Рай, которого не ждала - Лана Норд

раза в неделю! Если есть желание, присоединяйтесь)) https:// /shrt/uPuv

Глава 40

Само собой, что о свадьбе все моментально забыли.

Сейчас не было ничего более важного, чем вырвать Маришку из рук обезумевшей бабы. Естественно, что я винила во всём себя:

— Это я поверила словам Юлии Борисовны, забрала эти грязные деньги, а по итогу, потеряла дочь, — рыдала я в объятиях Матвея, — я готова отдать всё, что у меня есть, лишь бы мой ребёнок снова был рядом со мной живой и невредимый.

А он, как мог, успокаивал меня:

— Ты не виновата, откуда же ты могла знать? Ты очень добрая и доверяешь всем вокруг. А люди все разные. Тебе пора повзрослеть и понять это.

Но я была непреклонна и не желала себя оправдывать:

— Ты почувствовал, что в предложении Юлии Борисовны был подвох, а я нет. Ах! Если бы я тогда тебя послушала! Этой трагедии бы не случилось. Это я поспособствовала, чтобы эта сумасшедшая приблизилась к нашей дочери.

Но горе, горем, а плакать и посыпать голову пеплом времени не было. Нужно было срочно пытаться исправить ситуацию.

Мы разделились: я, тётушка и Эдуард Николаевич, к слову, оказалось, что он был юристом, а это было очень кстати, отправились в дом к Оксане.

А Матвей и муж Кати, Степан, в полицию. Конечно, перед нами ни на секунду не встал вопрос о том, обращаться ли в правоохранительные органы, несмотря на угрозы Оксаны.

Мы стояли у ворот дома Юлии Борисовны и упрямо жали на звонок.

Почти на сто процентов я была уверена, что мать Оксаны замешана в этом тёмном деле, а поэтому она нам не откроет.

Но я ошиблась. Дверь отворилась.

На пороге стояли Юлия Борисовна и Иван Павлович.

Мать Оксаны удивлённо смотрела на меня, словно не могла понять, что мне понадобилось в их доме. Либо удивление было искреннее, либо она была очень хорошей актрисой, но казалось, что Юлия Борисовна действительно была не в курсе происходящих событий.

— Здравствуй, Кариночка! — вежливо пропела она. — Почему у тебя такое лицо? Что-то случилось? Я думала, мы решили все вопросы.

Иван Павлович тоже выглядел растерянным, он вообще не понимал, что происходило вокруг него, и вот ему, я точно верила.

— Где Оксана? — без лишних предисловий спросила я, едва сдерживая свой голос, который в любой момент мог сорваться на истеричный крик.

— Не знаю, — пожала плечами Юлия Борисовна, — ушла вчера днём, и с тех пор ни ответа, ни привета. Да что случилось-то? Зачем она тебе? Я думала, ты больше не хочешь её видеть после всего, что между вами произошло...

— Оксана похитила Маришку, — я удивилась тому, как прозвучал мой голос: твёрдо и уверенно, хотя на самом деле внутри бушевала буря эмоций, — никто не знает, где они. Если вы обладаете какой-то информацией, лучше признайтесь сейчас, пока она не навредила моей малышке. Потому что если эта сумасшедшая тронет мою дочь хоть пальцем, я разорву её на части, без суда и следствия.

Юлия Борисовна побелела, а Иван Павлович наоборот покраснел.

— Нет, этого не может быть, — быстро произнесла мать Оксаны, — моя дочь на это не способна, я никогда не поверю...

Молча, я протянула ей телефон с пугающим, по своему содержанию, сообщением.

Отец и мать Оксаны одновременно уставились в экран.

Когда до них дошёл смысл написанного, на лицах обоих читался неподдельный ужас.

"Они ничего не знали о зловещих планах Оксаны", — обречённо подумала я.

Теперь оставалось надеяться только на полицию.

И тут внезапно вмешался Иван Павлович.

Обычно тихий и неразговорчивый, он вдруг накинулся на жену, не стесняясь посторонних.

— Ну что, доигралась? — кричал он, и жилы вздувались на его шее, — давно было ясно, что Оксана свернула не на ту дорожку. Она чуть не убила человека, получила по заслугам срок, отсидев который, осознала бы, что натворила. Но ты вечно выгораживаешь её. Придумала это условно-досрочное освобождение, будь оно не ладно, а я, старый дурак, пошёл у тебя на поводу. Если с девочкой что-то случится, я тебе и себе этого никогда не прощу. — Он повернулся в сторону дома:

— Рома, Серёжа, Артём, бегом все сюда.

На его зов вышли три брата Оксаны, лица их выражали недоумение.

— Оксана похитила ребёнка, срочно нужно её найти и передать малышку матери, — он понизил тон голоса и уставился в землю. — Нам надо найти Оксану до того, как она причинит вред малышке.

Все трое на минуту остолбенели от неожиданной новости, но быстро пришли в себя.

— Мы готовы идти прямо сейчас, — серьёзно произнёс Роман.

— Если мы что-то узнаем, сразу вам сообщим, — обратился ко мне отец Оксаны.

И все четверо незамедлительно отправились на поиски, вскоре скрывшись за поворотом.

Я взглянула на Юлию Борисовну. Она, сгорбившись, плакала, вытирая слёзы фартуком.

— Молитесь за Маришку, Юлия Борисовна! И больше никогда не обращайтесь ко мне, чтобы я помогла вашей дочери. Сегодня она переступила рубеж, после которого даже моя доброта закончилась, — я развернулась и пошла прочь.

Мы с моими спутниками ни с чем вернулись домой. Там нас дожидался Матвей:

— Полиция уже начала поиски, они прочёсывают окрестности. Все женщины остаются здесь и дожидаются новостей, а мужчины идут за мной.

Повторять два раза не пришлось, через минуту мы остались в чисто женской компании. Мои девочки успокаивали меня как могли. Все были очень напряжены и ожидали вестей.

Но, несмотря на все усилия, никакого результата не последовало даже два дня спустя.

Я практически рвала на себе волосы, обвиняя во всех грехах, и беспрестанно молилась.

Мужчины были вымотаны поисками, они не спали сутками и почти ничего не ели.

На третий день безрезультатных поисков, я, маясь от неизвестности, отправилась спрашивать о дальнейших планах у Ивана Павловича.

Проходя мимо калитки домика, где я жила по соседству с семьёй Оксаны в первый мой приезд сюда, до меня донёсся вполне отчётливый шорох.

Зная, что дом пустует и внутри никого быть не должно, я тихонько подошла к калитке и тронула её.

Калитка оказалась не заперта. Это было очень подозрительно.

Очень тихо я отворила её и оказалась в знакомом дворике.

На первый взгляд, казалось, всё было на своих местах.

Я осторожно, чтобы не шуметь, подошла к крыльцу дома. На двери всё так же висел замок. Приглядевшись,