Робин Хэтчер - Навсегда твоя роза

— Герцогиня… — прошептала Роза, даже не почувствовав, что улыбается.

Щенок завыл еще сильнее. Девушка прижала его и потерлась о шерсть подбородком. В благодарность он лизнул ее в лицо.

Роза ликовала, ей всегда хотелось завести домашнее животное, но на постоялом дворе не водились даже мыши. Кроме того, Марк вечно избавлялся от кошек, если те появлялись в округе.

— Нравится? — ласково спросил Майкл.

— Она очаровательна, — Роза подняла глаза и встретилась с любящим взглядом. Сердце подпрыгнуло, как обычно, когда она смотрела на мужа. — Просто идеальна, — прошептала девушка. От избытка чувств перехватило горло.

— Идеальна… Я тоже так думаю, — сказал Майкл, не сводя глаз с жены.

Они сидели на расстеленном одеяле в тени сосны и ели жареного цыпленка, печенье с медом, консервированные зеленые бобы с ветчиной и луком и пирог из ревеня, постоянно отгоняя Герцогиню, чтобы та не хватала еду с тарелок. Они много смеялись и мало говорили, обратив все внимание на щенка, но отчетливо осознавали присутствие друг друга.

Иногда внезапно хватались за одну и ту же вещь, и их руки на мгновение соприкасались. Но только на мгновение. Однако ощущения сохранялись, даже когда они не касались друг друга.

Время незаметно плыло. Даже место, в котором они находились, не имело значения. Хоумстэд вроде бы находился на другом конце света, а не в долине внизу. Проблемы, заботы, страхи и разочарования принадлежали другим, но только не им.

Во всяком случае, на какое-то время.

Майкл лежал на спине на одеяле, а усталый щенок свернулся рядом. Мужчина машинально гладил мягкую шерсть.

— У моей младшей сестренки есть собака, она очень похожа на Герцогиню.

— У тебя есть сестра?

Рафферти повернулся к Розе, которая тоже лежала на спине, но не смотрела на него, а устремила взгляд в небо.

— Да. Ее зовут Фианна, ей десять. У меня четыре брата. Сину одиннадцать, Колину двенадцать и Джозефу тринадцать, — он замолчал, а потом добавил. — И кроме того, Диллон. Он… ближе мне по возрасту, чем другие, — Майкл повернулся и облокотился на землю, подперев рукой голову.

— Фианна похожа на Кэтлин, мою мачеху. Темно-каштановые волосы и зеленые глаза. Настоящая красавица, — он улыбнулся. — Это из-за Кэтлин у меня столько младшеньких. Отец полностью выжил из ума, как только положил на нее глаз. Никогда не думал, что мужчина может так потерять голову из-за женщины, пока не увидел Джона Томаса с Кэтлин, — тон смягчился. — Теперь я их понимаю.

Взгляды встретились. Майкл сел и осторожно поднял спящего щенка, затем потянул за одеяло и вместе с ним приблизил Розу. Она не села и не сопротивлялась. Просто следила за ним влюбленным взглядом.

— Я никогда не имел ни времени… ни желания… выучить стихи о любви, миссис Рафферти, но сейчас сожалею об этом, — Рафферти приблизился, и теперь лица находились на одном уровне, всего в нескольких сантиметрах друг от друга. — Тогда я смог бы описать, что твои волосы прекрасны, — он дотронулся до ее головы. — И воспел бы, как золото вспыхивает в твоих глазах. В них я вижу радость и грусть, — Майкл осторожно провел пальцем по ободку губ. — Жаль, что мне не хватает слов, чтобы высказать то, что я испытываю, целуя тебя.

Губы девушки раскрылись, она издала легкий вздох.

— Возможно, и ты чувствуешь то же самое, — сказал он и наклонился еще ближе.

Губы соприкоснулись. Майкл не пытался обнять ее, приблизить или на чем-то настаивать. Роза не отодвинулась.

Майкла охватило желание, но он заставил себя действовать медленно, осторожно подложив руку под затылок девушки.

Язык вкушал ее губы, пахнувшие медом.

Он склонился ближе и лег рядом, ожидая, что его оттолкнут. Но Роза этого не сделала.

Язык медленно открывал ее губы, а пальцы машинально вытаскивали шпильки из волос. Хотелось увидеть сверкающие на солнце темно-каштановые локоны, разбросанные по одеялу. Однако Майкл боялся прервать поцелуй. Вдруг она исчезнет, и между ними опять вырастет стена.

Девичьи губы открылись. Рафферти легонько провел языком по губам и услышал, как у нее перехватило дыхание, все это еще больше воспламенило мужчину.

Даже не сознавая, что делает. Роза прислонилась к мужу. Мягкая грудь прижималась к мускулистому торсу. Ему хотелось дотронуться до нее, взять в руку, но Майкл воздержался, страшась поколебать то хрупкое доверие, которое возникло у девушки. Слишком рано. Роза даст понять, когда будет готова.

Может, это произошло бы и тогда. Если бы не щенок.

Майкл удивился, когда язык Розы оказался у него во рту. Поцелуй стал более страстным, его пальцы ласкали густые волосы.

В этот момент на спину вскочила Герцогиня и очутилась прямо на их лицах.

Молодые люди от испуга отпрянули друг о друга. На какое-то мгновение установилась тишина, а потом щенок принялся радостно лизать Розу, выказывая благодарность хозяйке.

Девушка рассмеялась.

— Ах ты, глупышка, — сказала она, садясь и держа Герцогиню в руках, как любимого ребенка.

Майкл явно не испытывал подобных чувств, но все равно через силу улыбнулся Розе.

Потом поднялся и отправился смотреть на простирающуюся долину, хотя нужды в этом не было. Он просто пытался обуздать вспыхнувшую страсть.

— Майкл!

Он обернулся.

Девушка стояла на одеяле, густые перепутанные волосы темной массой падали на плечи и спину, она прижимала щенка к груди. Блузка выбилась из юбки. Щеки горели. Роза выглядела столь привлекательной, что вместо того, чтобы погаснуть, желание вновь разгорелось в нем. Она сделала шаг вперед.

— Такой прекрасный день. Я рада, что ты привез меня сюда. И спасибо за то, что подарил Герцогиню.

Рафферти глубоко вздохнул, прежде чем сказать:

— Счастлив, что тебе понравилось. И щенок тоже.

— Наверно, нам пора домой?

Он ласково улыбнулся. Роза слишком напугана собственными чувствами, не уверена в себе и в том, чего хочет. Но у него есть время.

Целая жизнь.

«Я буду любить тебя всегда и могу немножко подождать взаимности».

— Да, — сказал он, направляясь к ней. — Пора домой.

ГЛАВА 25

При звуке громких голосов в гостиной Вирджиния содрогнулась. Сын с мужем большую часть вечера проспорили. Это касалось ограбления банка, за которое Глена посадили в тюрьму восемь лет назад. Во всяком случае, так ей послышалось.

Женщина села на табуретку в кухне и закрыла глаза. Что делать? Может, пробраться наверх и спрятаться в спальне, пока ссора не прекратится? Там она будет в безопасности.

Но если Глен увидит ее…

Вирджиния задрожала, потому что не хотела даже думать о том, что произойдет, если муж догадается, что она подслушивает. Он становился все более жестоким. Днем они с Марком пили и вечером тоже. Когда Глен накачивался виски, то становился непредсказуемым и издевался над ней.