Барбара Виктор - Найди свою любовь

Жорж пообещал связаться с ней через несколько дней, еще до своего отъезда или недели через две, после того как вернется из Мексики.

Повесив трубку, Кори повернулась к Лотти.

— Это был мой деверь.

— Миллион долларов, — завороженно повторила Лотти, слышавшая весь разговор.

— Дэнни оставил мне эти деньги наличными. Ты можешь в такое поверить?

— А ты?

— Но зачем Хорхе стал бы все это придумывать?

— Понятия не имею.

— Вот и мне ничего не приходит в голову.

— Что ж, благодаря этим деньгам ты сможешь остаться в своей квартире…

— Да нет, это означает всего лишь, что я смогу переехать спокойно. Ты и представить себе не можешь, сколько неоплаченных счетов осталось после Дэнни.

— Все равно фантастика, — по-прежнему изумленно прошептала Лотти. — Миллион долларов…

Кори вопросительно посмотрела на подругу.

— Не понимаю, почему Дэнни пришла в голову такая идея.

Лотти встала.

— Я никак не могу все это осознать, — медленно произнесла она.

— Я тоже, — призналась Кориандр.

— И что же ты теперь будешь делать?

Кори покачала головой.

— Для начала необходимо как-то переварить эту новость. Только потом я смогу думать, что делать.

Она взглянула на часы. Было начало четвертого.

— Сколько тебе еще дежурить? — спросила она.

— До шести.

— Тогда иди, не жди меня. Я догоню тебя. Мне надо позвонить.

Открывая дверь, Лотти снова медленно повторила:

— Миллион долларов…

Как только за Лотти закрылась дверь, Кори сняла телефонную трубку и набрала номер Адама Сингера. Ей пришлось поговорить с телефонисткой на коммутаторе, потом с секретаршей, и только после этого она услышала голос Адама.

— Что случилось? — взволнованно спросил он.

— А почему вы решили, что что-то случилось?

— Потому что прошло слишком мало времени с момента нашей последней встречи, чтобы вы позвонили мне просто так.

— Действительно произошло кое-что весьма необычное, — начала было Кори, но тут же решила, что не стоит говорить об этом по телефону. — Могу я приехать к вам на работу, чтобы поговорить? Или встретимся где-нибудь еще?

— Конечно, в любое время, удобное для вас.

— Сегодня я, видимо, освобожусь довольно поздно. Так что, пожалуй, лучше завтра.

— Я буду очень беспокоиться, если вы хотя бы не намекнете, о чем идет речь.

Посомневавшись несколько секунд, Кори сказала:

— Помните, вы спросили меня тогда, в Мексике, что я получу после смерти мужа.

— Да. А вы ответили, что никогда не обсуждали с ним этот вопрос.

— Что ж, я оказалась не права.

— Что вы хотите этим сказать? Что вы все-таки беседовали с мужем о наследстве?

— Нет, я сейчас не об этом. Дело в том, что мой муж, видимо, задумывался об этом, не ставя меня в известность. Он действительно отдал на этот счет кое-какие распоряжения…

Адам решил взять быка за рога.

— Сколько? — прямо спросил он.

— Миллион долларов, — ответила Кори. — Наличными.

Ничего себе!

— Как вы узнали об этом? — спросил Адам, стараясь ничем не выдать охватившего его волнения.

— Об этом я и предпочитала бы поговорить с вами лично, а не по телефону.

— Не хотите сегодня со мной поужинать?

— С удовольствием, — согласилась Кори.

— Тогда я за вами заеду.

— А вам это удобно?

— Скажите только, когда вы освободитесь.

— Около девяти.

— Ваша машина стоит рядом с больницей?

— Да.

— Тогда я не стану брать свою — поедем на вашей.

— Хорошо, — согласилась Кори и добавила после паузы. — И спасибо вам, Адам.

Кори надела на шею стетоскоп, проверила содержимое нагрудного кармана, где лежали обычно маленький электрический фонарик и несколько ручек, поправила на груди табличку со своим именем и отправилась в смотровую продолжать дежурство. Обед. Завтрак. Она могла повернуть свои отношения с Адамом Сингером так, как ей захочется. Оставалось только выбрать. А это было не так-то просто — как-никак Адам был следователем окружной прокуратуры, а Кори — женой одного из подозреваемых по делу, которое он вел. Или вдовой…

После разговора с Кори Адам несколько секунд обдумывал сложившуюся ситуацию. С точки зрения обычного человека, он ведет себя как дурак — лезет из кожи вон, чтобы доказать, что муж Кори жив. Ситуация запутывалась все больше. Адам точно знал только одно — он снова испытывает давно забытые чувства, которые ассоциировались теперь с Кориандр. Адам представил, как это будет…

Они, конечно, выедут из госпиталя не в девять, а в девять тридцать. В десять тридцать они будут на той стороне Бруклинского моста, где-нибудь возле Чайнатауна, где, скорее всего, и пообедают в одном из небольших ресторанчиков. «Миллион долларов», — продолжали вертеться в голове Адама слова Кориандр. Нет никаких сомнений, что это — именно тот миллион, который получил Дэнни Видал по необеспеченным чекам Фернандо Стампы. Дело это состряпано с такой дерзостью, что в это трудно было поверить.

Адам не сказал Кори, что ее отец звонил ему вчера из Вашингтона, чтобы договориться о встрече в Нью-Йорке, где он будет проездом. Примерно через час Палмер Виатт появится у него в кабинете. Кори, конечно, знала, что отец должен лететь сегодня в Буэнос-Айрес через Нью-Йорк, но мистер Виатт попросил Сингера ничего не говорить дочери об их встрече. Конечно, Кори знала, что он будет сегодня в Нью-Йорке по пути в Буэнос-Айрес, но ей лучше было не знать об их разговоре. То, что собирался сообщить Адаму Палмер Виатт, наверняка поможет следствию. Но, видимо, это было что-то такое, что могло сделать его дочь еще более несчастной. Адам согласился — действительно, зачем причинять Кори лишнюю боль. Звонок Палмера Виатта был очень кстати — Адам и сам собирался допросить его.

Сейчас, в ожидании отца, Адам старался поменьше думать о дочери.

13

Палмер Виатт выглядел загорелым и отдохнувшим. Сегодня на нем были брюки цвета хаки, голубая рубашка и синий льняной пиджак, но Палмер выглядел в этом наряде так, словно был одет в смокинг.

— Спасибо, что согласились встретиться со мной, — сказал мистер Виатт, пожимая руку Адаму.

— А я рад, что получил возможность поговорить с вами до того, как вы вернетесь в Аргентину, — сказал Адам, жестом приглашая своего гостя сесть на диван. — Хотите кофе?

— Лучше немного воды, — ответил Палмер, окидывая взглядом беспорядок, царящий в кабинете Адама Сингера. Усевшись поудобнее, он сразу перешел к делу. — Надеюсь, мистер Сингер, вы намерены сдержать свое слово и не обсуждать этот разговор с моей дочерью.