Секонд хенд - Мари Секстон

ее в щеку и похлопал по заднице. - Иди и возьми его, тигрица.

Эл направился через задний двор к дому. Он больше не дулся и не боялся, что Пол вернется к женщинам или просто устанет от него. Он больше не подтолкнет Пола к принятию решения, которое не имело значения, чтобы потом все равно злится из-за этого. Да, все это было еще в новинку для Пола, и да, Эл надеялся, что он поймет это раньше, чем позже. Но в то же время, почему он наказывает их обоих? Он найдет способ все уладить. Он подождет, пока Пол не будет готов расстаться с кольцом и всем остальным.

Он возьмет пятьдесят собак и, может, даже кошку, если будет необходимо.

Его мать запротестовала, когда он поцеловал ее на прощание.

- Ты только что приехал, - пожаловалась она. - А Мигелю уже пришлось уйти, потому что вызвали на пожар.

- Знаю, мама, но я вернусь завтра. - Он сжал ее руку и улыбнулся, хотя улыбка была немного неуверенной. - Может быть, с красивым молодым человеком под руку.

Его мать широко улыбнулась и сжала его руку в ответ.

- Сделай это, Эмануэль. Сделай это.

Он крепко поцеловал ее в губы.

- Я люблю тебя, мама.

- Я люблю тебя, Эмануэль, - прошептала она в ответ, крепко обнимая его.

Моджо всю дорогу через город с энтузиазмом высовывалась из окна со стороны водителя, и если бы Эл мог, сделал бы то же самое. Вместо этого он ограничился тем, что почесал ее за ушами.

- Давай посмотрим, сможем ли мы найти твоего второго папочку, а, милая?

Моджо восторженно залаяла и завиляла хвостом.

Сердце Эла сильно и нервно забилось, когда он завернул за угол на улицу Пола.

Но он и вполовину не так нервничал, как когда услышал вой сирен.

Глава 32

- РАЗВЕ там должен быть такой дым? - Спросила мама, указывая пальцем.

Я высунул шею из-за солнцезащитного козырька, который она опустила, и, прищурившись, посмотрел на горизонт прямо под горами, где действительно виднелся отвратительный черный столб дыма.

- Я так не думаю. Если кто-то сжигает мусор в такую засуху, его ждет солидный штраф.

- Для мусорного костра слишком много дыма, - заметила мама.

- Может, пожар с мусором уже вышел из-под контроля, - предположил я, надеясь, что это произошло не в моем квартале, а если и так, то пожарные машины не блокировали мой дом.

Но когда мы свернули на мою улицу, то обнаружили, что пожар был не только в моем квартале. Это был мой дом.

Мой дом.

Мой дом горел.

Я не помнил, как припарковал машину, только то, что в одну минуту смотрел из машины на огонь, вырывающийся из окон, а потом оказался на улице, и женщина-пожарный удерживала меня, пока я ошеломленно смотрел, как моя жизнь превращается в пламя.

Внезапно, кто-то крепко обнял меня и зарыдал. Это была Стейси.

- О, Пол. - Она уткнулась лицом мне в плечо. - Пол, наш дом!

- Стейси, почему ты здесь? - Я даже не был уверен, что она здесь на самом деле. Все казалось приглушенным и далеким.

- Я пришла поговорить с тобой, а дом в огне! Господи, Пол, как ты мог допустить, чтобы это случилось?

Она крепко прижималась ко мне, и мне это не нравилось. Я оттолкнул ее, и, прежде чем она успела снова прижаться, моя мать бросилась к ней и оттащила в сторону. Спасибо, мам.

Я вернулся к созерцанию своего горящего дома.

Это было... странно приятно.

На самом деле, это было действительно хорошо, и чем дольше я смотрел, тем лучше себя чувствовал. Вещи. Просто вещи, прошептал в голове голос Эла. Все мои вещи сгорели, и вещи Стейси тоже, все, что мы приобрели вместе. Это, а также пара смен медицинской одежды и телефон.

Вещи.

Я тихо рассмеялся, прикрыв рот рукой, чтобы скрыть улыбку. Больше никакого дерьмового дома. Больше никакой аренды. Больше не цепляюсь за ложь, в которую никогда не должен был верить.

- Пол.

Снова голос Эла, но на этот раз он звучал не в голове. Он звучал у меня за спиной, и когда я обернулся, он, с бледным лицом и широко раскрытыми глазами, бежал ко мне, шлепая ботинками по воде на улице.

- Эл, - сказал я, улыбаясь. - Ты здесь.

Ты здесь, и ты единственное, что мне действительно нужно.

Он прижал меня к себе, держа так, словно никогда не отпустит.

- Ты напугал меня до полусмерти. Я думал, ты там. Я даже звонил тебе, но ты не брал телефон.

- Я оставил его дома. - Я закрыл глаза и притянул его ближе. - Эл, я сожалею.

- Тебе и следовало бы. - Его трясло. - Я думал, что потерял тебя.

- Пол?

Мы оба повернулись к Стейси, которая стояла рядом с моей матерью, и ее глаза были такими же большими, как у ее «Детройтской ромашки», и смотрела, как мы обнимаемся.

- Это Стейси, - сказал я ему.

Он фыркнул.

- Ты мог бы выбрать лучше.

Я закрыл глаза и прижался к нему.

- Я уже это сделал.

В ЭТОТ вечер мы с мамой вернулись к Элу. Мой домовладелец, узнавший от пожарных, что все началось из-за неисправности электропроводки, выглядел бледным и дрожащим и все пытался поселить нас в хорошем отеле. Но Эл не отпускал мою руку, а мама не переставала ворковать над Моджо, которая была очень расстроена тем, что ее оставили в машине Эла, пока он бежал через весь этот хаос искать меня. Мама отказалась занять спальню, настаивая на том, что хочет спать на диване, чтобы смотреть телевизор. Когда я заметил, что у Эла его нет, она шлепнула меня по заднице и велела делать то, что мне говорят.

И я сделал.

Как только за нами закрылась дверь, Эл заключил меня в объятия и поцеловал так крепко, что я не мог дышать.

- Я думал, что потерял тебя, - сказал он, наверное, в пятнадцатый раз.

- Это не так, - заверил я его.

- Прости, - сказал он, все еще прижимая меня к себе. - Я был таким ослом из-за этого дурацкого кольца.

- Все в порядке. Я тоже вел себя как последний осел.

- Нет. Не вел. Я подталкивал тебя к тому, к чему ты