Кирк Дуглас - Последнее танго в Бруклине

Отмеряя дозу, Милт все смотрел и смотрел на Эллен.

– Бен говорил, вы в «Сент-Джозеф» работаете, да?

– Совершенно верно.

– А вот на монашку что-то не очень похожи.

– Я клобук дома забыла, извините.

Милт усмехнулся.

– Знаете, мне часто приходится общаться по делам с вашими сестричками.

– Я так и подумала. Это от вас к нам несколько месяцев назад привезли пациентку со сломанным носом?

– От кого же еще? – Милт закатил глаза. – Да, досталось мне тогда на орехи… Кстати, – он повернулся к Бену, – Майкелсон просто на седьмом небе от радости, видя, как быстро ты приводишь в чувство Дона. Мы его скоро на гастроли отправим.

– Это точно, у него быстро дела пошли на лад, надо было только настроить его, что по-другому не получится.

– Вот и хорошо, что настроил, а то у Майкелсона, сукин он сын, недавно большой прокол вышел.

– А что такое? – Бену всегда было любопытно послушать про всякие скандалы у Милта на службе.

– Я ведь тебе говорил, что старик Хосикава так и валяется пластом в той частной клинике? Месяц уже, и ничего они с его сердцем поделать не могут. Так что мне теперь предстоит наведаться в «Сент-Джозеф», потолковать с этим их светилом по части павианов…

Эллен насторожилась, однако смолчала.

– В общем, можем пари заключить: либо ему сердце починят, либо мне колени не потребуются.

Бен с Эллен смотрели на него с недоумением.

– Понимаешь, у нас в конференц-зале у стола ножки спилили, чтобы можно было чай пить, стоя на коленях…

– Какого черта? – Бен ничего не понимал.

– Ну, понимаешь… это так по-японски… – Милт сделал несколько неуклюжих движений, обозначая поклоны. – Ах, господин Майкелисону-сан, вы такая внимательная, господин Майкелисону-сан, и все прочее, – Милт плюхнулся на ковер. – Вот так на корточках и договор подписывать будем.

– Вы там, я вижу, совсем тронулись, – отозвался Бен.

– Я нет, – начал объяснять Милт, но тут позвонили в дверь. – Кого это еще принесло? – и он пошел открывать.

– Сиди, у тебя, видно, коленки гнутся от репетиций, я уж сам открою, – предложил Бен.

Но отворив, он пожалел, что вызвался заменить хозяина.

– Добрый вечер, отец.

– Мэрион! Какими судьбами!

– Что тут особенного? Меня пригласили на ужин, как и тебя.

– Какой приятный сюрприз.

– Ах да, я и забыла тебя предупредить, – Сара вышла из кухни, вытирая руки фартуком. – Надеюсь, ты не опечалился, Бен?

– Опечалился? Да это просто замечательно! – Он врал. Ничего замечательного он тут не находил. Чтобы вот так в один присест и Сара, и Мэрион – это уж слишком. Но делать теперь нечего. Мэрион уже ощупывала Эллен взглядом, а та, сидя рядом с Милтом, пыталась поддерживать разговор.

– Мэрион, познакомься, это квартирная хозяйка Бена мисс… – Сара бросила на Эллен взгляд, подсказывающий, как надлежит ответить.

– Можно просто Эллен.

Мэрион пожала протянутую Эллен руку так, словно ей в ладонь сунули сосульку.

А еще будут говорить, что не надо так уж сходить с ума из-за жестов. Бен растерянно поглядел на Милта.

– Ой, на кухне явно что-то горит, – всполошился тот.

– Батюшки! – и Сара, оторвавшись от волнующего сюжета в гостиной, кинулась спасать свое жаркое.

– Можно я вам помогу? – последовала за Сарой Мэрион.

– Ну и отлично, будет им чем заняться, – заметил Бен. – Хотя я что-то никакой гари не почувствовал.

– А ее и не почувствуешь, – улыбнулся Милт. – Это у них внутри все полыхает.

Все трое расхохотались. Эллен поняла, что на ее стороне не один Бен.

Вскоре появилась и Сара с дымящимся блюдом в руках – ничего не пригорело, просто ей надо было на минуточку уединиться с Мэрион, обсудить, что да как. – За стол, за стол, вы, поди, с голоду уже умираете!

Убедившись, что она его не видит, Милт подмигнул Бену и поднес ко рту ладонь, изобразив, что он сейчас срыгнет, а Эллен сделал вид, что не поняла жеста.

Уселись.

Жевали молча, сосредоточенно.

– Бен, ведь тебе жилы грызть очень полезно, а?

– Какой разговор! – подхватил Бен, оценив смелость Милта.

Тот закашлялся. Не то наслаждался их розыгрышем, не то пытался скрыть, что давится Сариной стряпней.

– У вас имеется семья? – Мэрион смотрела на Эллен в упор, вовсе не скрывая, что приступила непосредственно к допросу.

Эллен с удивлением взглянула на нее.

– Да нет. То есть… я хочу сказать, что мои родители уже довольно давно умерли, но есть дядя Пит, мы с ним встречаемся иногда.

– Ах вот как. Любопытно, – многозначительная пауза. – Так, значит, отец ваш умер, когда вы были еще ребенком?

– Нет, я уже в колледже тогда училась.

Мэрион поправила очки. Поковыряла вилкой в тарелке, стараясь придать себе вид светской дамы, словно от этого задаваемые ею вопросы станут восприниматься просто как болтовня о том-сем.

– И вы сохранили о своем отце самые теплые воспоминания, не так ли?

– Нет, никаких воспоминаний я о нем не сохранила. – Ответ прозвучал с подчеркнутой жестокостью.

Мэрион откашлялась, но Эллен, не давая ей времени сформулировать следующий вопрос, добавила:

– Отец покинул семью, когда я еще была в колыбели.

– Так вы, выходит, по-настоящему отца и не знали? – в интонациях Мэрион как будто появилась некая убежденность.

– Зато был дядя Пит… – Эллен положила вилку, смотря прямо в глаза этой свалившейся на нее следовательнице. – Хотя, конечно, мне иногда было жаль, что отца рядом нет.

– Вы очень об этом жалели?

– Да, очень.

Все молча следили за развернувшейся дуэлью. Надо было совсем уж ничего не понимать, чтобы остался в тайне подразумеваемый Мэрион смысл. Все так ясно: профессиональный психолог желает удостовериться, что у этой юной женщины страсть к старым мужчинам, а женщина не пытается что-то от нее утаить, не намерена оправдываться, просто и прямо говорит, что думает. Ужас до чего интересно!

– В подобных ситуациях – я, к вашему сведению, психолог – обычно ищут кого-нибудь, кто способен, пусть отчасти, но заменить отца.

– Как же, знаю, я ведь прошла курс у специалиста.

– Стало быть, отсутствие отца причиняло вам беспокойство?

– Да, но потом я нашла человека, который его заменил, и благодаря этому человеку сумела лучше понять своего отца… сумела его простить.

Мэрион, явно не ожидавшая подобной откровенности, только и сумела промямлить что-то вроде: «Надо же!»

– Я считаю, что мне выпала большая удача, когда в моей жизни появился этот человек, – Эллен улыбнулась, с торжеством глядя прямо на Бена. – Это один бездомный, его зовут Джелло.

Милт так и зашелся в кашле, поспешив спрятать лицо за салфеткой. Бен широко улыбнулся.