Лилия (СИ) - Ирина Гутовская

столько дней — долгих, показавшихся целой вечностью, и мучительных. Терзаясь, с нетерпением ждала встречи с НИМ. Никаких нервов не хватит…

Ей нужно поговорить с Теймуром, а вот получится ли…

Без помощи, защиты и поддержки — не справится. Девушке и так кажется, будто вокруг неё медленно, но верно выстраивается глухая каменная стена или клетка с острыми прутьями, которая вот-вот захлопнется и навсегда отрежет от внешнего мира. Лишая свободы, выбора и превращая в бесправное существо с потухшим затравленный взглядом. Отчего губительное ощущение не покидает, словно падает вниз, на дно глубокой пропасти, откуда никогда не выбраться и не спастись…

И ненавистное торжество близится… Осознание чего ещё больше погружает Лилю в состояние гнилого отчаяния, грозящее перерасти в затяжную депрессию, если ничего не изменится. Хаджарат и её родителям тоже успел сообщить о свадьбе, и уже через неделю они приедут сюда.

Девушке вдвойне тошно от наставлений и заявлений матери: «повезло тебе, дочь, какой хороший человек сделал предложение, будешь как у Христа за пазухой, молодец, что согласилась» — рассуждала та по телефону (знала бы всю правду, то иначе запела бы). Поделиться своими переживаниями она ни с кем не может. Хотя, тот же отец честно выразил сомнения по поводу этого брака и огромной разницы в возрасте — он-то моложе «будущего зятя» на десять лет. Впрочем, всё равно ни слова против не сказал, не посоветовал сотни раз подумать, позволив ей решать самой.

«Нет, я не поддамся панике! Не время раскисать!» — Лиля приободрилась. И поспешила дальше.

Распахнув дверь кабинета, улыбка сошла с её лица…

Теймура тут не было.

«Неужели разминулись, и ОН уже ушёл? Или не приезжал вовсе? Почему тогда его аромат так навязчиво мерещится всюду…» — с нескрываемой грустью вздохнула она. Глаза увлажнились от слёз, когда в груди сдавило и защемило колкой болью… хотелось опуститься на колени и завыть…

— Не стой. Проходи, — Хаджарат Муратович пальцем показал на соседнее кресло, приглашая сесть рядом.

— Где Белла? — «где папа девочки интересует не меньше» — хотя о нём девушка не решилась спросить.

Тем более, что…

— Я уложил дочь спать, — прозвучало со спины, — малышка очень утомилась за сегодняшний день от переизбытка впечатлений. Пусть отдыхает.

Резко обернувшись назад, Лиля едва не упала — от волнения и неожиданности ноги подкосились, и она чуть не рухнула на пол. Но Теймур успел ухватить её за плечи, удерживая на месте и спасая от неминуемого падения.

— Привет… — тихо пролепетала, глядя ему в глаза и наслаждаясь простой близостью.

«А как вкусно пахнет от него, и такой красивый, аж дух захватывает» — прикрыв веки на секунду, девушка предприняла слабую попытку справиться с собой, взять эмоции под контроль — никак не получается… Его бешеная энергетика обволакивает подобно кокону, и сводит с ума.

— Привет, — он тоже смотрит на неё не менее жадным взглядом. — Новый образ? Тебе идёт, — мужчина убрал руки. Затем прошёл внутрь и уселся в кресло.

— Да, у моей будущей жены будет всё лучшее, — напомнил о себе Хаджарат, заметив, как они зависли, уставившись друг на друга.

«Значит, Теймур уже в курсе… и этот спектакль с моим преображением ему предназначался» — подытожила Лиля. Теперь ясно, куда пропал и по каким причинам не пожелал общаться. — «А как же обещания? Как же мы?» — она растеряна и поражена. Ей с трудом верится, что он мог так поступить. Глупая надежда всё ещё жива… и отравляет мысли словно ядом…

— Оставишь нас наедине? — сын обратился к отцу. Потом добавил: — Ненадолго. И приставать к твоей невесте я не буду.

— Ладно. Заодно сразу можете попрощаться. После свадьбы вы больше не увидитесь, — Хаджарат Муратович, на удивление, оказался сговорчив. Не задерживаясь, вышел из кабинета.

«Что происходит?!» — девушка раскрыла рот в немом вопросе.

Глава 38

— Присядешь? — предложил Теймур.

Лиля отрицательно помотала головой. И вообще не настроена на беседу, в данный момент больше всего хочет уйти отсюда. Она так сильно ждала его, так мечтала о встрече с ним, но, увидев, не просто огорчилась — то, что испытывает сейчас, близко к разочарованию. Осталось «добить» и исчезнуть из её жизни навсегда, как ни в чём не бывало, а ей потом собирать себя по кусочкам…

— Поговорим? — очередной вопрос. Интонация спокойная, ровная — с такой обычно расстаются, используя банальные заезженные фразы. Достаточно лишь добавить: «только давай без истерик, ты же не думала, что у нас с тобой всё всерьёз и надолго?».

Девушка неуверенно пожала плечами.

Есть ли смысл что-то выяснять теперь? Судя по всему, он уже сделал выводы — поспешные и в корне неправильные! После чего вынес свой «вердикт», решив за них двоих и с лёгкостью поверив отцу, который мог озвучить любую удобную ему информацию — по сути загнал их в ловушку. Неужели Теймур не замечает этого? Либо… Либо у него есть план, чему чётко продолжает следовать, причём очень натурально изображает равнодушие — не подкопаешься. А как разобраться, где правда? Хоть бы подал какой-нибудь знак. Тем более они находятся наедине, без ненужных свидетелей.

«Как же больно… невыносимо…» — Лиля приложила ладонь к груди в область сердца, где нестерпимо жжёт, колет, ноет и тянет, разрывая на части, словно ломает изнутри до противного хруста костей или как если бы заживо сдирали кожу. А попытки унять мерзкое ощущение, справиться с собой, подавить эмоции и рвущиеся слёзы — причиняют ещё больше боли.

— Грустишь… На счастливую невесту ты не похожа, — зачем-то прокомментировал Теймур. Поиздеваться напоследок? — Иль не рада замужеству?

«Сдохнуть хочется» — мысленно ответила девушка, а вслух сказала другое:

— У тебя всё? Я могу идти? — дрожащим голосом спросила, и вот-вот расплачется. Но доставить удовольствие наблюдать, как ей плохо, как убивается из-за него, непозволительная роскошь в этой ситуации. Лучше будет мучиться, чем признается, насколько она раздавлена и уничтожена его поступком.

— Не торопись, — он криво усмехнулся. — Спасибо за прощальный подарок, я оценил, — с нескрываемым сарказмом произнёс.

Сам же не отрывает плотоядного взгляда от неё. Да, со стороны может показаться, будто Теймуру всё равно, хотя, по факту совсем не так — безразличие напускное, и только ему известно — каких неимоверных усилий стоил весь этот «спектакль». С трудом терпит и сдерживается.

Специально всё это устроил. Ведь наверняка отец подслушивает за дверью. А было непросто напроситься приехать вместе с ним домой, как и убедить его в необходимости встретиться с Лилей и расстаться с ней по-человечески, чтобы не надеялась, не ждала и не страдала. Иными словами