Вторая жена. Ты выбрал не нас - Оксана Барских

мужика из него ращу, – холодно отвечает Макар. – Чтобы не вырос подлецом, слабым на передок.

В этот момент я пью воду из бутылки, чтобы хоть немного успокоиться, и едва не кашляю, поперхнувшись. Кажется, кое-кто завел досье на моего бывшего мужа. С одной стороны, напрягает. С другой, не удивлена. Он ведь говорил, что его служба безопасности знает всё о родителях детей, которые ходят в детский сад с его сыном.

– Рад, что встретил вас сегодня, Дилара. Жду вас в понедельник к двенадцати по этому адресу, – дает мне визитку.

– Что это? У меня работа. В девять собрание.

Я растеряна, так как вообще не пойму, что происходит.

– Ах да, вы же еще не в курсе. В девять будет собрание по поводу смены руководства вашей компании. Вам нужды знакомиться с новым начальством нет.

У меня голова кругом от таких новостей, но он говорит так уверенно, что я отчего-то не сомневаюсь, что он не врет.

– Что это значит?

– Я выкупил вашу компанию, Дилара, так что в Кассиопее вы больше не работаете.

– Меня увольняют? – выдыхаю, в горле ком, ведь таких трудов мне стоило найти эту работу и закрепиться на ней. А теперь вот так просто говорят, что на работу я могу больше не выходить. Даже как-то пропускаю мимо ушей новость о том, что новый хозяин предприятия – Плесецкий.

– Переводят в головной офис, Дилара, – качает головой Макар, глаза его сверкают холодной сталью. – В понедельник я лично введу вас в курс дела.

Меня обдает испариной, и я глупо моргаю, пытаясь осознать, что он говорит. Выходит так, что Плесецкий купил компанию, в которой я работаю, а теперь лично сообщает мне о том, что я теперь буду работать в головном офисе. С ним.

О Саиде в этот момент я как-то забываю, а вот он о нас нет. Он выдвигается вперед и снова бычится.

– Моя жена на тебя, хмырь, работать не будет. Ей вообще нет нужды работать!

– Это не тебе решать, Саид, – вспыхиваю на этот раз уже я, и теперь просто из принципа буду работать на Плесецкого, каким бы странным и пугающим он мне не казался.

Остро вдруг осознаю, что если уволюсь, то это будет плюс для Саида, который наверняка захочет прижать меня этим и отобрать дочь, чтобы заставить меня быть снова с ним.

– Ты моя жена!

– Бывшая, – холодно пресекает дальнейшие попытки Саида Плесецкий и резко встает между нами, отчего я даже чувствую к нему благодарность.

– Не лезь, мужик, я могу и сломать тебя, да только пацана твоего жаль, если батю его тут пополам переломаю.

– Уверен? Смотри, себе хребет не переломай.

Плесецкий и бровью не ведет, не реагирует на угрозы, явно не боится.

Обстановка накаляется, и я сглатываю, в панике оглядываясь по сторонам и выискивая, есть ли кто-то, кто сможет остановить драку, если она вдруг возникнет.

– Отец, ты обещал меня в тир сводить, стрелять научить, – звучит вдруг настороженный голос Гордея, сына Макара. Ему уже сделали аквагрим, и появляется он весьма вовремя.

– Тир? – усмехается Саид – Да такой столичный хлыщ, как ты, вряд ли что тяжелее ручки в руке держал. Хоть одну цель выбить сможешь?

– Недооценка противника – главная ошибка всех моих конкурентов.

Макар прищуривается, дергая плечом, а вот я холодею. Что-то мне подсказывает, что все те, кто были его конкурентами, давно разорены или работают на него.

– Папа, я тоже хочу в тир! – кричит Амина, повисая на ноге отца, а затем недобрым взглядом смотрит на Гордей. – А мой папка лучше твоего стреляет. Спорим?

– Мой папка – лучший! Спорим!

– Нет, мой!

– Мой!

Дети снова спорят друг с другом, повышая сопернический дух, и мы впятером идет к тиру. Я плетусь в конце, не понимая, как так вообще вышло, но вряд ли кто смог бы ответить мне на этот вопрос.

Глава 34

Дети воодушевлены и поддевают друг друга, каждый считает своего отца лучшим во всем. Их отцы в это время подсчитывают выданные пули и подготавливают оружие. Я же не знаю, как остановить творящийся беспредел и благодарю провидение, что мы сейчас находимся в парке аттракционов в игровом тире, где используют пневматику, а не в настоящем, где – боевые пистолеты.

Иначе Макар и Саид явно уже давно перестреляли бы друг друга.

– Дети, давайте чуть подальше отойдем.

Я беру за руки Амину и Гордея, чтобы мы встали чуть поодаль, так как они стоят прямо возле отцов и подпрыгивают прямо им под руки, так как их рост не позволяет видеть мишень.

Они, к счастью, не сопротивляются и позволяют мне увести себя подальше. Думают просто, что я дала им обзор, хотя на самом деле я просто побоялась, что кто-то из мужчин может вспылить, полезет в драку и случайно заденет кого-то из детей.

– Папа мне вон ту обезьянку подарит, а ты уйдешь ни с чем! Ха-ха-ха, ха-ха-ха, – дразнится Амина, показывая Гордею язык, и я слегка дергаю ее на себя.

– Амина, так нельзя.

– А ты сама обезьяна! – отвечает ей в том же духе мальчик, и я едва не ахаю.

– Гордей, так тоже нельзя. Немедленно оба извинились друг перед другом!

Мой голос звучит строго, но они не слушаются. Насупились и поджали губы, словно взрослые. В этот момент первым стреляет Саид, четко попадая по мишени, затем победным взглядом смотрит на Макара, мол, выкуси, доходяга.

– Папочка, давай! – кричит Амина, даже подпрыгивает, но я не отпускаю ее руку. Мало ли, еще вырвется и подбежит к отцу. Лучше к нему сейчас не приближаться.

Гордей же в момент выстрела Макара весь собирается и сжимается, как пружина, а затем ликующе кричит следом, когда и его пуля попадает по мишени.

– Еще посмотрим, кто уйдет с игрушкой! Бе-бе-бе.

Я едва не закатываю глаза, чувствуя, что сегодняшний день закончится дикой усталостью.

– Так, дети, вы либо извинитесь друг перед другом, либо я вас сейчас отсюда уведу, и никто из вас никакой игрушки не получит.

Я не знаю, как совладать с ними обоими, так как раньше мне не приходилось разнимать детей. К двоюродным братьям Амины меня никогда не подпускала свекровь, устраивая скандал прежде, чем я могла хотя