Энн Хампсон - Над сладким Босфором

— Не может быть! — быстро прервала она. — Ты целый месяц не замечал меня, как будто меня вовсе не было. Я же это чувствовала.

— Только из-за того, что рассказал мне Марк. Как только я разобрался в собственных чувствах, я решил, что самое разумное — оставить тебя в покое. — Он замолчал и, покачав головой, слабо улыбнулся. — Но все было, бесполезно. Я должен был заставить тебя влюбиться. Со временем я все больше впадал в отчаяние — ведь все мои усилия были напрасны. Диана знала о моих чувствах; это была ее идея: заставить тебя ревновать. Она сказала, что это непременно подействует. Но почему-то ничего не вышло.

При воспоминании об этом у Джанет задрожали губы. Чуть слышным шепотом она произнесла:

— О Крейг, мне было так плохо. На веранде, когда вы ждали нас с Марком… вы держались за руки… — Ее голос дрогнул, но она продолжала: — Ты был так нежен с ней, а оказывается, ты только старался возбудить во мне ревность.

— Ну и путаница! А я думал, что ты упрямо цепляешься за свое прошлое, а ты думала, что я вот-вот женюсь на Диане. Но все равно, — добавил он мягко, — ты могла бы заметить, что я к тебе неравнодушен. У нас иногда складывались такие близкие отношения. Я был так терпелив…

Ее тихий смех заставил Крейга замолчать.

— Терпелив! И ты можешь такое говорить, не краснея? После того как ты мне угрожал? Я стала даже бояться тебя.

— Не выдумывай! Ты ничуть меня не боялась! — В отблесках догорающего камина он и сейчас казался грозным.

— Ты однажды чуть не до смерти напугал меня, — напомнила она и тут же пожалела об этом: ей хотелось, чтобы он забыл тот вечер и то, как она была тогда одета.

— Я не извиняюсь за тот случай, — ответил он твердо. — Я готов был убить и тебя, и Четина! Тебе повезло, что ты не была моей женой! Если я и напугал тебя, то ты этого заслуживала, — добавил он, чуть повысив голос. — Однако я и в мыслях не держал ничего дурного. Я даже предположить не мог, что ты способна счесть меня каким-то негодяем. — Джанет молчала, уткнувшись ему в плечо.

Краска стыда выступила у нее на лице, когда она вспомнила, как глубоко она заблуждалась насчет его характера. К вящему ее смущению, Крейг захотел увидеть ее лицо, взял ее за подбородок и повернул к себе. — Ты так и подумала!

— Потому что ты так меня целовал, — объяснила она, оправдываясь, и поспешно добавила: — И еще ты сказал, что Марк спит. У тебя тогда было такое выражение, Крейг… Я и вправду очень испугалась.

Она снова прижалась к. нему, и Крейг почувствовал, что она вздрогнула. Это отрезвило его, и он мягко сказал:

— А что было потом, дорогая? Ты ведь отвечала на мои поцелуи.

Она подняла на него глаза, и в них отразилась вся ее любовь. У нее промелькнуло воспоминание: после того, как он добился своей цели и она стала отвечать на его поцелуи, он больно задел ее, упомянув о Четине. Но сейчас она понимала всей душой горячо любимой женщины, что все его поведение в тот вечер было продиктовано ревностью.

— Я не могла сдержаться, хотя и сознавала, что поступаю нечестно с Дианой. — Джанет вдруг засмущалась и тихо добавила: — Я так сильно любила тебя, Крейг.

— Я это знал, но ты все время твердила, что между нами ничего не может быть, и у меня просто руки опускались. — Он ласково касался губами ее волос, и они молча стояли, обнявшись. Дрова в камине совсем догорели, и в комнате стало темно. — Любимая, — сказал он наконец, — не лучше ли вернуться к нашим? — Он слегка отстранился, насмешливо улыбаясь. — Я никогда не думал, что смогу до такой степени забыть приличия: пригласить друга на обед и бросить!

Джанет улыбнулась ему в ответ. Она не стала спрашивать, что произошло, когда Марк пришел без нее и попытался убедить Крейга, будто у нее разболелась голова. Сердитый взгляд, который бросил на нее Крейг, войдя в комнату, был достаточно красноречив.

— Да, нам надо ехать. Я только возьму свое пальто. Они вышли в тихий белый сад, где на деревьях искрился снег. Скоро они уже медленно ехали по снежному ковру вдоль Ортакойской набережной. Спустя некоторое время, Крейг ласково спросил Джанет:

— Дорогая, ты еще не сказала, когда ты выйдешь за меня замуж?

Она медлила с ответом, и это, видно, удивило его.

— Крейг… твоя мама будет недовольна, — вынуждена была она сказать, думая о письме, которое случайно прочитала в загородном доме, и надеясь, что Крейг не потребует от нее объяснений.

— Я хорошо знаю свою мать, — спокойно произнес он, — и не собираюсь убеждать тебя, что она будет довольна… скорее, наоборот. Но она примет тебя и полюбит, я уверен. В любом случае, — добавил он тем же спокойным тоном, — у тебя не будет проблем со свекровью — ведь мы будем жить не в Англии. — Он взял ее руку, положил себе на колено и вновь спросил ее, когда же они поженятся.

— Моя мама ждет нас домой через пару дней, — начала было она, но Крейг прервал ее:

— Ты можешь написать ей, что ты выходишь замуж и потому задерживаешься. — Он сказал это очень твердо, но все же ему хотелось знать, не слишком ли разочаруется ее мать, когда она не приедет домой на Новый год.

— Нет, не огорчиться, скорее уж, обрадуется за меня. А особенно за Марка: она уже смирилась, что он записался в холостяки.

Джанет поколебалась, затем смущенно добавила:

— А если нам устроить двойную свадьбу?

— Хорошая мысль, но Марку и Диане придется подождать несколько месяцев, пока не кончится траур, я же, моя девочка, не хочу ждать даже несколько недель.

Он замолчал, внимательно глядя на дорогу. Он умело вел машину, не давал ей буксовать. Наконец он сбавил скорость, чтобы свернуть к своему дому. Позади остались огни старого города, сиявшие как звезды на рождественской елке. Большой корабль вдали празднично сиял огнями. На противоположном берегу пролива лежал глубокий снег, казалось, что с холмов к морю стекает ледник, а в темных водах Босфора множились отражения знакомых огней. Свернув к дому, Крейг затормозил, и машина остановилась У ярко освещенного парадного входа.

— Тебе хватит двух недель? — спросил Крейг, крепко обняв Джанет за плечи.

Ее глаза засияли, но она ответила скромно опустив ресницы:

— Это очень мало, но я постараюсь.

— Постараешься? — В его глазах таилась усмешка, но голос звучал серьезно. — Это очень любезно с твоей стороны, моя милая, но я и так слишком долго ждал. Ты выйдешь за меня замуж через две недели, ясно?

— Да, Крейг, — ответила она кротко и подалась навстречу его губам.

Примечания

1

Спарроу — воробей (англ.).

2

Селадон — древний китайский фарфор.

3