Кэтрин Беллами - Ты лучше всех

— По-моему, тебе следует кое-что сказать Сью, — напомнил ей Мэтт обманчиво спокойным тоном.

Тесса прикусила губу. Ну хорошо, пусть Сьюзан Долтон не крала у меня кольца, но кто сказал, что это не она навещала меня ночью в больнице? Мрачное выражение на лице Мэтта свидетельствовало о том, что он не потерпит возражений, и Тесса неохотно повернулась к Сьюзан.

— По-видимому, я ошиблась, — холодно произнесла она. — Прошу прощения, что обвинила вас в том, чего вы не делали.

Она с минуту в упор смотрела на Сьюзан, выражая свою неприязнь и недоверие, затем развернулась и направилась к двери, но Мэтт преградил ей путь.

— Этого недостаточно, — сказал он и, скрестив на груди руки, прислонился к двери, словно приготовился, если потребуется, целый день ждать удовлетворительных извинений.

— Я же извинилась! Чего еще тебе надо? — прошипела Тесса. — Я не собираюсь унижаться перед этой женщиной!

— Понятно. — Мэтт наконец кивнул, и Тесса решила, что разговор окончен, но он вдруг с теплой улыбкой обернулся к секретарше. — Очевидно, мне самому придется извиниться за поведение Тессы. Она перенервничала. — Он явно заменил последним словом нелестный эпитет, вертевшийся у него на языке. — Сью, позволь в качестве возмещения за понесенный моральный ущерб пригласить тебя сегодня на ужин.

Умный ход, Мэтт, подумала Тесса, едва сдерживая слезы. Что ж, питай вместе с желудком ее фантазии!

— О, это лишнее… — отказалась Сьюзан.

— Нет, не лишнее, — настаивал Мэтт. — К тому же мне будет приятно провести с тобой вечер. Я заеду в половине восьмого? — Улыбка исчезла с его лица, и Мэтт, отбросив всякую учтивость, двинулся из комнаты. — А ты следуй за мной, — бросил он Тессе, словно строптивой собачонке, и буквально поволок ее в соседний кабинет. — Осмотр твоей комнаты увенчался для меня весьма любопытными находками, — холодно сказал Мэтт, захлопнув дверь.

Тесса вопросительно взглянула на него и со страхом проследила, как он извлек из кармана упаковку противозачаточных таблеток.

— О нет! — Она тяжело опустилась в кресло и обхватила голову руками.

— И долго ты собиралась принимать это? — резко спросил Мэтт. — Год? Пять лет? Прекрасно зная, что я все это время буду надеяться, что ты вот-вот забеременеешь? Пошутить захотелось или это месть за мой «непростительный грех» — за то, что я вынудил тебя согласиться дать моей дочери пристойное существование вместо того жалкого прозябания в нищете, к которому ты ее приговорила? — Его голос был пропитан яростью и беспощадным сарказмом.

— Это нечестно! Эбби всегда была счастливым здоровым ребенком! — с негодованием возразила Тесса, на время позабыв свой страх перед Мэттом, который неожиданно предстал перед ней совершенным чужаком. — И я уже говорила, что пока не готова рожать второго ребенка. В свиноматки я не нанималась!

— Убирайся с моих глаз! — рявкнул Мэтт, швырнув ей таблетки.

Но не кольцо, промелькнуло в голове Тессы, прежде чем она выбежала из кабинета. К счастью, по пути в свою комнату Тесса не встретила ни единой души. Добравшись до своего убежища, она захлопнула дверь и, в изнеможении прислонившись к ней спиной, дождалась, когда немного выровняется дыхание, потом, не в силах перестелить постель, которую переворошила, когда искала кольцо, устало плюхнулась на пол и привалилась головой к матрасу.

Из глаз брызнули слезы, и Тесса потянулась рукой к коробке с салфетками. Вдруг всхлип застрял в горле. Она дико огляделась по сторонам, словно ища спасения. В комнате опять висел тот самый жуткий одуряющий запах!

Прикрывая ладонью рот и нос, Тесса проковыляла к окну и, с горем пополам отодвинув шпингалет, не желавший подчиняться ее дрожащим пальцам, распахнула створки, впуская в комнату свежий холодный воздух.

О Боже, я и впрямь схожу с ума, не иначе! И не у кого искать спасения: мне никто не поверит, никто не поможет.

ГЛАВА 11

Тесса медленно открыла глаза, постепенно пробуждаясь от тяжелого сна. Комната куталась во мрак, рассеиваемый мягкими красноватыми отблесками пламени камина. Она по-прежнему была в махровом халате, но лежала не на полу, где заснула, а в кровати под теплым одеялом. Тесса шевельнулась и, скорее почувствовав, чем увидев какое-то движение в углу комнаты, испуганно вскрикнула. К ней вернулся прежний страх.

— Шшш, это я. — Мэтт включил лампу и, выйдя из тени, опустился на краешек кровати.

В приглушенном свете он больше не казался сердитым, но выглядел таким осунувшимся и несчастным, что Тесса едва не кинулась к нему в объятия, — сдержалась только потому, что опасалась холодного ответа. Может, в конце концов Мэтт решил удалить ее из Стэффорд-Хауса? Почему же эта мысль отзывается в сердце нестерпимой болью? Ведь она сама постоянно твердила ему, что поспешная женитьба ни к чему хорошему не приведет.

— Как ты себя чувствуешь? Тебе тепло? Когда я вошел, окно было открыто и ты, окоченевшая, лежала, скорчившись на полу. — Это было сказано спокойным учтивым тоном, без тени намека на жалость и щемящую нежность, которые Мэтт испытал при виде затихшего на ковре несчастного комочка.

— Самочувствие нормальное. — Тесса села в постели и, приподняв за спиной подушку, убрала с лица спутанные волосы. — Который час? Где Эбби?

— Почти восемь. А Эбби уже спит, первый день в школе не прошел для нее даром — вымоталась. Она заходила к тебе, чтобы пожелать спокойной ночи, но я ей сказал, что ты устала и пораньше легла спать.

— Понятно. Почему ты не поехал ужинать с Сьюзан Долтон? — поинтересовалась она после некоторого молчания, постаравшись придать голосу безразличие.

— Я решил, что важнее поговорить с тобой и по возможности выяснить, что происходит. Ты можешь дать разумное объяснение своему неадекватному поведению, которое продемонстрировала сегодня? — строго спросил Мэтт.

— Неадекватное поведение тут ни при чем, — отмахнулась Тесса и поправилась: — Не совсем. — Мэтт не сводил с нее испытующего взгляда, и она, вспомнив, как кричала на Сьюзан, покраснела, затем глубоко вздохнула и прошептала: — Мне так страшно…

Мэтт придвинулся ближе, но не стремился прикоснуться к ней.

— Расскажи, что тебя тревожит, — предложил он.

Тесса, помешкав несколько секунд, сумбурно поведала ему о событиях последней ночи в больнице, умолчав лишь о заявлении женщины, что Мэтт желает ей смерти. Тесса знала, что пока еще очень слаба и не справится с душевной болью, если прочтет в его глазах подтверждение словам ночной гостьи.

— Медсестра сказала, что мне все это просто привиделось и что никто не мог пробраться в мою палату незамеченным. А когда я спросила, чувствует ли она запах духов, заявила, что это аромат цветов, стоявших возле моей кровати.