Ева Модиньяни - Джулия. Сияние жизни

Шофер протянул руку и втащил его в теплую кабину. Усевшись, Джорджо расшнуровал кроссовку на больной ноге и увидел, что нога распухла и почернела.

– Может, у тебя перелом, – предположил водитель. – Куда это ты так спешил? Из дома, что ли, сбежал?

– Да, – признался Джорджо.

Спокойный голос водителя располагал к доверию.

– Что же у тебя за проблемы?

– Всякие, – неопределенно ответил Джорджо.

– Из тебя и слова не вытянешь.

Некоторое время они ехали молча.

– Где мы сейчас? – спросил Джорджо.

– Недалеко от Модены. Часа через два будем в Милане. Ты хоть знаешь, куда едешь?

Нет, Джорджо этого не знал. Он хотел есть, пить, спать, хотел, чтобы перестала болеть нога, чтобы рядом оказалась мама, но какая-то неведомая сила удерживала его от возвращения домой. Он так ясно представил себе лицо матери, аромат ее духов, ее уверенный ясный голос, что почувствовал приступ злобы. Испытывая к ней бесконечную любовь и нежность, он одновременно чувствовал, что она подавляет его, повергает в отчаяние, лишает уверенности в жизни.

Можно было бы отправиться к Амбре или попросить пристанища у тети Изабеллы или у дяди Бенни, но Джорджо стыдно было посвящать их в свои неприятности. С одной стороны, ему было наплевать, что они о нем подумают, но, будучи болезненно самолюбивым, он не хотел, чтобы его поучали, воспитывали или, что еще ужаснее, – жалели.

– В Модене жил мой родственник Убальдо Милкович, – вдруг сказал Джорджо. – Мне он приходится прадедушкой. Он воевал с нацистами, партизанил в горах. У него здесь дом, только теперь в нем никто не живет.

– Отвезти тебя туда? – спросил шофер.

– Нет, все-таки я поеду в Милан.

– Решил вернуться домой?

Джорджо кивнул, хотя не принял еще окончательного решения. Водитель молча протянул ему термос и пластиковый стаканчик. Налив себе сладкого горячего кофе, мальчик с наслаждением сделал глоток.

– Когда ты последний раз ел?

– Не помню, – признался Джорджо.

Шофер протянул ему бутерброд с ветчиной.

– Почему вы так добры ко мне? – смутился Джорджо.

– Моей дочери сейчас было бы столько же, сколько тебе, – начал рассказывать шофер. – Она была красавица и такая смешливая… Потом ее мать ушла от меня к другому, бросила нас, а у меня, сам видишь, работа такая, что я сутками не бываю дома. Вот она и попала в плохую компанию. Ее нашли в туалете одного бара, она умерла, даже шприц из руки вынуть не успела. Когда я увидел ее на кафельном полу, она была все такая же красивая, только больше не улыбалась. Ее Кьярой звали. – И мужчина надолго замолчал.

У Джорджо мороз прошел по коже.

– Я не колюсь, – нарушил он тягостную тишину, наступившую в кабине.

Водитель кивнул в знак того, что верит ему.

– Я везу груз во Францию, – объяснил он мальчику. – Как ты доберешься до окружной автострады с такой ногой?

– Попрошу кого-нибудь меня подвезти.

– А деньги у тебя есть?

– Отец все отобрал, до последней лиры, – с обидой сказал Джорджо, – и даже сигарет не оставил.

– Правильно сделал, – с уверенностью заметил шофер. – Деньги до добра не доводят и сигареты тоже. Может, будь я с дочерью построже, она была бы сейчас жива.

Джорджо с этим был не согласен, но промолчал. Рассказ отца, потерявшего из-за наркотиков единственную дочь, произвел на него сильное впечатление.

Проехав Лоди, шофер припарковал машину у придорожного бара и помог мальчику выйти из машины. Подведя его к телефону-автомату, дал монету. Джорджо начал набирать домашний номер, но остановился и нажал на рычаг. После некоторого раздумья набрал другой и сказал:

– Извини, что так поздно, но мне нужна помощь, и я подумал о тебе.

Глава 44

Было уже за полночь, когда позвонил Лео.

– Джорджо видели за городом в районе Форли, – сообщил он Джулии.

– Что он там делал? – испуганно спросила она.

– Забрался в хлев и спал на соломе. Его обнаружил хозяин, когда пришел задать корм лошади. Он и позвонил в полицию. Сейчас мы по крайней мере знаем, что Джорджо жив и находится где-то поблизости.

– А сам ты где?

– Я в полицейском участке. Его уже ищут.

– Думаешь, они его найдут? – с замиранием сердца спросила Джулия.

– Уверяют, что найдут.

– Он не мог ведь далеко убежать, верно? – с надеждой спросила Джулия.

Она не находила себе места после неожиданного звонка Лео и металась по дому, не обращая внимания на попытки Гермеса успокоить ее.

– Может, он блуждает сейчас где-то в темноте, а может, проголосовал на автомагистрали и его подобрала какая-нибудь машина, – предположил Лео.

– А вдруг он вернулся в тот дом на побережье, где вы жили, а тебя там нет?

– Не беспокойся, я предупредил соседей. Если он вернется туда, они сообщат в полицию. Но почему-то я думаю, что он уже на пути в Милан.

– Держи меня в курсе, – попросила Джулия, – я с ума схожу от беспокойства.

– Потерпи немного. Вот увидишь, Джорджо скоро найдется. – В трубке послышались гудки.

Джулия обессиленно откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Гермес нежно погладил ее по руке. Как бы ему хотелось хоть чем-то облегчить ее страдания.

– Вот увидишь, он скоро будет дома, здоровый и невредимый, – постарался он ее успокоить.

– Надеюсь. – Джулия с благодарностью посмотрела на Гермеса. – Хорошо, что ты со мной рядом. Ты понимаешь меня, ведь тебе все это знакомо.

– Ты имеешь в виду Теодолинду?

– Именно. Слава Богу, что она справилась со своими проблемами.

– Джорджо тоже справится, я в этом не сомневаюсь, хотя, как ты могла убедиться, даже взрослому человеку трудно принять верное решение, а для подростка выбор иногда превращается в неразрешимую проблему. Молодым еще труднее, чем нам.

Джулия порывисто притянула к себе Гермеса.

– Скажи, что все кончится благополучно! – попросила она.

– До утра все разрешится самым счастливым образом, – пообещал Гермес, не кривя душой: Джорджо казался ему не очень уравновешенным, но добрым и порядочным мальчиком. Такой не наделает глупостей.

Джулия немного успокоилась, возможно, подействовал транквилизатор, который Гермес заставил ее принять, но через некоторое время снова заволновалась:

– Я поеду туда! Мне надо быть поближе к сыну.

– Как ты хочешь, дорогая. Я могу тебя отвезти, но подумай – что, если Джорджо сейчас на пути домой? Он придет, и никого нет. А вдруг он позвонит с дороги?

– Он не придет, Гермес, и не позвонит. У меня дурное предчувствие. Как только я могла сделать такую глупость! Зачем доверила его Лео?

– Хватит об этом, Джулия, теперь бесполезно себя упрекать. Наберись терпения и жди. Все будет хорошо.