Во власти Шамиля (СИ) - Молли Анетта

Сжимаю мою змею ещё крепче в объятиях. Затем беру за подбородок, вытираю слёзы и смотрю в глаза.

— От разговора ещё никто не умирал. Мы будем ждать и надеяться на лучшее. Поняла?

Камилла закусывает губу и кивает. Снова обнимаю её. Она продолжает мочить слезами мою рубашку. Глажу Ками по голове.

— Мама не умрёт. Мама не может снова бросить меня…

Больно смотреть на страдания Камиллы. Сердце сжимается от каждого всхлипа. Хочу защитить, спрятать, уберечь. Сложно от того, что в данной ситуации я бессилен. Нужно верить. Верить в то, что Лера ещё не один десяток лет будет раздражать меня своим видом. На этом всё.

Постепенно Ками успокаивается. Поднимает голову и смотрит на меня.

— Шамиль… — раздаётся тихий голос.

Вопросительно смотрю на неё.

— Ты не обиделся из-за моих слов? Мне не отвратителен ни ты, ни твоя семья… Просто…

— Я всё понимаю. Обид нет. Рад, что ты так быстро смогла расставить всё по полкам вот здесь, — перебиваю и указываю пальцем на её голову.

Камилла слегка улыбается. Вытирает слёзы.

— Почему вы не общались с Лерой? Она тебе не нравится? — тихо спрашивает.

Вопрос, который ждал услышать. Рано или поздно. Ты никогда, Ками, не узнаешь правду. Так же, как и мой отец.

— Я был трудным ребёнком. Мало кто мог найти ко мне подход. А потом было уже поздно что-то менять, — убедительно вру, пожимая плечами.

Камилла кивает, принимая такой ответ. Так будет лучше. В её глазах Лера и так уже натворила много дерьма. Добавлять к этой куче не хочу.

Спустя пятнадцать минут к нам выходит Катя. По её лицу невозможно понять с какими новостями. Мы с Ками срываемся с места и спешим к ней.

— Катя… Как она? Как мама? — Камилла берёт Катю за руку и заглядывает в глаза. — Не молчи, прошу тебя. Что с мамой? Я могу к ней пойти? — Она делает шаг, собираясь обойти Катю, но та берёт её за руку.

Катя смотрит на меня всего одну секунду, но этого хватает, чтобы понять — Лера ушла. Внутри что-то обрывается. Ками будет безутешна. Мой отец не переживёт этого…

— Камилла… — начинает Катя, но замолкает, подбирая слова.

— Скажи, как мама себя чувствует? Катя, я хочу увидеть её… прошу не томи, — Камилла словно ничего не замечает. Ни опущенного взгляда Кати, ни её замешательства.

Катя делает глубокий вдох. В её глазах появляются слёзы. В этот момент раздаётся голос отца.

— Что с моей девочкой?! Она в реанимации?! Это правда?! Катя, что произошло?! Она же пришла в себя! — начинает кричать отец, подъезжая к нам. — Не надо было пускать к Лерочке ту девчонку! Грузила её своими признаниями! Чёрт подери! — Отец переходит на крик.

— Держи себя в руках! — зло произношу.

Катя не оборачивается на крики, а тихо произносит:

— Ками, Лера умерла…

Камилла закрывает рот рукой и её ноги подкашиваются. Ловлю Ками, не давая упасть.

— Шамиль, мы сделали всё, что могли… — голос Кати срывается.

Киваю и поднимаю Ками на руки. Отец, поняв в чём дело замирает на месте. Его лицо теряет все краски.

— Я сейчас принесу нашатырь! — суетиться Катя.

— Не надо. Оставь нас… пока.

Она кивает и отходит к отцу, всё время оборачиваясь. Разговаривает с ним, но он не хочет слушать. Отец кричит и просит пустить его в реанимацию.

— Это ты виноват Шамиль! Ты и твоя чёртова подружка! Нашли время выяснять с ней отношения! Никогда тебя не прощу! — отец находится на грани срыва.

Катя пытается вразумить его, но бесполезно. Он словно потерял рассудок.

— Побереги сердце, Эьдар… Никто не виноват в смерти Леры. Организм не выдержал. У неё была черепно-мозговая травма несовместимая с жизнью. Мы поддерживали организм как могли. Я не говорила правду, надеясь на чудо. Оно бывает, но не в этот раз, Эльдар. Состояние Леры не позволяло сделать операцию. Мы ждали улучшений, но… — Катя говорит тихим и спокойным голосом.

