Габи Хауптманн - Ищу импотента для совместной жизни

– А Фредерик? – напоминает Давид.

«Однако он внимательный слушатель», – отмечает Кармен. Она рассказывает ему правду, подчеркивая, как он помог ей, когда случилась неприятность с Эльвирой. Впрочем, начало их отношений – икру и шампанское – она благоразумно обходит.

– Итак, после Штефана и Фредерика наступила моя очередь, – вставляет Давид.

Кармен не может понять, говорит ли он с иронией или со злостью.

– Ты, видимо, долго сомневался, прежде чем написал мне. На тот момент передо мной лежало уже больше десяти писем. И я могла спокойно сказать тебе: «Давид, оставь меня в покое, иди своей дорогой!»

Давид смеется:

– Что, неужели в самом деле так сказала бы, маленькая стервочка? Можно я положу тебе еще что-нибудь? Только оставь немного места для десерта.

– Десерт? Но я вряд ли смогу что-либо съесть после та кой порции гуляша!

– Хорошо, тогда давай я покажу тебе мои апартаменты!

Каин, до этого тихо лежавший в своем углу, открыл глаза и, отряхиваясь, поднялся.

– Он думает, что я собрался в постель!

– А что, он действительно спит с тобой?

– Да, я же тебе говорил! И предполагаю, что он будет безумно ревновать к тебе!

Кармен хохочет:

– Неужели ты так серьезно отнесся к тому, что я написала в письме про собаку?

– Я – нет, а вот он, когда я привел его, да!

Каин вышел в коридор и направился к стальной лестнице. Его когти цепляются за металл, и раздается характерное цоканье.

– Ой! – Кармен зажимает уши. – Я бы положила на пол ковры!

– Ты что! Матушка Мартина смертельно оскорбится! Она отдала нам этот дом с условием, чтобы мы сохранили все как есть. Она именно так подумала: если его сдавать или продавать, то новые хозяева все застелят коврами, украсят салфеточками, навешают занавесочек…

– Скорее всего, она права. Именно так и случилось бы! – Кармен идет следом за Каином, который ведет их к одной из дверей матового стекла. – В твоих апартаментах тоже все просматривается насквозь?

Давид смеется и утвердительно кивает.

– Даже в ванной и в туалете?

– Кстати, это очень практично – сразу видно, занято или свободно.

– Ну, тогда я не знаю! – Кармен качает головой. – А спальня? Как, например, там заниматься любовью, если со всех сторон все видно?

Давид кривит губы в легкой усмешке:

– Ну, для меня, как ты знаешь, это неактуально!

Кармен укоряет себя: как это у нее сорвалось с языка!

Идиотка! Каин останавливается перед стеклянной дверью, мордой нажимает на ручку. Дверь открывается. Давид проходит в комнату первым, включает свет. Спальня выглядит намного уютнее остальных помещений в доме. Она спроектирована и обставлена в том же стиле, но кажется намного теплее – за счет цветового решения и освещения. Здесь стоит большая металлическая кровать. Покрывало на ней с пестрым веселым рисунком, что контрастирует со строгим стилем остальной обстановки и выглядит очень по-домашнему. На модерновых стеллажах расставлены личные вещицы, старые книги, фотографии. Рядом с кроватью смонтирована Hi-Fi-установка и телевизор с огромным экраном. Справа от спального места – уголок для отдыха. Здесь мебель в стиле Ле Корбюзье: кушетка со стальным каркасом, отделанная черной кожей, у стены – софа и два кресла. Между ними маленький столик со стопкой журналов.

– Мне нравится у тебя… – Кармен приподнимается на цыпочки и целует Давида в кончик носа.

– Я рад! – Он крепко прижимает ее к себе. – Мы можем остаться здесь, если тебе больше нравится. Я сейчас принесу бокалы и подготовлю Мартину посуду для ужина, чтобы он тоже перекусил, когда придет домой.

– Я помогу тебе! – объявляет Кармен.

– В доме Франка – Баумана так не принято, моя дорогая! Ты можешь расслабиться, скинуть туфли, сесть с ногами на диван или в кресло. Я вернусь сию минуту. Может, выпь ем коньяку?

Этот вопрос почему-то напоминает Кармен замок Кальтенштейна.

– Нет, спасибо. Я допью свое вино. А больше алкоголя мне нельзя!

Давид посылает ей поцелуй и выходит из комнаты. Кармен скидывает туфли и ложится на кровать. Странное состояние. Прежде она не могла даже представить подобную картину. В похожей ситуации она позволила бы себе разве что присесть в кресло. Это впервые в ее жизни, когда она вот так, не задумываясь о приличиях, спокойно прилегла в чужом доме на чужую кровать!

Рядом с кроватью лежит телевизионный пульт. Она нажимает на кнопку. На экране титры известного фильма «Бебибум». Кармен уже видела это фильм – в нем рассказывается о судьбе преуспевающей женщины, которая вынуждена одна воспитывать ребенка. Она лишается своего дела, бросает большой город и уезжает в деревню. При покупке дома маклер безжалостно обманывает ее. Но она находит в себе силы начать в этой глуши все заново. Открывает фирму по производству детского питания. Дело заканчивается тем, что эта пре успевающая дама покупает фирму, из которой ее когда-то выгнали. «Надо посоветовать Лауре посмотреть этот фильм, – думает Кармен. – Может, она уже вернулась домой?» Она осматривается кругом. Рядом с кроватью стоит черный телефонный аппарат. Кармен набирает номер Лауры. Никого. Свой номер. Автоответчик. Потом звонит в справочную, чтобы узнать номер телефона ресторана «Палетти». В этот момент открывается дверь. Возвращается Давид с подносом. Две порции льда, ваза с фруктами, горячий шоколад, графин с вином и бокалы. Каин неотлучно следует за ним.

– Прости, Давид, я без разрешения воспользовалась твоим телефоном. Но по телевизору показывают «Бебибум», и я просто хотела посоветовать Лауре посмотреть этот фильм. Это было бы ей сейчас полезно!

– Ты дозвонилась? – Давид ставит поднос на приставной столик.

– Нет. Дома ее нет, у меня – тоже. Теперь надо позвонить в справочную – узнать телефон ресторана, куда она пошла.

Давид берет пульт, несколько раз нажимает на какие-то кнопки и возвращается к подносу:

– Бог с ним, с этим рестораном. Заберешь потом кассету. Лучше скажи, мороженое тебе подать прямо в постель?

– Спасибо большое, ты просто умница! Честно говоря, я сыта, но мороженое должно проскользнуть. Если ты не против, я бы осталась лежать здесь. На этой кровати так удобно, а твой огромный телевизор дает такую потрясающую картинку. Прямо как в кино!

Давид передает ей вазочку с мороженым, скидывает ботинки и устраивается с другой стороны кровати. Так они и лежат на приличном расстоянии друг от друга, каждый со своей вазочкой. Кармен подвигается ближе к нему, поднимает свою ножку и кладет поперек его ног. Она проводит ступ ней туда-сюда, он некоторое время наблюдает за ней, потом говорит:

– Я с удовольствием приласкал бы тебя так, как я это умею, но не могу этого себе позволить. Не хочу делать того, что может разрушить наше счастье!