Кэтрин Эллиотт - Женатый мужчина

— Все! — прошипел он ей в лицо. Роуз оторопела и в ужасе отшатнулась.

— Арчи, что это…

— Все, Роуз, хватит! И все, заткнитесь! — Он злобно оглядел присутствующих за столом.

— Но… но почему? — заикаясь, пролепетала Роуз.

— Потому что никакой свадьбы не будет! Во всяком случае, с Розанной Карлинг в качестве невесты!

— Н-н-но Арчи. Я-то думала, она тебе понравилась! И ты ее знаешь, ты же сам нас представил. Так почему…

— Потому… что… она… шлюха. — Он выдавил эти слова медленно, сквозь стиснутые зубы.

— Шлюха! — Роуз выпучила глаза и отшатнулась от него аж на несколько дюймов. — Но… но ты же не имеешь в виду, что она… — Роуз пыталась как-то осмыслить эту невероятную новость. — Не может же быть, чтобы она была настоящей шлюхой. У нее просто было несколько бойфрендов, да? Ты же не имеешь в виду, что она девочка по вызову!

— Именно это я и имею в виду, Роуз, — со зловещим спокойствием процедил Арчи сквозь сжатые зубы. — Розанна Карлинг — высококлассная проститутка. Очень дорогая, работает только с избранными клиентами, но тем не менее она куртизанка.

— Она делает это за деньги?

— Да.

— А ты откуда знаешь? — наконец выпалила Роуз.

— Знаю, и все, — прошипел Арчи.

Хотя Роуз сидела на другом конце стола, я почувствовала, как она замерла. Она смотрела в бледные, навыкате глаза мужа, и в губах ее не было ни кровинки. Он смотрел на нее, и в этих взглядах было что-то не понятное нам, невидимое для остальных. Они как будто молча разговаривали. Тут Арчи вспомнил о нас. И снова заговорил.

— Есть вещи, Роуз, о которых тебе, к счастью, неизвестно. Они происходят в мире, случаются с другими людьми, вдали от нашего спокойного дома, от твоего розового сада. И ты просто не можешь в них поверить. — Он вяло улыбнулся.

Она уставилась на него.

— О нет, я могу поверить, — еле слышно проговорила она, поджав губы. — Могу поверить, Арчи.

Я уставилась в свою тарелку. Все остальные рассматривали тарелки так же сосредоточенно и напряженно. Арчи выпрямился, не сводя глаз с жены.

— Итак, свадьбы не будет, — тихо проговорил он. — А если и будет, если Гектор не прекратит встречаться с этой женщиной, не покончит с этой позорной игрой, я лишу его наследства. От меня он ничего не получит. Ни этого дома, ни земли, ничего. Он все потеряет. Эта… связь, — он с отвращением выплюнул это слово, — должна прекратиться. И если этого не произойдет, тогда конец Гектору. Он не приведет сюда эту женщину и никогда больше не переступит порог этого дома. Вот мое последнее слово.

Он развернулся и пошел в дом, захлопнув за собой стеклянные двери. Стекло в рамах задребезжало. Воцарилось молчание.

— О господи, он же серьезно, — прошептала Роуз, приложив к груди дрожащую руку. — О боже, мой бедный Гектор! Арчи выбросит его на улицу! — Она вдруг выпрямилась и громко шмыгнула носом. — Арчи уже все решил, я вижу. Значит… — она схватилась за сердце, — значит… Боже милостивый… значит, уже два моих сына умерли! Сначала Нед, теперь вот Гектор! О господи, что же будет! — Тут она залилась слезами.

— Я поеду поговорю с Гектором, — важно провозгласила Лавиния, выпрямляясь и решительно выпячивая грудь под темно-синей блузкой. — Потолкую, может, он образумится. Я скажу, что он испортит репутацию семьи.

— Точно. — Роуз заметно приободрилась, подняла голову и шмыгнула носом. — Да, дорогая, так и надо сделать. Сделай упор на семейную репутацию. Отличная мысль.

— Вы думаете? — с сомнением спросил Джек. — А тебе не кажется, Лавиния, что ты не очень подходишь на роль переговорщика? При всем уважении, вы с Гектором никогда не ладили, не так ли? — Он нервно откашлялся. — Вы же никогда…

— Не дружили, — закончила Роуз за него и решительно кивнула. — Да, Джек, ты прав. — Она повернулась к дочери. — Он прав, Лавиния. Гектор всегда тебя недолюбливал.

— Что? — Она была поражена.

— Да, дорогая, он терпеть тебя не может.

— О! — Лавиния была ошеломлена.

— Да брось, дорогая, сама знаешь, как он тебя зовет — Выпивоха Лавви. Нет, Джек, ты абсолютно прав, ей не стоит ехать. Лучше ты езжай! Тебя он послушает. И Люси, — она повернулась ко мне, властно вздернув подбородок, — ты поедешь с ним.

— Я?

— Да, ты Гектору всегда нравилась. Вечно он нес какой-то бред про то, какие у тебя добрые глаза. Езжайте оба и образумьте его, дорогие мои! Пусть придет в себя! — Она снова затеребила платочек, часто заморгала, напрягла шейные мышцы… так, сейчас опять будет водопад… Джек покосился на меня и пожал плечами. Я нервно сглотнула слюну.

— По-моему, сейчас неподходящее время. Мне кажется, надо пока оставить его в покое, пусть все идет своим чередом. Пусть Гектор повеселится на славу, не надо вмешиваться, а потом любовь сама пройдет, когда он поймет, что у них нет никаких перспектив. Уверена, рано или поздно он это поймет, да и Розанна тоже. Но я не советую вам совать нос в их дела именно сейчас, когда он всего шесть дней как влюблен, и… Ну, вы понимаете, ему сейчас все в новинку! Думаю, надо пока оставить его в покое.

— Браво, — согласился Джек.

— Нет! — Роуз вскочила на ноги, ее глаза горели. Я настаиваю, чтобы вы поехали и потолковали с ним! Я знаю Гектора, знаю своего сыночка… он при первом удобном случае смотается на гавайский пляж, босиком, с венком на голове и с этой… с этой проклятой шлюхой! — проскрипела она. — Наверняка она будет стоять рядом с ним в одном лифчике, и подружками невесты у нее будут негритянки, и их поженит какой-нибудь черномазый священник… о нет… — от одной только мысли о такой ужасающей свадьбе она вся позеленела, резко задышала, села, а потом рухнула вперед. Лицом прямо в салат, громыхнув лбом по тарелке.

Лавиния подбежала к матери, подняла ее голову и вытерла с ее щеки салат.

— Таблетки, Пинки, быстро! — выпалила она. — Скорее, они у нее в кармане! Нет же, глупая, в кармане кардигана.

Пинки отыскала баночку с таблетками и завозилась с крышкой.

— Таблетки? — ахнула я, вскочив на ноги.

— От стенокардии. Легкая форма, иногда бывают приступы. Помоги, Пинки.

Сестры усадили мать за стол, одновременно запихнув ей таблетки в глотку и залив их водой — большая часть пролилась на кардиган.

— Хлопни ее по лицу — давай же, быстро! — скомандовала Лавиния.

Пинки замялась.

— Сама хлопни!

— Я же ее держу, идиотка!

Пинки нервно облизнула губы и повиновалась.

— А-а-а! — Роуз открыла глаза и злобно уставилась на Пинки.

— А ну быстро глотай! — приказала Лавиния. Роуз послушно глотнула воды из стакана, который приставили ей ко рту.