В его нежных руках (СИ) - Юлианна

— Снимай все.

— Кемаль⁈

— Не бойся, я тебя не трону, просто хочу помочь. Ты явно не в состоянии сейчас вымыться.

— Я сама, — роняет она глухо, и он качает головой.

— Мы вроде женаты?

— Кемаль!

— Хорошо. Но тогда будешь смотреть, — он с улыбкой снимает трусы, а Динара краснеет, пряча глаза и отворачиваясь от него.

— С ума сошел⁈ — кричит она, стуча зубами.

— Мне нечего стесняться, я женат.

— Ненормальный.

Он быстро моется и выходит, оставляя ее одну. А когда переодевается, слышит, как она тихонько входит в комнату.

— Кемаль, я посмотрела вещи, моей пижамы нет.

— Ох, Дина, — смеется он. — Бери мою майку, она тебе будет в самый раз.

Она вновь скрывается в ванной, чтобы переодеться.

Кемаль уже лежит с закрытыми глазами, когда она возвращается и делает вид, что спит, но стоит ей лечь, как он нависает над ней.

— Сладких снов, жена! — говорит он и целует ее в губы.

46

46

Открыв глаза от жуткой боли, Динара поняла, что в голове такой гул, что еще чуть-чуть, и она разорвется. Убрав с лица нависшие волосы, она переворачивается и тут же застывает, понимая, что на ней лежит рука Кемаля. Судорожно сглотнув, она приподнимается и застывает от вида голой задницы мужа.

— Мамочки родные, — шепчет она, осторожно приподнимая одеяло и осматривая себя.

Голая. Абсолютно.

Она закрывает глаза, всхлипнув, и тут же зажав рот рукой. А потом вновь поднимает одеяло, чтобы убедиться, что это не сон и не пьяная фантазия.

— Как же это?

— Привет малышка, — сонно улыбается Кемаль, переворачиваясь на спину, и она видит его возбужденный член, тут же закрывая глаза. — Как спалось?

— Почему я голая?

— А ты что ничего не помнишь? — спрашивает он, улыбаясь, и она злится.

— Если бы я помнила, не спрашивала.

— Тебе вчера стало жарко, ты разделась и уснула так.

— А ты тогда почему голый?

— Ты заставила и меня раздеться, — улыбался он, подперев голову рукой и водя пальцем по ее плечу.

— И это все?

— А что еще?

— Ну, не знаю… может ты…мы…

— Занялись любовью в первую брачную ночь? — он явно забавлялся ее замешательством, пока она мечтала чем-то огреть его.

— Да или нет?

— Если я скажу да, это что-то изменит?

Она вскочила с постели и стала бить его подушкой.

— Негодяй! Ты что воспользовался моим состоянием? Ублюдок! — рычала она как кошка, хватая с тумбочки электронные часы и пытаясь замахнуться ими.

— Успокойся Дина, не было ничего! — повалив на кровать, рыкнул Кемаль, смотря на нее яростным взглядом. — Я уже сказал, меня не вставляют пьяные женщины!

Он слетел с нее, когда понял, что возбудился, чувствуя ее горячее тело под собой, и злился на себя, что поддался ей.

А еще соврал.

Он врубил вентиль на всю, и холодная вода заставила его вздрогнуть, но не отойти. Не о таком он мечтал с утра от любимой женщины. И уж точно не о том, что она забудет, как соблазнила его вчера.

Хотя это вряд ли можно было бы назвать соблазнением. Пьяная Динара то еще шоу. Но когда она скинула с себя майку, прижавшись к нему, он не смог устоять.

Да и кто бы смог?

Следы их страсти и любви он убрал, а еще помог Динаре принять душ, поэтому с утра она и не нашла ничего, что могло бы указать на секс.

— Можно?

Тихий голос Динары вывел его из задумчивости, и он быстро перевел на теплый режим, поворачиваясь к ней и видя, как она закалывает волосы.

Вид конечно, чертовски соблазнительный, но еще раз получить по яйцам он не планировал, тем более после ледяного душа, поэтому стиснув зубы, отвернулся.

— Спинку мне не потрешь?

Он, хмыкнув, повернулся к ней и понял, что ледяной душ не помог и член снова норовит оставить его без разрядки. Что-что, а уж в том, как обломать все веселье, Динара Айдарова, теперь уже Мурадова, знала лучше всех.

