапевтов… Вот поговорю с врачом и узнаю. А пока…

— Я приду.

— Только не приноси ничего, передачи запрещены.

— Хорошо. Экономия будет.

Мы обе засмеялись от этой шутки, но смех вышел натянутый и неестественный. Надо закругляться. Лучше больше ничего не говорить. Потом. Завтра, послезавтра.

— Ладно, мне пора. Когда у вас часы посещений?

— После обеда каждый день.

— Тогда приду. Всё, пока.

— Пока.

Я сбросила звонок и закрыла глаза, бессильно откинув голову на спинку дивана. Разговор неожиданно вымотал меня. Я говорила с незнакомым человеком, с женщиной, которую не знала и не помнила. Раньше было легче — когда я могла с полным правом рявкнуть на неё или вытолкать взашей без слов.

Всё, нафиг. Пока не буду думать об этом. И об Игоре не буду. Или буду? Как там у него дела? Удалось ли отмазаться от обвинений? Я снова взяла в руку телефон и открыла браузер. Набрала «млечный путь». Походу, это самый простой путь, чтобы узнать что-то.

Гугл вежливо подсунул мне несколько статей в местной электронной прессе. Я открыла первую и прочитала: «Генеральный директор компании «Млечный путь», главного поставщика молочной продукции в Санкт-Петербурге и области, Игорь Разумовский снова занял своё кресло после расследования отравления йогуртами этой фирмы десять дней назад. Он был полностью оправдан от подозрений в халатности и в интервью нашему журналисту А.Соколовской заявил, что намерен усилить контроль за качеством и безопасностью готового продукта».

Походу, у некоторых всё в порядке. Значит, и думать не о чем. Хотя, можно и позвонить для очистки совести. Утро субботы, вряд ли Игорь на работе. Скорее всего, недавно проснулся и позавтракал. Хмыкнув своим мыслям, я открыла ватсап и нашла номер Игоря. Смотрела на него несколько секунд. Закрыла ватсап. Покачала головой и, обругав себя нехорошим словом, снова открыла. Чего я стесняюсь? Я же просто хочу спросить, как дела!

Нажала на иконку вызова и прижала телефон к уху.

Дура я, вот как есть дура. Зачем мне нафиг Игорь? Если я ему не нужна? Была бы нужна давно бы сам позвонил, прислал бы СМСку, приехал бы… Ну ладно, не приехал бы, я понимаю — у него нет времени! Но СМСка это три секунды времени! Три грёбаных секунды. Написать на экране пальцем: «Привет, как живёшь?» И всё. Большего ведь никто не требует. Но СМСки не было. Звонка не было. Ничего не было. Как будто меня не существовало…

— Алло? — откликнулись в телефоне женским голосом, и я замерла. Я уже слышала это певучее беззаботное сопрано. Что она делает с телефоном Игоря?

— Я могу поговорить с Игорем? — осторожно спросила я у Алины. Кажется, бывшая невеста — это Алина.

— Хм-хм, а зачем тебе? — усмехнулась она. — Игорь спит, я не хочу его будить, он был такой… трудолюбивый этой ночью!

И засмеялась. Мне показалось — издевательски. Глубокий вдох, выдох. Нет, она врёт. Игорь её терпеть не может, он сам сказал тогда, на смотринах в доме родителей…

— И всё же. Передайте ему трубочку, пожалуйста, — максимально вежливым голосом попросила я. Надо удостовериться самой. Спросить. И тогда всё будет решено.

— А ты упрямая, Любочка, — фыркнула в трубку Алина. — Ладно, я тебе пришлю фоточку, чтобы ты поняла и отцепилась от Игорька.

Что? Какую ещё фоточку? Я оторвала телефон от уха и увидела уведомление о сообщении ватсап. Вдох-выдох. Открыла его.

Игорь спит, разметавшись по широченной постели. Мускулистые ноги торчат из-под простыни, лысая голова блестит, на лице улыбка. А рядом сидит Алина, вытянув руку, чтобы сделать селфи на фоне спящего красавца. И Алина не одета. То есть, совсем не одета. То есть, завёрнута в ту же простыню. И вторая подушка на кровати смята… Закрыв глаза, я ощутила такую внутреннюю боль, что аж испугалась за себя. Я же сейчас умру! Раньше не думала, что можно умереть, задохнувшись, потому что не можешь дышать… А теперь поняла: это вполне реально. Надо сбросить снимок… Надо вдохнуть… Надо прекратить бесполезный разговор…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Хорошо, не будите его, — на вдохе прошептала в телефон. — До свидания.

