Развод. Не отпускаю - Майя Саммер

её крика! Я сделала попытку обойти её, держась за стену. Всё же на лестнице прекрасно помещались двое, но эта стерва сделала шаг в сторону и перекрыла мне проход.

Сейчас Мирон придёт в себя, а я не выберусь отсюда! Или придёт охрана, обнаружит хозяина дома без сознания и эффект будет тот же!

- Дай пройти!

- Где Мирон!? Мирон!!! – продолжала надрываться эта гарпия и поливать меня такими грязными словами, что уши в трубочку сворачивались.

Ситуация патовая! Мне хочется забиться в угол и рыдать, но я не одна! Мой нерождённый ребёнок тоже в опасности!

Делаю ещё одну попытку пройти, но Альбина отталкивает меня от лестницы. И меня накрывает ярость. К этой женщине, которая не стеснялась спать с моим мужем в нашем доме. К ситуации, где мне приходится бороться за свою жизнь. И к самой себе.

Почему я терплю всё это! В дикой ярости толкаю Альбину раскрытыми ладонями. В руках вся моя ненависть! Вся моя боль!

Она делает шаг назад на ступень ниже, секунду пытается удержать равновесие, но у неё ничего не получается. Она кувыркается через голову и летит вниз по лестнице. Пока сломанной куклой не распластывается на поворотном марше!

В ушах звенит. И этот звон такой сильный, что я даже собственного дыхания не слышу! Смотрю на Альбину и не верю, что это сделала я!

Нужно подойти к ней, но мне безумно страшно! Вдруг она мертва?! И я стану убийцей! Немеющими руками вылавливаю телефон в сумке. Пальцы не слушаются. Набираю сто двенадцать. Пару гудков и мне отвечает оператор.

- Сто двенадцать, что у вас случилось?

Из горла вырывается каркающий звук. Связки скованы шоком.

- Нужна скорая! – выдавливаю я из себя – Женщина упала с лестницы!

Каждое слово даётся мне с трудом. Оператор с трудом разбирает, что я говорю.

- Девушка, говорите громче! Что у вас случилось?

- Пришлите скорую! Тут женщина без сознания!

- Хорошо, диктуйте адрес!

Не могу оторвать взгляд от распростёртого тела. Меня начинает потряхивать.

- Эм… мы в поместье. Я не знаю точный адрес.

- Вы впервые в этом месте?

- Нет, но я… Мы… Мне просто нужна помощь!

- Хорошо. Определяю ваше местоположение. Не вешайте трубку!

На кухне что-то падает и разбивается. Прислуга убирается после ужина. Это выводит меня из ступора. Я кидаю телефон обратно в сумку и бегу вниз. Альбину обхожу по широкой дуге.

Подхватываю сумку Мирона. В ней могут быть важные документы. Выхожу из двери, тайком пробираюсь к большому тонированному внедорожнику. Он реагирует на приближение ключа и открывает двери. Сажусь на водительское, кидаю вещи на соседнее сидение и завожу машину.

Глаза застилают слёзы. Перед внутренним взором всё ещё стоят ужасные картины. Я не верю, что смогла ударить одного человека и столкнуть с лестницы второго!

Какими бы они ни были, я не желаю им смерти! Справедливого наказания ДА! Но не смерти. И тем более я не хочу становиться убийцей! Сейчас мне нужна поддержка, но никого нет рядом!

- Либо ты, либо они! – говорю я себе вслух, чтобы хоть как-то собраться.

Педаль в пол! Мне нужно убираться отсюда! В поместье всё ещё много охраны. У меня один шанс из тысячи выйти отсюда живой и свободной!

Подъезжаю к воротам. Они закрыты. Охранник на КПП видит машину хозяина и хмурится. Он не знает, что делать. Никаких распоряжений ему не поступало. Меня же скрывает глухая тонировка.

Сигналю ему. Стараюсь, чтобы это выглядело раздражённо, а не отчаянно. Пальцы болят, их сводит судорога! Слишком уж сильно я вцепилась в руль. Огромные металлические ворота подрагивают, а потом доводчики тянут створки в разные стороны!

Провожу ладонями по лицу. Мои щёки мокрые и холодные. Как только ширина позволяет, газую. Шины прокручиваются и поднимают пыль, а я лечу по дороге.

Меня окружают высокие ели. Их верхушки утопают в тёмном небе. Яркие фары разгоняют мрак перед автомобилем. Мне навстречу проносится скорая.

Неужели я вырвалась!? Несмотря на весь ужас сегодняшней ночи, мне хочется хохотать в голос. Смеяться и плакать одновременно! И я радуюсь. Ровно до того момента, пока позади не появляется свет чужих фар.

Стараюсь рассмотреть, кто едет сзади, но свет очень яркий. Он слепит мне глаза. Машина ревёт. Педаль касается пола, и мы летим по дороге. Скоро съезд на шоссе. Придётся притормозить.

Кончики пальцев колет иголками. Страх снова встаёт стеной, застилает глаза. Ужас царапает душу. Автомобиль позади сигналит, а потом я чувствую удар! Меня встряхивает, кидает на руль. Я чуть не выпускаю его из рук.

Скулю от отчаяния. Разогнаться сильнее не получается. Меня и так кидает в воздушном потоке, хотя машина тяжёлая. Всё трясётся. Вещи падают на пол. Телефон, ноутбук, какие-то карточки рассыпаются по салону.

Ещё один удар!!! Я едва не съезжаю с дороги! Правые колёса гребут пыль на обочине. Каким-то чудом удаётся вывернуть руль и вернуться на асфальт.

Сбоку мелькает внедорожник. Всего миг, но я всё равно успеваю разглядеть перекошенное от ярости окровавленное лицо Мирона!

Он жив?!

Удар в бок! Металл корёжит с отвратительным, ни на что не похожим, звуком. Мой ужас не передать словами. Я совершенно чётко понимаю: мне конец! Мирон убьёт меня за то, что я сделала с ним и его любовницей!

Он убьёт меня, чтобы деньги, записанные на моё имя, вернулись к нему!

Выхода нет! Помощи ждать неоткуда! Мы одни на этой чёртовой дороге! Ещё один удар, и я улечу в дерево! Кое-как уворачиваюсь. Мой ангел-хранитель наверняка обливается потом и хрипит от перенапряжения!

В машине звонит телефон Мирона. Он подключился к мультимедийной системе автомобиля, и звук идёт отовсюду. Номер мне не знаком. Отвечать нет смысла, но я всё равно нажимаю на руле кнопку с зелёной трубочкой. Пусть это будет последний человек, которого я услышу.

Плети подступающих деревьев хлещут по крыше, машина издаёт скрежещущие звуки, видимо, она повреждена очень сильно, но сквозь эту какофонию я слышу спокойный голос Матвея!

- Аня, тормози!

- Я не могу! Не могу! – начинаю захлёбываться слезами я - Мирон убьёт меня! Мне так страшно! Матвей!

Может, мне показалось? И это просто галлюцинация, вызванная стрессом? Жуткую секунду я думаю, что ошиблась, но потом слышу тяжёлое дыхание.

- Упрямая! Доверься мне, Аня! Тормози!

И я подчиняюсь! Переношу ногу на педаль тормоза. Зажимаю её. Меня снова кидает на руль. Ремень на груди врезается в кожу. Восемь тонн металла и пластика