Секретная невеста - Катарина Маура

Диона. И мы никогда не задавались вопросом, почему. Но если Сиерра узнает, что он раз в месяц играет с нами в покер…

Он запрокидывает голову и стонет, прежде чем раздается звонок в дверь.

— Чертов Ксавьер. Да чтоб его. — Он оглядывает меня с головы до ног, на его лице читается сожаление. — Надо было сразу понять, что, если я попытаюсь сбежать, кто-то из них придет за мной.

Я не сдерживаю улыбку и приподнимаюсь на цыпочки, целуя его в щеку.

Лекс тяжело вздыхает и с раздражением распахивает дверь.

— Беги, — бросает он высокому, смутно знакомому мужчине. — Сиерра будет здесь через минуту.

Глаза незнакомца расширяются. Он даже не требует объяснений — просто хватает Лекса за руку и утаскивает его прочь.

— Простите за это, — на ходу бросает он мне. — Обещаю представиться как следует в следующий раз! Спокойной ночи, миссис Виндзор!

Я лишь киваю, провожая их взглядом, пока они не скрываются за углом — всего за несколько секунд до того, как к дому подкатывает машина Сиерры.

Ее глаза расширяются, когда она замечает меня в дверях, а затем губы расплываются в такой милой улыбке, что мне становится совсем непонятно, почему одно только упоминание о ней заставило Ксавьера удрать без оглядки. Она всегда была со мной исключительно добра.

— Привет, Райя, — говорит она ласково, с робкой улыбкой и румянцем на щеках. Она заправляет волосы за уши, чуть нервно улыбается. — Надеюсь, ты не против, что я вот так без предупреждения?

Я качаю головой, все еще немного ошеломленная, и в ответ улыбаюсь:

— Совсем нет. Очень рада тебя видеть, — говорю я, отступая в сторону. — Хочешь зайти?

Она качает головой, теребя пальцы:

— На самом деле, я пришла пригласить тебя на нашу ежемесячную девичью вечеринку. Мы называем ее «анти-покерной ночью», потому что… ну, все началось с того, что я поняла — мои пятеро старших братьев регулярно собираются играть в покер, и меня туда никогда не зовут. Хочу, чтобы ты к нам присоединилась.

Я радостно улыбаюсь. Мне давно хотелось получше узнать других девушек из семьи Виндзор, но, раз уж нас освободили от семейных обязанностей, времени на это просто не было. Единственная, с кем я общаюсь регулярно — это Рейвен.

— Я бы с удовольствием, если вы не против, конечно.

Она облегченно выдыхает, все лицо у нее светится:

— О, как я рада, — говорит она, берет меня за руку и сжимает пальцы. Пока я надеваю обувь и хватаю сумочку, Сиерра рассказывает, чего ждать от «анти-покерной ночи», и уже через десять минут мы подъезжаем к ее дому. У входа выстроились несколько суперкаров из автопарка Windsor Motors.

Когда я слышу веселый смех из ее гостиной, в животе холодеет. Нервы накатывают волной — будто я незваная гостья. Но тут встает Рейвен, обнимает меня крепко:

— Вот ты где, наконец-то! — говорит она. — Бабушка запретила нам на тебя наваливаться в первые месяцы после свадьбы, так что мы буквально считали дни, когда уже сможем наконец нормально пообщаться. Не терпится послушать, как ты трепала нервы «The Herald» — это просто великолепно. Только благодаря тебе их жалкие статьи стало хоть как-то интересно читать.

Валентина улыбается и поднимает бутылку с алкоголем — без этикеток, загадочную. А Селеста протягивает мне стопку, на которой выгравировано Raya Windsor. Фэй, тем временем, ухмыляется до ушей и вытаскивает фотоальбом.

— Райя, — хихикает она, — я с ума сходила, как хотела показать тебе эти фото Лекса в детстве. Дион нашел их для меня.

— Но сначала, — вмешивается Сиерра, — шоты.

Я распахиваю глаза, но не решаюсь признаться, что терпеть не могу шоты. Лица моих новых сестер по браку сияют такой неподдельной радостью, что отказать им — просто грех. Через четыре шота я уже не помню, за что их так ненавидела.

Фэй довольно усмехается и сдвигает фото по столу ближе ко мне. Я поднимаю его — и взрываюсь смехом вместе с ней. Лексу тут лет восемь, не больше. Он сидит спокойно, пока Сиерра с серьезным выражением лица наносит на него макияж. Валентина передает другое фото — там Лекс стоит между Лукой и Сиеррой, все трое в одинаковых розовых платьях, с клоунским макияжем и счастливыми улыбками.

— Он всегда был таким терпеливым и добрым, — говорит Сиерра. — В детстве он позволял мне все, о чем я его просила. Всегда находил для меня время, не задавая лишних вопросов.

Она напрягается, когда переворачивает страницу альбома. Я едва успеваю уловить кадр — Лекс обнимает блондинку, смотрит на нее с такой мягкой, светлой улыбкой, какой я на его лице еще не видела. Расслабленный. Влюбленный. Сиерра резко захлопывает альбом, криво улыбается и украдкой смотрит на меня — надеется, что я ничего не заметила.

— Кто она? — спрашиваю, не в силах сдержаться. Лекс уверял, что никогда не знакомил семью ни с одной женщиной. Тогда кто же это? Фото явно снято в общежитии. В животе неприятно тянет.

— Тебе о ней не стоит беспокоиться, — успокаивает Валентина, но ее лицо такое же напряженное, как у Сиерры.

Рейвен обнимает меня за плечи и притягивает ближе:

— Главное, что он женился именно на тебе, — шепчет она.

Но она знает — как и я — что по своей воле он бы этого не сделал. Селеста и Фэй переглядываются — им тоже интересно, кто эта девушка, но никто не задает вопросов. Тишина обволакивает комнату.

Мы с Лексом стараемся выжать максимум из того, во что нас втянули. Он действительно старается быть хорошим мужем. Но он ни разу не смотрел на меня так, как на нее — на ту, на фото. И, подозреваю, никогда не посмотрит.

— О! А вот что пришло сегодня! — вскрикивает Сиерра, с наигранным энтузиазмом. Она вскакивает и идет к шкафчику в углу. — Совсем забыла вам рассказать!

Когда она открывает коробку, я ошарашенно таращу глаза. Внутри — длинные шипы. Ее глаза озорно сверкают.

— О, Господи, — шепчет Селеста.

Фэй уставилась на Сиерру, не веря своим глазам. А Вэл и Рейвен синхронно вздыхают.

— Я нахрен приклею их суперклеем прямо на подъездной дорожке Ксавьера, — заявляет Сиерра, ее голос отточен как лезвие. — Я не могу поверить, что этот ублюдок купил тот парк аттракционов, за который я грызлась