Дженнифер Блейк - Тигрица

— И по-видимому, этот Гадденс сообщил вам, что я навожу справки о вашем финансовом положении, — сухо констатировал Рафаэль. — Я надеялся, что он будет держать язык за зубами, хотя с моей стороны было не слишком дальновидно полагаться на человека, который с такой готовностью посвятил меня во все подробности. Мне следовало предвидеть, что он обязательно проболтается о моем интересе к вашим счетам.

Сказав это, Рафаэль пристально поглядел на Джессику, с любопытством ожидая ответа. В то же время он не мог не заметить, как при каждом ее резком вдохе поднимается и опускается ее высокая грудь, и это зрелище едва не заставило его изменить свои намерения.

— Он не называл никаких имен, но в этом нет нужды, — с презрением проговорила Джессика. — Мне казалось, что вы не способны на подобный грязный трюк, но факт остается фактом. Это… это просто подло, мистер Кастеляр! Если бы мой дед узнал, он… Это могло убить его!

— Но с ним, я надеюсь, все в порядке? — быстро спросил Рафаэль, стараясь ничем не проявить своей искренней озабоченности.

— Пока — да, но я не собираюсь вас за это благодарить.

Рафаэль немного помолчал. Он ничего не понимал, но единственным выходом для него было продолжать свой блеф.

— Должно быть, — сказал он наконец, и в его голосе прозвучала ирония,

— вы уже приняли определенные контрмеры, которые свели мое преимущество к нулю. Я прав?

— Какой же вы лицемер, Кастеляр! Вы же прекрасно знаете, что никто никогда не доверит мне таких денег.

— Значит, — негромко сказал он, — я выиграл?

Лицо Джессики исказила гримаса грусти и боли, а руки сжались в кулаки.

— Ничего подобного, — сказала она тихим, дрожащим от ярости голосом.

— Во всяком случае, я буду сражаться с вами до конца, до самой последней минуты. Я буду препятствовать вашим планам изо всех моих сил. Предупреждаю вас: я не позволю вам расстраивать деда, так что постарайтесь, чтобы отныне все ваши действия были честными и открытыми. Если я опять узнаю, что вы ведете грязную игру, я свяжусь с Холивеллом из «Гольфстрим Эйр» и сдамся на его милость. И тогда черта с два вы получите «Голубую Чайку»!

Рядом с Кастеляром бесшумно возник слуга с подносом, на котором стоял высокий стакан с порцией рома. «Как нельзя кстати», — подумал Рафаэль и, взяв бокал, одним глотком осушил его до дна.

— Мне не нравится, когда мне угрожают, — сказал он негромко. — Очень не нравится.

— Мне тоже это не нравится, — парировала Джессика, — и я сделаю все, чтобы вы усвоили это раз и навсегда.

Говоря это, она с вызовом вздернула подбородок, и Рафаэль увидел ее округлую соблазнительную шею, где под тонкой кожей пульсировала голубоватая жилка. Желание прижаться к ней губами, вдохнуть ее чистый и свежий запах, почувствовать на языке ее вкус было таким неожиданным и сильным, что у Рафаэля захватило дух. Мускулы его непроизвольно напряглись, а мозг опалило огнем, словно у него в голове разорвалась бомба. Оглушенный, ослепленный, Рафаэль сделал целых три шага вперед, прежде чем опомнился и остановился; дышал он по-прежнему с трудом, а мысли перепутались так, что еще некоторое время он почти ничего не соображал.

Джессика в испуге попятилась от него. Остановилась она только тогда, когда налетела спиной на переплет панорамного окна. От толчка стекло негромко задребезжало.

С усилием взяв себя в руки, Рафаэль улыбнулся вымученной улыбкой.

— Почему ты… вы боитесь меня? — спросил он хриплым, дрожащим голосом.

— Я вас не боюсь.

— В таком случае, — сказал он, приходя в себя, — вы очень умело притворяетесь. В первый раз вы сделали это в машине, а вот теперь — здесь… Зачем? Или, может быть, вы вообще боитесь мужчин?

Губы Джессики чуть заметно дрогнули, и она отошла от окна, едва не задев его по дороге.

— При чем тут это? — досадливо спросила она. — Наши отношения носят чисто деловой характер, во всяком случае, вы так сказали. И я бы предпочла, чтобы они таковыми и остались.

— В таком случае, — парировал Рафаэль, — впредь нам следует встречаться в официальной обстановке, а не в номере гостиницы, где я живу.

Джессика Круто повернулась и зашагала к выходу, но Кастеляр успел заметить на ее щеках яркую краску стыда.

— Я буду иметь это в виду, — пообещала она на ходу. — А вы не забудьте, что я вам сказала насчет моего деда. Повторять я не собираюсь.

— Не забуду, — кротко сказал ей вслед Рафаэль Кастеляр. — Я только не понимаю, почему из-за этого нужно так сердиться.

У двери в коридор Джессика повернулась к нему, и ее глаза полыхнули зеленым огнем.

— Вы еще не знаете, какой я бываю, если меня рассердить по-настоящему.

Дверь номера с грохотом закрылась за ней, и Рафаэль невольно поморщился, сжимая в руке пустой стакан.

Он понимал, что в разговоре с Джессикой оказался не на высоте. Он удивился, застав ее у себя в номере, а обвинение, которое она бросила ему в лицо, оказалось слишком неожиданным, чтобы он сумел сориентироваться и понять, в чем, собственно, дело.

И все же сведения, которые невольно выдала ему Джессика, были полезными. Могли оказаться полезными, если он решится их использовать.

«Вы не знаете, какой я бываю, если меня по-настоящему рассердить», — вспомнилось ему. Должно быть, это прелюбопытное зрелище, подумал он с улыбкой. И поучительное. Рафаэль на самом деле был не прочь оказаться где-то поблизости, когда это произойдет. Вот только что может вывести ее из себя?

У него была одна идея, и он прошел в бар, чтобы обдумать ее как следует.

На следующий день рано утром Рафаэль Кастеляр приехал в банк «Креснт Нэшнл». Там он узнал, что Вик Гадденс только что приехал и пока никого не принимает, но стоило Кастеляру назвать себя, и его немедленно провели в кабинет начальника кредитного отдела.

Вик Гадденс сопротивлялся недолго. Через пятнадцать минут он лишь заискивающе улыбался и с готовностью кивал, что бы ни говорил ему Кастеляр. На то, чтобы подписать договор и осуществить перевод денег при помощи электронной системы расчетов, потребовалось еще четверть часа. Последующее документальное оформление сделки было проведено в рекордно короткий срок, так что без четверти одиннадцать Кастеляр уже вышел из банка. В кармане у него лежал выправленный по всем правилам документ, согласно которому компания «Голубая Чайка. Морские перевозки и фрахт» становилась должником фирмы Кастеляра.

Он немедленно позвонил к себе в отель и велел своему помощнику договориться о срочной встрече с представителем «Голубой Чайки» мисс Мередит, но его ждало разочарование — Джессики не было в офисе, а ее секретарша не могла или не хотела сказать, когда она вернется. Рафаэлю пришлось перезванивать туда самому, но только после нескольких минут осторожных расспросов ему удалось выяснить, что Джессика отправилась в доки, чтобы урегулировать кое-какие проблемы с экипажем одного из судов.