Усилием воли я заставила сердце снова биться, а лёгкие — работать. Отложила телефон на стол. Вытерла мокрые глаза. Это я что — плачу? А ну-ка… Надо собраться! Надо встать и сделать чай. Надо… Надо что-то делать, не сидеть тут и не жалеть себя. Я просто дура, что позволила себе влюбиться. Ясно же было с самого начала, что Игорь блядун и игрун. Он купил себе девственницу и поигрался в заботливого первого мужчину. Всё, что было после той ночи, он не предусмотрел, возможно, поддался жалости к Аришке, а потом… Я приняла его правила игры, мы позабавились на его работе, ну, и опционально я спасла его от тюрьмы и сумы. И точка. Игорь вернулся к той жизни, которую ему диктует окружение.

Глупо было думать, что он тоже чувствует ко мне влечение. И уж совсем сумасшествием было считать, что он влюбился.

А сексом можно заняться с кем угодно, хоть с Женькой-барменом. Или вообще ни с кем. Самое разумное и правильное решение.

Давай, Любаня, вставай, брось убиваться по пустому. Надо принять душ, одеться покрасивше и отправиться по магазинам. Говорят, шоппинг лечит душевные раны. Вот и займусь самолечением.

Я занялась им со рвением, достойным уважения. Надела Катькины шмотки и даже на каблуки взгромоздилась. Накрасилась, как меня учила Зая. Взяла сумочку, которая остро напомнила Игоря и чёртов «Млечный путь». Заперла квартиру и попёрлась ловить такси.

В целом, я могу сказать, что шоппинг удался. В торговом центре я не пропустила ни магазин белья — с весьма демократичными ценами, конечно, но всё же, — ни товары для дома, ни отдел тканей и ниток. Выбирала, приценивалась, примеряла, просто бродила по галереям. Главным критерием выбора оставалась, конечно, практичность, но я постаралась не думать о том, нужны мне эти вещи или нет. Хотелось просто покупать безделушки и подарки. Набор куколок для Аришки, не слишком дорогой парфюм для Катьки, ремень для Николая, даже деревянную штучку для террариума Лариски… Было бы у меня много денег — купила бы всё, на что падал глаз. А так пришлось сдерживать порывы, старательно и мысленно шлёпая себя по рукам.

С пакетами покупок я спустилась на первый этаж и села в «Шоколаднице». Давно не кутила так, поэтому почти забыла, что можно хотеть. Вроде бы сладости и капучино должны меня утешить и полностью вылечить. Свободных денег было не слишком много, поэтому я взяла кофе с кусочком наполеона, расплатилась и счастливо выдохнула. Теперь у меня есть два симпатичных комплекта лифчик плюс трусики не вызывающего красного цвета, есть заварочный чайник из стекла и стали, солонка с перечницей в форме гномиков, стопка новых полотенец для рук и очень удобна стойка для бумажных салфеток. Я умная, симпатичная, трудолюбивая девушка в самом расцвете сил, свободная ото всяких обязательств, независимая и вообще. Спортсменка, комсомолка и просто красавица вах! А поэтому грешно маяться дурью и страдать по невозможному человеку, который даже не любит меня. Что толку? Игорь никогда не будет со мной. Я запомню урок на всю жизнь, я никогда не влюблюсь, пока не буду уверена в искренности второй стороны, пока не буду знать точно, что меня любят, а не просто трахают.

Поэтому…

За твоё здоровье, Игорёк, и спасибо за первую ночь!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Правило 24. Начиная новую жизнь, избавься от старых знакомых

— Сенечка! — рявкнула я в окно раздачи. — Поди сюда, солнце!

Толстый парень с румяными от жара кухни щеками показался между стеллажей и кивнул:

— Чего стряслось?

— Замени уху, в ней волос, — я брякнула тарелкой по стойке и передала Сене волос — нормальный, чёрный, противно-жирный.