— Чтобы ты потом меня обвинила в том, что я воспользовался тобой? — спросил он, но взяв мочалку из ее рук, принялся водить по груди, смотря ей в глаза.

— Прости. Я просто испугалась и…была неправа, обвинив тебя.

Ее извинения были шоком для него, да и она сама видимо не ожидала, что будет извиняться, потому что глаза то и дело опускала, но видя его возбуждение, поднимала вверх.

— Значит мир? — улыбнулся он, касаясь рукой ее сосков и не сводя с нее внимательного взгляда.

Решившись на провокацию, Динара не думала, что первой же сдастся, чувствуя как ей приятно от того, что делает Кемаль. И все же не могла прервать это, желая почувствовать хоть немного ласки. Поэтому забрав из его рук мочалку, коснулась плеча, поняв, что он замер. Она подняла его руку и прошлась по ней, размазывая пену и ведя следом своей рукой, чтобы почувствовать трепет от мурашек.

Она еще никогда не трогала любимого мужчину вот так.

Горячего и до безумия желанного.

Замечая, как он смотрит на ее губы, она поддается порыву и прикасается к его губам, не в силах совладать со своими чувствами. Она слышит его стон и чувствует, как он в одно мгновение сжимает ее всю, подхватывая и прижимая к стене.

Поцелуи становятся глубже, сильнее и этого мало, она трется об него и он проводит рукой, а после толкается в нее. Она ждет резкую боль, но ее нет, лишь дискомфорт и удивление в глазах.

— Кемаль?

— Да, малышка? Сейчас, потерпи, — шепчет он ей в губы, толкаясь и покрывая поцелуями шею, плечи и грудь, покусывая соски и заставляя ее обнять его за плечи.

Они приходят к финишу одновременно, срываясь на громкие стоны и частые вздохи. Он покрывает ее всю поцелуями и осторожно осматривает, а затем снова намыливает и только после того, как провожает ее из душа, выдыхает, понимая, что придется признаться ей в том, что ночью у них все же был секс.

Он выходит из душа, и видит, что Динара сидит на постели в полотенце и ждет его.

— Ты мне соврал.

— Прости Дина, я просто не знал, как тебе это сказать. Ты набросилась на меня, а я…

— Что ты?

— А я не стал отталкивать, потому что люблю тебя, — бросил он и, подойдя к шкафу, стал одеваться. — Давай, смейся.

Он натянул штаны и майку, когда понял, что стоит тишина и обернулся, замечая, что Дина стоит почти белая.

— Повтори⁈

— Ты в порядке? — спросил он, подходя ближе. — Не волнуйся так, я больше не стану тебя трогать, утренний секс был…

— Потрясающим, — улыбнулась Динара и слезы заструились по лицу, пугая Кемаля.

Он хотел сказать ошибкой, чтобы успокоить ее, но услышав эти слова, застыл.

— Дина?

— Скажи еще раз, — просит она и он, взяв ее за руку, вдруг понял, что она вся ледяная.

— Что именно?

— То, что ты сказал мне, когда вышел из душа. Ты любишь меня?

— Да. В это так трудно поверить? — спросил он недоверчиво, ожидая подвоха, и она рассмеялась так громко и страшно, что он испугался, вдруг он ей сделал больно.

— Дина, тебе больно? Что случилось, говори⁉ — тряс он ее как куклу, пока она то плакала, то смеялась.

— Я люблю тебя, Кемаль. Так сильно люблю, — она шептала эти слова сквозь смех и слезы, и он не сразу поверил ей, а когда истерика прекратилась и она разревелась, он понял, что это правда.

— Малышка, ты что… ты тоже?

Она кивнула, не в силах сказать ни слова и он, обняв ее, усадил к себе на колени, пока Динара, жалась к нему. Он не соображал ничего от происходящего и крепко сжимал ее, чувствуя, что ему не хватает воздуха.

— Повтори еще раз?

— Я люблю тебя.

— О, Аллах, неужели ты сжалился надо мной? — шептал он, целуя ее в мокрые волосы. — Девочка моя, любимая! Как же я тебя люблю!

Он уложил ее на кровать и стал покрывать поцелуями нежную кожу, не пропуская ни сантиметра. Вчера было не до этого, страсть накрыла их обоих, но сейчас он не собирался упускать этот момент.

— Поцелуй меня, — просит она, и он тут же прижимается губами к ее губам, заглушая стон и, чувствуя, как она отдается ему без остатка.