— Не хочу слушать!!! Вы не врачи, а шарлатаны!!! — продолжает кричать отец.

От увиденного и услышанного не по себе. Боюсь, что жизнь отца разделится на до и после. Он никогда не будет прежним и ничто не сможет залечить его рану.

Я ухожу подальше от него с Камиллой на руках. Глажу её по щекам. Через несколько секунд Ками приходит в себя.

— Мне всё приснилось? — спрашивает с надеждой.

Отрицательно мотаю головой. Камилла начинает плакать. Отчаянно. Безутешно. Её рыдания становятся громче. Ками закрывает ладошкой рот, чтобы заглушить их.

Проходит много времени, но я не тороплю Камиллу. Прижимаю её к себе и успокаиваю, как маленькую. В какой-то момент рыдания становятся тише и тише.

— Как ты? — тихо спрашиваю, погладив ещё по щеке.

Камилла слегка отдёргивает голову.

— Мне нужно умыться, — просит и я возвращаю её на землю.

Чувствую резкую перемену. Словно щёлкнул какой-то переключатель и Камилла больше не со мной.

— Как себя чувствуешь? Голова не кружится?

— Нет… оставь меня, — бросает Камилла и уходит.

Глава 48

После похорон Леры я лишилась всех чувств и эмоций разом. Проходит месяц, но легче не становится. Рана от потери не заживает. Я хожу на работу, крашу невест, делаю покупки и пытаюсь жить. Просто жить и делать вид, что пришла в себя.

Обрести маму, а потом почти сразу её потерять. Потерять отца и даже не иметь возможность проститься… Я словно проклята.

Смерть Леры лишила меня надежды на то, что мы с Шамилем можем быть вместе. Это неправильно. Я никогда не смогу общаться с его отцом. Даже находиться рядом не хочу. Каждый день в голове эхом слова Эльдара, которые он прокричал у дверей реанимации. Он винит меня в смерти Леры, словно это я была за рулём той проклятой машины. На похоронах мы не обмолвились и словом. Я злюсь на него. Он на меня. Глупо, но я не могу простить того, что Эльдар забрал у меня мать. Лишил общения, внимания, заботы…

— Ками! — слышу голос за спиной.

Оборачиваюсь и вижу Гелю. Она бежит ко мне, зажав подмышкой толстую папку.

— Из окна кафешки тебя увидела! Только закончила беседу с молодоженами. Ты с работы?

— Да, — отвечаю я.

Геля мило улыбается мне. Она знает, как мне плохо и тяжело на душе.

— Зайдешь в гости?

— Я думала никогда не предложишь, — Геля кладёт руку мне на талию, и мы направляемся к моему дому.

У подъезда меня ждёт курьер с букетом. Каждый день одно и тоже. Моя квартира и офис уже все заполнены различными цветами.

— Ему не надоело? — спрашивает Геля, приподняв бровь.

— Может он так пытается меня поддержать? — миролюбиво отвечаю, забирая у курьера белые розы. — Наверное, это ему Митя посоветовал так проявлять себя, — добавляю, хмыкнув.

— Федя лучше бы Сабину поддерживал. К тому же в её положении внимание теперь не помешает, — злобно продолжает подруга.

— Гель, перестань. Я уже даже не злюсь на неё, а ты не можешь успокоится.

— И не успокоюсь! Мало того, что жениха увела, так теперь ещё и залетела! — грохочет Геля. — Что за бабы пошли, а? Любыми способами мужика пытаются удержать!

Я закатываю глаза, пропуская подругу в квартиру. Сабина беременна и Феде придётся стать отцом. Не знаю, что сейчас творится в его душе, но он сам сделал свой выбор. Нужно принимать последствия своих поступков.

— Гарик говорит, что не понимает Федю и его мотивы. Зачем он заварил всю эту кашу?

Пожимаю плечами. Теперь поздно искать причины.

— Как у вас дела? — спрашиваю, улыбаясь.

Гарик добился своего и Геля стала его девушкой. Никогда не видела подругу такой спокойной и счастливой. Геля не дёргается, пытаясь понять её парень ей изменил, изменяет или собирается изменить.

— Каждый лень думаю о том почему не прислушалась к тебе раньше и не рассмотрела Гарика. Как я могла страдать по Андрею? Он ведь относился ко мне, как к ничтожеству. В грош не ставил… Вот Гарик совсем другой. Я, кажется, влюбляюсь в него, Ками. Это серьёзно. Обо мне никто и никогда так не заботился. Ты чувствовала себя когда-нибудь до такой степени защищённой, что не боялась ничего?