Анастасия Слугина - Над нами общее небо

- Девушка.

- Она твоя любовница?

- Это важно?

- Джон, хватит! Я хочу спасти наш брак, а ты даже не пытаешься пойти мне навстречу.

- Хелен, я действительно не пытаюсь пойти тебе навстречу! И не дам тебе возможности спасти наш брак.

- Почему?

- Потому что я хочу развода!

- Я не дам тебе развод! - Джон устало посмотрел на Хелен и, затушив сигарету спросил:

- Что-то еще?

- Да! Чья фотография в спальне? Это ей адресовано письмо?

- Да. Это письмо предназначалось для неё.

- Значит, все-таки она твоя любовница?

- Если тебя интересует, сплю ли я с ней, то нет, я с ней не сплю. Можешь быть спокойна. Но я люблю её, этого скрывать не буду.

- Она же ещё ребенок.

- Ей же не всегда будет семнадцать. Наши с тобой отношения начались раньше, почему-то тебя это никогда не смущало.

- Тебе не стыдно?

- Хелен, мне не семнадцать! Стыд, как чувство, я перерос уже очень давно.

- Как же общественность, дети, родители, друзья? Что они скажут, тебя совсем не интересует?

- Мне плевать на чье-то мнение. Я живу только своим умом и, как ты заметила, довольно неплохо, - в огромной комнате воцарилась тишина. Девушка поспешила прервать тяготившую её паузу.

- Ты никогда не писал мне подобных писем.

- О-о-о… уже перевела. Не писал и что?

- Ты меня любил?

- Любил. Но это было давно.

- А сейчас? Неужели не осталось никаких чувств?

- Нет, - сухо ответил он и прикурил ещё одну сигарету.

- Джон, она в другой стране, за тысячу миль, она - ребёнок. Это простое увлечение, со временем всё забудется. Все семьи переживают критические моменты. Мы справимся с этим, нас слишком много связывает, - Она встала и подошла к мужу. - Джон, у тебя всегда было много молоденьких поклонниц, но ты был выше этого. Ты сам неоднократно говорил, что отсутствие опыта - это самое худшее, что может случиться с женщиной, - она села ему на колени. И запустила свои изящные руки, в его длинные волосы, наслаждаясь их силой и густотой. Мужчина продолжал безразлично смотреть на жену, его лицо было уставшим и равнодушным. Хелен старалась не замечать отчуждённость мужа. Она слегка коснулась его губ, ощутив сладостный вкус прошлых лет, счастливых и безропотных. Она соскучилась по нему, по объятиям, по нежным взглядам и словам. Его близость будоражила, энергетика проникала в глубины её тела, заставляя дрожать. Она робко начала расстёгивать его рубашку.

- Милый, позволь мне исправить совершенную мной ошибку. Дай мне шанс. Разве ты не видишь, что я не переставала тебя любить ни на минуту, - мужчина закрыл глаза и глубоко вдохнул. От Хелен исходил запах прошлого, мягкого, теплого, родного, с привкусом обиды и горечи, своего прошлого. Но почему-то уже не трогающего и не манящего. Джон понимал почему, потому, что его настоящее пахло иначе. Оно источало запах другой страны, другого города, другой жизни. Настоящее захлестывало своим пленительным ароматом чистоты, радости, простоты, и безграничного счастья, с тонкой ноткой трепетного ожидания и непредсказуемости. Он резко распахнул глаза, и увидел мелкие бусинки слез на ресницах жены.

- Хелен, - спокойно начал он. Смахивая кончиками пальцев слезы с её щек и отстраняя как можно дальше. - Мне правда очень жаль. Но даже если я дам тебе шанс, то это все равно ни к чему не приведет.

- Джон, но почему?

- Хелен, слишком поздно. Мое сердце больше не принадлежит тебе. Как раньше всё равно уже не будет, - Она вопросительно всматривалась в глубину его голубых глаз. - Я хорошо тебя знаю, и ты не захочешь делить со мной постель, зная, что я мечтаю о другой. Это не мимолетное увлечение, и не роман на время отпуска. Хелен, я однолюб, тебе ли в этом сомневаться. Мы встречались с тобой еще с колледжа, и десять лет прожили в законном браке, за это время было много соблазнов, но я видел только тебя. Но теперь всё изменилось. Теперь я не вижу никого, кроме нее. Прости. Если у тебя есть ещё вопросы, то я слушаю.

- Нет! У меня больше вопросов. Если ты привезёшь её сюда, я не дам вам спокойно жить. Я раздавлю эту кроху и даже не поморщусь. Джон, ты меня знаешь, я очень горячая и импульсивная женщина, - поправляя прядь волос, она резко встала с колен мужа, и хотела уйти. Но он схватил своими цепкими пальцами ее запястье и сжал с такой силой, что Хелен вскрикнула:

- Отпусти, мне больно!

- Если я ещё раз услышу от тебя что-то подобное, то я сам тебя раздавлю! Ты меня поняла?

- Мне больно! - извиваясь, повторила она.

- Поняла? - переспросил Джон. Девушка пыталась освободить свою руку, но всё было тщетно. Её глаза метались в поисках помощи, а он буравил её своим ненавистным взглядом и продолжал сильней сжимать её запястье.

- Да, поняла, только отпусти! - взмолилась Хелен. Мужчина разомкнул пальцы и слегка толкнул ее в спину.

- Пошла вон! Я больше не желаю тебя наблюдать в этом доме! - она схватила сумочку и направилась к двери, на ходу вытирая слезы.

- И верни ключи от моего дома! 

      Трясущимися руками она достала из сумки ключи. И бросила их на тумбу, возле входной двери и вышла прочь. Джон минуту ещё стоял без движения. Лихорадочно перебирая мысли, метавшиеся в гудевшей голове. С тяжелым сердцем он перекинул через плечо куртку и покинул дом. «Война объявлена», - подумалось ему, но об этом меньше всего хотелось сейчас размышлять.

Глава№16