Дорога беглецов - Девни Перри

красивее. — Я никогда не оставалась рядом, чтобы смотреть, как все разваливается на части. Я не знаю, хватит ли у меня сил это вынести.

— Я никуда не уйду, дорогая. Если ты останешься, у нас все получится. Запомни мои слова.

— Откуда ты знаешь?

Я взял ее руку и приложил к своему сердцу, а затем накрыл своей.

— Я чувствую это. Глубоко внутри.

Лондин была не в том месте, чтобы услышать заветные три слова, пока нет. Черт, я не был готов их произнести. Но спешить было некуда. У нас было время.

Потому что она оставалась.

Я прильнул к ее губам в поцелуе, касаясь своим языком ее губ, чтобы ощутить вкус, которого буду жаждать всю оставшуюся жизнь. Это был большой риск с ее стороны, и я сделаю все, чтобы она никогда об этом не пожалела. Никогда не сомневалась в том, чтобы остаться в Саммерсе.

Я прервал поцелуй и прижался лбом к ее лбу.

— Это лучшее завершение дня, чем я ожидал.

— Ага. За исключением того психа, который столкнул меня с дороги.

Я пробормотал проклятие.

— Давай вернемся домой.

Она кивнула и позволила мне помочь ей забраться в грузовик.

— Не хочешь проехаться со мной до гаража? — спросил я, выезжая на дорогу. — Или посидеть с Мэгги в мотеле? В любом случае, мне все равно, я просто не хочу, чтобы ты оставалась одна.

— Я бы хотела остаться с тобой. — Она вздрогнула и потянулась ко мне за рукой. Страх, который она скрывала, просачивался сквозь ее внешнее спокойствие.

— Это зашло слишком далеко. Вандализм — это одно, но ты могла пострадать.

— Кто мог так поступить со мной? — прошептала она. — Я никого не знаю в Саммерсе.

— Я не думаю, что это из-за тебя. Это должно быть из-за меня.

— Ну, это не Мойра. Итак, какие еще враги у тебя есть в городе?

— Черт меня побери, если я знаю. — До сегодняшнего дня я бы сказал, что меня все любили. Я ладил с большинством людей в городе. Всю мою семью тоже любили. Не могу вспомнить, когда в последний раз у меня в гараже был недовольный клиент.

Нам не потребовалось много времени, чтобы добраться до гаража, но разгрузка машины заняла некоторое время. Когда она была поставлена в обычное место, мы оба обошли «Кадиллак», осматривая все повреждения. Это было не ужасно, но и не быстро.

— Мак сможет отправить своих детей в колледж на все деньги, которые он заработает за починку этого «Кадиллака».

Лондин рассмеялась, прижимаясь ко мне.

— Еще только семь часов, но я уже готова лечь спать.

— Сначала ужин. Что бы ты хотела?

— Пиццу.

— Пицца так пицца. — Я кивнул. — Я позвоню Уайатту и попрошу его принести что-нибудь для нас.

— Он сегодня не у Мойры?

— Да, но, если я скажу ему, что ты остаешься на неопределенный срок, он принесет очень большую пиццу с огромным количеством мяса.

Она улыбнулась мне.

— С овощами.

— С овощами.

— Она выглядит так печально. — Она окинула взглядом машину, царапины и вмятины. В автомастерской на ремонт этого раритета уйдет значительно больше времени. Возможно, даже потребуются новые детали.

— Я все исправлю, — поклялся я. — Тогда… — Я так привык говорить, что она уедет.

— Тогда я буду ездить на ней в Саммерсе.

— Как насчет того, чтобы вернуть ее Карсону? Как насчет того, чтобы отвезти ее в Калифорнию?

Она пожала плечами.

— Когда-нибудь я бы хотела разыскать его. Я бы хотела подарить ему эту машину, но пока оставлю ее у себя на некоторое время. И, может быть, когда придет время, ты поедешь со мной.

— Я бы этого хотел.

— Мы могли бы подождать, пока Уайатт не поступит в колледж. Или выберем время, когда тебя не будет в гараже и, возможно, мое желание действительно сбудется.

— Ты уверена? — Я положил руки ей на плечи. — Ты подождешь? Ты останешься в Саммерсе до тех пор?

— Я остаюсь. Ты поедешь со мной в Калифорнию?

— Да. — Без сомнения. Лондин будет трудно путешествовать по стране без меня. — Это слишком дальновидное решение для женщины, которая просто хотела поездить по Америке.

Лондин рассмеялась.

— Я хочу поездить, но не в одиночестве.

— У меня шестнадцать лет не было нормального отпуска. Думаю, я запоздал.

— Сначала в Калифорнию. А потом куда?

Я глубоко вздохнул.

— Мы действительно об этом говорим? Ты и я?

— Я чувствую это. — На этот раз она приложила руку к своему сердцу. — Глубоко внутри.

— Тогда сначала в Калифорнию. А потом мы решим, куда двигаться дальше.

Она бросилась в мои объятия, обвив руками мою талию. Я вдыхал ее запах, радуясь, что мне не придется искать его на простынях этой ночью, потому что она была здесь. Я мог обнимать ее. Прикасаться к ней.

Не отпускать ее.

Мы стояли так, держась друг за друга, пока у нее в животе не заурчало, и мы не разъединились.

— Давай вернемся домой. Поедим и на этом закончим.

Завтра у полиции, скорее всего, возникнет масса вопросов. Все, что меня волнует, — это чтобы они нашли человека, который это сделал.

Лондин высвободилась из-под меня и отошла в сторону, бросив еще один сокрушительный взгляд на свою машину.

Я тоже повернулся, чтобы еще раз осмотреть ее. Это был настоящий бардак. Краска была поцарапана. На нескольких панелях были вмятины. Зеркало со стороны пассажира едва держалось. Бампер был разболтан.

— Напомни, какого цвета был грузовик? — спросил я. Она назвала его помощнику шерифа, но я был так чертовски взбешен и напуган, что не вник в подробности.

— Синий.

— Какой синий?

Она пожала плечами.

— Не знаю. Яркий. Может быть, электрик (прим. ред.: электрик — цвет, определяемый как голубовато-синий или синий с серым отливом)?

Электрик.

— А что это был за грузовик? Ты помнишь какие-нибудь детали?

— Нет, не совсем. Я помню, что он был очень высокий. Когда он был рядом со мной, я не могла заглянуть внутрь.

Это был ярко-синий грузовик с подъемным механизмом.

Я не раз видел такой грузовик, припаркованный на моей подъездной дорожке.

— Что за черт? — Я встал, уперев руки в бока. Ни за что.

— Что? — Лондин подошла ко мне и уставилась в ту же точку, куда смотрел я. — На что я смотрю?

— Ты уверен, что он был ярко-синим?

— Да. — Она кивнула.

Я схватил ее за руку и направился к задней двери. Я нажал на кнопку, чтобы закрыть верхнюю дверь, и запер ее, как только мы оказались снаружи. Затем, не говоря ни слова, я посадил нас обоих в свой грузовик.

Мои мысли были заняты