Дженнифер Эшли - Путь страсти

— Чертова волчица! — прорычал он.

— Мне бы не хотелось, чтобы погиб кто-то из оборотней, — объяснил Шон. — Во всяком случае, не сегодня.

— Плевать мне, чего тебе хочется! — рявкнул Каллум.

Андреа, глухо зарычав, рванулась к нему, однако Шон, схватив волчицу за шкирку, успел ее остановить, иначе все началось бы снова. Придерживая Андреа, Шон другой рукой вытащил телефон.

— Я не хочу никого убивать, — повторил он. — Но в полицию я позвоню. Эти люди заплатят мне за Эли. А вам, — он окинул ледяным взглядом разом присмиревших оборотней, — советую убираться отсюда, и поскорее. Конечно, если у вас нет особого желания объясняться с людьми по поводу стрельбы.

Наступила гробовая тишина — было слышно только негромкое пощелкивание кнопок, пока Шон набирал номер.

— Будь я проклят, Шон! — взорвался Бен.

Каллум, выругавшись, сплюнул кровь.

— Все вы, Морисси, одинаковы — слушаете только одну сторону!

Шон смерил его испепеляющим взглядом. Палец его замер на кнопке «Вызов».

— Эти люди стреляли в оборотней. И вот я вижу вас в одной компании с ними. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить, что вы заодно.

— Живя в их мире, бок о бок с ними, мы становимся слабее, — пылко заявил Каллум. — Ходим в их бары и магазины, наши детеныши сходят с ума по их игрушкам, всем этим дурацким сотовым телефонам и спутниковым тарелкам! Мы уже забыли, что оборотни рождены, чтобы сражаться. Мы воины, и мы в тысячу раз лучше этих жалких людишек!

— Получается, ты ставишь своих сородичей под удар только потому, что твой сынишка просит купить ему компьютер, так, что ли? — хмыкнул Шон. — Интересная логика! Ладно Каллум, ты мне надоел. Так ты уходишь? Или предпочитаешь остаться и заплатить по счету?

— Не будь идиотом, Шон! Ты не осмелишься позвонить в полицию!

Шон демонстративно щелкнул ногтем по кнопке вызова.

— Неужели? Видишь ли, с помощью этой «дурацкой человеческой игрушки» я могу поговорить с людьми на расстоянии.

— Он прав, Шон, — вмешался Бен. — Если копы заберут этих людей, они попросту скажут на допросе, что мы их наняли. И нам же будет хуже.

Шон это знал... конечно, знал, и ненавидел их за это. Если подумать, может, оно и к лучшему, что Ким с Сайласом и ему самому в свое время не удалось убедить копов отнестись к этому более серьезно. Если бы полиций начала копать, то в результате пострадали бы сами оборотни. Их бы взяли всех, виновных и невиновных, потом, долго, не торопясь, допрашивали бы и в конце концов вынесли бы приговор — наверняка смертный. Им это ни к чему — тем более сейчас, когда Лайам с Диланом проводят свои эксперименты с ошейниками. Один неверный шаг — и существование оборотней окажется под грозой.

Шон холодно улыбнулся. Палец его по-прежнему лежал на кнопке.

— Что ты предлагаешь, Каллум? Не вмешивать полицию? Ладно, давай прикончим их сами.

По глазам Каллума было видно, что его это устраивает, — впрочем, люди тоже это заметили. У Шона самого чесались руки поотрывать им головы, но это было слишком рискованно.

— Нет... слишком уж сильно ты этого хочешь, Каллум, — негромко проговорил Шон. — Поэтому я сейчас позвоню отцу. Они с Лайамом пришлют сюда своих ищеек, а те вывезут эту мразь из города — куда-нибудь подальше отсюда. Бен, может, возьмешь парочку оборотней из числа особо доверенных и проводишь их туда, где они не попадутся на глаза ни мне, ни моему брату? Или я отвезу их в Сан-Антонио и отдам подруге Эли — пусть делает с ними что хочет.

Андреа удовлетворенно зарычала. Оборотни позеленели... они знали, что нет никого опаснее самки, защищающей своего самца. Умолять их бесполезно — они не щадят никого и убивают без разбору, оставляя после себя горы трупов.

— Нет-нет, мы согласны, — поспешно закивал Бен.

Двое других оборотней мгновенно разоружили остальных вояк — это произошло настолько быстро, что те даже не успели понять, что происходит. Шон слегка расслабился. У Бена хватило ума понять, что разумнее спрятать концы в воду. Какую бы мерзость они ни задумали, их сегодняшний план не сработал.

Зато Каллум, похоже, не собирался сдаваться.

— Думаю, клану Морисси самое время искать себе другого стража! — прорычал он.

И бросился на Шона, на ходу превращаясь в исполинскую дикую кошку. Толкнув Андреа за спину, Шон поспешно прикрыл ее собой. Он успел превратиться только наполовину — однако этого хватило, чтобы встретить Каллума ударом когтистой лапы. От ошейника Каллума во все стороны сыпались искры, Шона то и дело дергало током, однако Каллума, похоже, это мало беспокоило.

Ошейник самого Шона тоже активировался, впившись ему в шею, но он, стиснув зубы, старался не замечать боли. В какой-то степени это ему удалось — сказывались многолетние тренировки. Андреа бесновалась за его спиной, пытаясь броситься ему на выручку. К счастью, Шону удалось избежать челюстей Каллума — молниеносно уклонившись в сторону, он одним ударом тяжелой лапы швырнул своего противника через весь зал. С грохотом врезавшись в стену, тот разом обмяк и как будто стек на пол.

Тяжело дыша, Шон набрал хорошо знакомый ему номер. Ему ответил Спайк, один из следопытов Лайама — парень был слепо, по-собачьи предан вожаку и вдобавок был самым толковым из всех ищеек прайда. Спайк явно ждал его звонка — Лайам заранее предупредил, чтобы был наготове. Он примчался уже через несколько минут, а вскоре появились и другие во главе с Диланом. Дилан выглядел совершенно больным. Шон с тревогой посмотрел на отца, но тот, сделав вид, что ничего не заметил, молча подтолкнул Каллума к двери.

Андреа, решившая, что превращаться еще рановато, угрожающе рыкнула ему вслед. Шон убрал меч в ножны и обвел суровым взглядом присмиревших оборотней. Лицо у него было каменное.

— А вы все живо по домам! — прорычал он. — Спектакль окончен.

И демонстративно повернулся к ним спиной, давая понять, что ни минуты не сомневается в их покорности. Точно так же он знал, что никому из них и в голову не придет мешать Дилану. Уж на это-то у них ума хватит.

Одежда Андреа аккуратной кучкой лежала на стойке бара. Подхватив ее, Шон заметил бармена — бедняга скорчился в углу, клацая зубами от страха.

— Хочешь совет, парень? — сочувственно спросил Шон. — Подыщи себе другую работу.

Распахнув дверь ногой, он неторопливо вышел из бара.

Андреа, все еще в волчьей шкуре, трусила позади него.

— А где мое белье, Шон?

Скорчившаяся между сиденьями Андреа подняла голову. Обычно ее не слишком заботило, что кто-то увидит ее нагишом, пока она будет превращаться, но сегодня она была так зла, что решила — черта с два она доставит этим ублюдкам такое удовольствие! Она дождалась, когда Шон выедет с парковки, и только тогда вернула себе человеческий облик. И сейчас ей меньше всего хотелось бы проехаться по улицам Остина на манер этакой современной леди Годивы.