Татьяна Губина - Награда Бога

— Лед тронулся! — торжествующе выкрикнула Катя. — Я ж знала, что глубоко это все не ушло. Слишком крепкая девчонка. Только, Нат, — она предупреждающе выставила ладонь перед собой, — я ничего тебе рассказывать не буду. Захочет — сама скажет.

— Да, конечно, я понимаю. Ты только просвети — это ОН?

Катя кивнула головой. Натка тут же вытащила сотовый телефон и набрала длинный номер:

— Оперуполномоченного майора Захарова! — гаркнула Натка. Подождав минуту, она поздоровалась с майором и затем отчеканила: — Девочку изнасиловал муж ее старшей сестры Радов Вадим Иванович... Да... Минутку. — Натка повернулась к Кате: — Он говорит, что она должна подписать заявление. Она готова или нет? — Катя вновь кивнула. — Да!.. Хорошо... Счастливо.

Она выключила трубку и сказала:

— Они объявят его в розыск. Но слишком много времени уже прошло.

— Это уже неважно, Нат. — Катя вытащила из пачки Натки сигарету. — Главное, что теперь можно Марусю привести в полный порядок. Как Лера?

Натка махнула рукой.

— Так же. Ладно, я побегу к Марусе. И... — она порывисто обняла Катю, — спасибо тебе, доктор Катя. Если бы не ты...

— Ой, ладно, Нат, это моя работа, — отмахнулась Катя. — Иди, она, наверное, тебя ждет.

Натка осторожно открыла дверь палаты. Маруся лежала на спине и спала. Натка присела около нее, тревожно всматриваясь в родное лицо. Синяки уже сошли, только след от глубокой царапины еще розовел на шее. Маруся порывисто вздохнула и открыла глаза.

— Привет, — сказала она и улыбнулась. — Вы давно тут сидите?

— Да нет, малыш, только пришла.

— А я думала, вы раньше придете. — Маруся села на кровати. — Тетя Нат, а я скоро могу домой поехать? Мне тут так тоскливо, и по Анюте с Соней соскучилась, и по бабушке. Кстати, — руки беспокойно забегали на коленях, — она... в порядке?

— Железная Фая всегда в порядке, — улыбнулась Натка. — А выписать я тебя могу только через неделю. Но если хочешь, я тебя переведу в общую палату. Там повеселее будет.

— Хочу, — улыбнулась Маруся.

— Ну, вот и славно. А бабушке я скажу, чтобы завтра пришла. А то я ее не пускала, чтобы не расстраивалась. Ты же все молчала-молчала.

Маруся прикрыла глаза, и Натка мысленно обругала себя. Ну что за дура! Зачем напомнила? Но Маруся тут же открыла глаза и спокойно спросила:

— Тетя Ната, как Лера?

— С ней все будет хорошо, не сомневайся, — торопливо ответила Натка. — Полечат месяцок — и будет как новенькая.

— Я так испугалась, когда она волосы себе стричь начала, — вздохнула Маруся. — Ужас! Но вам, наверное, доктор Катя все рассказала.

— Да нет, Манька, она настоящий врач и даже подруге ничего не скажет. И ты не говори, не надо.

Маруся внимательно посмотрела на Натку.

— Но, возможно, мой рассказ поможет Лере. Ведь ее врачи тоже должны знать, с чего она стала такой.

— В логике тебе не откажешь, — усмехнулась Натка. — Но это не обязательно делать сейчас. — Натка помолчала. — Мань, завтра придут милиционеры, и ты должна...

— Я знаю, — перебила ее Маруся. — Я расскажу, что помню. Доктор Катя сказала, что многое я могу и не вспомнить. Мозг какие-то там блоки ставит. Но основное... — Слезы вдруг как-то мгновенно полились из ее больших глаз.

— Так, все, аут. — Натка подняла руки. — Все скажешь завтра. В моем присутствии, и доктор Катя, конечно, тоже будет. А сейчас я тебе расскажу, какой фурор произвела твоя бабуся среди своих однокурсников.

И Натка стала витиевато врать, придумывая на ходу сказку о встрече студенческих друзей Фаины. Маруся внимательно слушала, под конец даже засмеялась. Натка болтала бы еще вечность, но через некоторое время вошла медсестра, сделала укол девочке и вежливо стала выпроваживать Натку.

— Нет, ну представляешь, что у нас за сестры? — деланно возмущалась Натка. — Родного доктора из палаты выгоняют!

— Вам, Наталья Эдуардовна, уже давно пора домой. А Маруське спать, — не поддалась на провокацию медсестра.

— Ладно, посижу, пока она не заснет, и уеду, так и быть, — смеясь, ответила Натка.

— Только свет не выключайте, — попросила Маруся, сонно хлопая глазами.

Она взяла Натку за руку и так и заснула, не выпуская ее пальцев. Натка просидела еще час, боясь пошевелиться. Она смотрела на девочку и тихо плакала. Отчего-то вид безмятежно спящей Маруси напомнил ей Леру.

За что, за что? В ней все кричало. Что за напасть на эту семью? Начиная с развода родителей, бедную Лерку втянуло в какой-то адский круговорот! То она детей отца вытаскивает, то самого папашу, то беременеет черт знает от кого, то дочь заболевает. Вроде встретила человека, поженились, Сонечку вылечили, не успела вздохнуть — теперь вот это! И девчонку не уберегла, и сама в психушке неизвестно насколько. Как же жалко! Что же теперь делать?

— Наталья Эдуардовна, — теплая рука медсестры легла на плечо, — езжайте домой, я посижу с ней.

Натка кивнула головой и осторожно вытащила руку. Маруся заворочалась и перевернулась на другой бок. Натка прошла в ординаторскую и переоделась. Выключая настольную лампу на своем столе, она заметила записку: «Приедешь домой — позвони. Я нашла клинику для твоей подруги. Катя».

— Три тысячи баксов в неделю? — ужаснулась Натка.

— Зато результат почти гарантирован, — парировала Катя.

Приехав домой, Натка дозвонилась до подруги. Дело в том, что параллельно с лечением Маруси Натка стала тут же искать клинику для Леры, поскольку, приехав в психлечебницу к подруге, Натка поняла, что если что-то не предпринять, Лера закончит свои дни тут. Для начала она послала в Белые Столбы Катю. Та подошла к вопросу основательно и отправилась туда со своим коллегой. Так вот означенный психотерапевт пообещал, что сделает все возможное, но организует лечение Леры в одной закрытой и очень хорошей клинике. Женщина не безнадежна и вполне подлежит лечению. Но для этого нужны условия, квалифицированные врачи, конечно, масса препаратов и как следствие — немалые деньги. Очень немалые.

— Кать, это нереально. — У Натки перехватило горло.

— Нереально — шесть тысяч, — жестко сказала Катя. — Но для меня сделали скидку. Лучше этого ничего не найдем. Кстати, хуже — тоже. Так что, думай, где достать деньги. Лечение рассчитано на три месяца. Считать ты умеешь. Ответ — завтра. Все. — И Катя отключилась.

Натка не обижалась. Она знала, что Катя сама расстроена. Когда приятельница так разговаривала, это означало крайнюю степень ее возмущения. И бессилия. Что же делать? К кому обратиться, с кем посоветоваться?

Трель дверного звонка заставила вздрогнуть Натку. Она автоматически взглянула на часы. Начало второго. Кто это мог быть? Мама звонила на работу, сказала, что приедет только в конце недели.