Лжец - Екатерина Орлова

щеку. – Но нет. Я уже разговаривал с его отцом и тот сказал, что я и Лоуренс убедили его в правильности принятого решения, тем более, что он уже собрался на пенсию. Думаю, он знает о проблеме своего сына с наркотиками и боится доверить ему компанию, как и чужому человеку, так что решил извлечь максимальную выгоду из того, что дает ему твой отец. Мы просто оказались в нужном месте в нужное время, а твой отец это самое время очень правильно просчитал. Меня даже посещала мысль не он ли присадил Лоуренса на наркотики, чтобы добиться подписания контракта. – рассмеялся Мун.Я рассмеялась вместе с ним.– Да, это был бы пик папиной расчетливости. Постой, а когда ты успел повидаться с отцом Лоуренса?– В Дублине. Он приезжал подписать передачу прав, я ездил туда после того, как ты улетела. Это было запланировано, но ты во встрече участия не приняла.– Ты все просчитал.– Все, кроме того, что случилось с тобой, а потом между тобой и мной. – он тяжело вздохнул. – Я думал, что разорву Лоуренса своими руками, меня остановили служащие отеля. Мне хотелось разрезать его на мелкие кусочки и захоронить их в разных местах.Джордж сильнее сжал меня в объятиях, а я уткнулась ему в шею, глубоко вздыхая пьянящий запах своего мужчины. Своего? Снова это чувство неопределенности, я не знала кто мы друг для друга.– Джордж? – вкрадчиво спросила я.– Да, Роуз?– У меня еще есть вопросы. Но я задам тебе только один сегодня.– Давай, детка.– Кто мы друг для друга? – прошептала я.Джордж отклонился назад, глядя мне в глаза. Он положил теплую ладонь мне на щеку, нежно поглаживая большим пальцем нижнюю губу.– Ты моя, а я – твой, – ответил он, слегка улыбаясь, но взгляд был абсолютно серьезным. – Так будет понятно?– Да, – с придыханием ответила, стараясь не обращать внимания на искры, то тут то там трещащие на моем теле.– Поехали домой, красавица. Я накатался. Хочу тебя голую в своей постели, у нас не так много времени до завтра.Он снова нежно поцеловал меня, на этот раз легонько проведя языком по моим губам, вырывая из меня полустон–полувздох.

***

– Ты уже голодна, моя любимая обжора? – спросил Джордж, играя прядью моих волос.Мы лежали голые, мокрые от пота и удовлетворенные после двух заходов занятия сексом. Джордж лежал на спине, моя голова покоилась на его груди, левая нога и рука переплелись с его конечностями. Одной рукой он нежно поглаживал мою спину, а второй игрался с волосами.– Не-а. Хочу только сладкого.– Роуз, дай мне передохнуть, – хихикнул Джордж.Я шлепнула его легонько и положила подбородок на свою руку так, чтобы, лежа на его груди, видеть лицо прекрасного мужчины.– Очень смешно, Мун. Я после таких выходных ходить вряд ли смогу, – улыбнулась я, а он горделиво выпятил грудь.– Теперь ты знаешь, что значит связаться с Джорджем Муном.– Скажи, ты всегда так неутомим в постели.Он усмехнулся.– Нет. Но ты заставила меня слишком долго ждать удовлетворения. Так что это компенсация.На тумбочке зажужжал его телефон. Джордж повернул его экраном к себе и нахмурился. Он мягко отодвинул меня от себя и сел на кровати, отвечая на звонок.– Привет, пап, – голос Джорджа был немного приглушенным и каким-то скованным. – Я не могу сейчас говорить. – Он обернулся и бросил на меня короткий взгляд. – Я не сам. – Пауза. – Это не очень хорошая идея.Джордж немного послушал, потом запустил руку в волосы и встал, направляясь в ванную и прикрыл за собой дверь, но мне было слышно все, что он говорил.– Пап, я… не знаю, мне все это не нравится. – снова тишина. – Да, – сдавленный шепот. – Папа, она… да, хорошо, я понял.

Он шумно вздохнул, попрощался и вышел из ванной. В его взгляде была боль и растерянность. Он смотрел на меня с таким сожалением, что я не знала, куда себя деть. Мне хотелось прикрыться, что я и сделала, натянув простынь до подбородка. Я смотрела на Муна во все глаза и пыталась разгадать этот страх и сожаление в его взгляде. Мне нужно было знать или хотя бы услышать его мысли. Когда я видела его таким, мое сердце сжималось и покалывало, как будто мне нанесли непоправимый ущерб, с которым я не в силах справиться. Или нанесут…– Джордж? – вкрадчиво спросила я, а в голове была только одна мысль: «Пожалуйста, не проси меня уходить, только не начинай сожалеть о нас!»Почему-то именно это я читала в его взгляде, он как бы говорил: «Роуз, мне так жаль», но о чем он жалел? Джордж не отозвался, он просто молча смотрел на меня, сжимая челюсти. Знакомое чувство паники и одиночества начало заполнять мои вены. Я сразу вспомнила, почему я так долго не называла его по имени. Именно этого момента я боялась, вот такого взгляда, вот этой его напряженной позы, крепко сжатых челюстей и руки, сжимающей его волосы. Мы так мало пробыли вместе, всего ничего. А я уже так сильно к нему привязалась. Мне казалось, что я даже стала немного зависима от Джорджа.– Джордж, что случилось? – снова спросила я, не в состоянии больше переносить тишину.Он моргнул пару раз, снова громко вздохнул и его взгляд сфокусировался на мне, как будто до этого не видел. Он потеплел и заметно расслабился, хотя еще не до конца, но это позволило расслабиться и мне. Я опустила плечи и голова безвольно упала на грудь, судорожно вздохнула и почувствовала пальцы, приподнимающие мне подбородок.– Эй, – позвал Мун. – Ты чего?Это наваждение длилось каких-то несколько секунд, но у меня было такое ощущение, что он стоял и долгие десятки минут смотрел на меня с сожалением.Я всхлипнула от облегчения. Нет, слез не было, я выплакала все с Сетом. Но всхлип получился громким.– Детка, – прошептал Джордж, садясь и перетягивая меня к себе на колени. – Иди ко мне. Поговори со мной, не молчи.– Когда ты вышел из ванной, ты был такой чужой, ты смотрел на меня, словно сожалеешь о нас, – дрожащим голосом произнесла я.– Роуз, – он сжал меня крепче в своих объятиях. – Так хорошо, как с тобой, мне еще никогда и ни с кем не было. Я ни в коем случае не испытываю сожаления.Он поцеловал меня в макушку.– Это звонил твой отец?Он напрягся.– Да.– У тебя