Мой сводный кошмар (СИ) - Анастасия Воронцова

может он все еще проводит время с той блондинкой? Думает ли он обо мне хоть немного? Переживает ли? Ищет ли меня? Или все его мысли занимает она?

Я не знала ответа на эти вопросы, и не была уверена в том, что хочу знать. Возможно некоторым вопросам лучше навсегда остаться без ответа.

В какой-то момент тишину нарушают чьи-то шаги и голоса, и я подрываюсь с места, оглядываясь по сторонам.

Там кто-то есть! Кто-то, у кого я могу спросить дорогу!

Увы, в тот момент у меня даже мысли не возникло о том, что там может быть кто-то опасный. Все, что меня волновало, это то, что мне наконец-то попался кто-то, опасный. Например компания нетрезвых бугаев.

— Оп-па! — сказал один из них, останавливаясь, когда они увидели меня, — Какая красотка и без охраны! Заблудилась, куколка?

Да, заблудилась, но пожалуй лучше буду и дальше бродить одна, чем в такой компании.

Разумеется, вслух я этого не произношу. Не дура, и понимаю что таких лучше не злить, поэтому выдавливаю из себя доброжелательную улыбку и отвечаю:

— Да нет, просто прогуливаюсь, не беспокойтесь.

Я сохраняю внешнее спокойствие, но на самом деле мне страшно от того, что кругом никого, кроме меня и этих бугаев, и того, что они могут сделать.

Конечно, в случае чего я могу позвать на помощь, но не уверена, что меня здесь кто-нибудь услышит. И, даже если услышит, не факт что захочет помочь.

Проклятье, лишь бы отвязались!

Я пытаюсь обойти их, но один из них, тот самый, что первый обратился ко мне, в красной шапке и белой майке-алкоголичке, хватает меня за руку и одергивает на себя.

— Ну же, красотка, мы же еще даже не познакомились. Куда спешить? — он дышит на меня перегаром, заставляя упереться руками в его торс, и его друзья начинают громко ржать.

— Домой? — робко предполагаю я. Мой голос дрожит, да и я сама, кажется, тоже. От страха сердце колотится так, что грозит пробить ребра, а взгляд лихорадочно мечется по сторонам в поисках помощи. Вот только на улице по прежнему больше никого нет.

— Ну так мы проводим, — с намеком говорит он, приобнимая меня, — Правда, парни?

Ага, знаю я, как такие провожают. Повезет, если меня потом вообще найдут.

Смех повторяется, и на мои тщетные попытки вырваться из захвата никто не обращает внимания. Да и что толку с этого? В это придурке и в каждом из его друзей по два метра роста примерно, в то время как во мне всего метр с кепкой.

— Правда, не нужно! Я сама дойду!

Не то, чтобы я очень верила в то, что это сработает, но не попытаться было бы глупо.

— Нет-нет, на улицах в это время одной может быть опасно, — отвечает он, а я мысленно усмехаюсь.

Ага, уже знаю, можно таких как вы встретить.

Проклятье! Неужели в это время все нормальные люди уже спят? Хоть кто-нибудь!

И вот, когда я уже почти готова расплакаться, я слышу чьи-то спешные шаги, а затем вижу Кирилла и Алекса, бегущих в мою сторону, и едва сдерживаю радостный вскрик.

— Злата!

Они все-таки искали меня! Он искал!

— Они меня проводят, — отвечаю я бугаю чуть увереннее, и он наконец отпускает меня. Я до последнего опасаюсь того, что бугаи решат устроить драку, но, к счастью, не смотря на уровень алкоголя в крови, они сохранили в себе достаточно здравого смысла, чтобы молча развернуться и уйти.

Шагнув в сторону Кирилла, я останавливаюсь, и он сжимает меня в объятиях. От близости с ним мне мигом становится тепло, и я ненадолго забываю о том, что заставило меня сбежать, позволяю себе стоять и греться в его объятиях до тех пор, пока не перестаю дрожать. Все это время он гладит меня по голове и шепчет что-то успокаивающее, а затем спрашивает:

— Как ты вообще здесь оказалась? Почему ушла без телефона? Мы весь отель и все плилегающие улицы оббегали, чуть с ума не сошли!

Я мягко отстраняюсь от него и отвожу взгляд, прячу его в тени.

— Прости. Я видела тебя с той девушкой. Блондинкой.

На секунду Кирилл замирает, а затем в его глазах проскальзывает понимание. Какое-то время он молчит, а потом спрашивает:

— И ты решила, что я тебе изменяю?

Сглотнув, я закусываю губу. Зачем говорить, если все и так понятно?

Я чувствую, что готова вот-вот опять расплакаться, но ничего не могу с этим поделать. Кирилл тяжело вздыхает и поворачивается к Алексу:

— Уже все хорошо, возвращайся к Лине и скажи, что мы ее нашли. Мы скоро вернемся.

Парень молча кивает, а затем уходит, засунув руки в карманы, и мы с Кириллом остаемся одни. Он стоит напротив меня, а потом касается моей щеки, вынуждая посмотреть на него.

— Посмотри на меня, Злата. Я бы никогда, слышишь? Никогда так с тобой не поступил. Она — мой друг, ее зовут Ната. Это она помогла нам с Алексом купить эти путевки, и вот это.

Говоря это, Кирилл вынимает из кармана что-то маленькое и квадратное, что я никак не могу рассмотреть в темноте, пока он не подсвечивает это телефоном. Только тогда я вижу, что на его руке лежит красная бархатная коробочка. И, когда он открывает ее, я вижу кольцо из белого золота с бриллиантом, и забываю как дышать.

Мое сердце, которое только-только успокоилось, вновь забилось пугающе быстро.

Неужели это то, о чем я думаю?

Нет, этого не может быть!

Хотя, вспоминая намеки тети Алины…

— Кирилл… — тихо говорю я, и на его губах появляется улыбка. Он качает головой, а затем опускается на одно колено:

— Честное слово, не так я планировал это сделать… Злата, ты выйдешь за меня?

Несколько секунд я молчу, и Кирилл явно начинает волноваться, и все же он терпеливо ждет моего ответа, и тогда я обнимаю его за шею и нежно целую. Целую так, будто в последний раз, зарываюсь руками в его короткие мягкие волосы, и вкладываю в этот поцелуй все свои чувства.

Несколько минут мы так и стоим, не в силах оторваться друг от друга, и, когда наконец отрываемся, то соприкасаемся лбами, тяжело дыша. Мы оба улыбаемся.

— Я могу считать это за положительный ответ? — спрашивает Кирилл.

— А ты как думаешь? — спрашиваю я вместо ответа, и он смеется:

— Думаю я еще не распробовал.

А затем его губы снова накрывают мои, и я теряю голову, растворяясь в поцелуе, таком нежном и страстном одновременно.

Не знаю когда именно