Вредина для Чемпиона - Илона Шикова

и я поведала ей историю своей первой и, к сожалению, несчастной любви. Именно так, как я это пережила. Конечно же, Кристаллова ни разу не видела Алексея живьем и представление о нем составляла исключительно с моих слов, поэтому сейчас ее резкие аргументы звучат более чем странно.

– Скажу тебе так, милая моя, – довольно твердо начинает девушка, своим тоном показывая, что возражения не принимаются. – Немного разбираясь в психологии мужчин, могу сказать тебе одно: если бы он знал правду, уже давно бы прилетел к тебе и начал истерить “как ты могла”, “почему скрыла от меня правду”, – меняет интонацию, копируя мужской голос, – и так далее. Возможно даже пугал бы судом, тут не берусь судить. Но пугать и делать – это разные вещи, согласись. Его задевает не сам факт рождения Марка, а именно то, – тычет в меня пальцем, – что его, любимого, ты, негодяйка такая, не оповестила об этом факте.

– А если все-таки пока не знает? – я озвучиваю второй вариант, так как с аргументами Агаты по первому пункту согласна целиком и полностью.

– Тогда ты должна сделать первый шаг сама и поговорить с ним, – она замедляет свою речь под конец и заглядывает в мои глаза, которые я почему-то отвожу в сторону. – Ты же собираешься с ним поговорить?

– Собираюсь, – отвечаю я неуверенно, а после довольно эмоционально добавляю: – Только не знаю, с чего начать. Как представлю, что он попытается давить и шантажировать Марком, так снова в дрожь бросает.

Я действительно уже второй день мучаюсь над этим вопросом. Даже в Интернете нашла адрес офиса Лехи, так как знаю – теперь он всем заправляет в компании вместо отца. И телефон секретаря выписала, и даже разочек чуть не сорвалась туда поехать, но мысли о том, что Пантелеймонов начнет мелко мстить, не думая о ребенке, каждый раз останавливают мои порывы.

– Я все-таки думаю, ты преувеличиваешь, – Агата встает с кровати и подходит ко мне. Прижимает меня к своей груди и гладит по голове. – Не переживай, все наладится. Он же не дурак, чтобы так низко опускаться. А если вдруг надумает, – девушка отстраняется от меня и заглядывает в глаза. – Мы ему устроим! – машет кулаком у меня перед носом, чем вызывает улыбку на лице. – Никому не позволю причинить вред моему крестнику! Уверена, что мой любимый кум, по совместительству твой родной брат, меня в этом вопросе поддержит. А теперь хорош хандрить, погнали вниз. По пятьдесят с дядей Андреем, и в клуб к парням!

– Хоть расскажи, что за парни, – наконец-то интересуюсь, хотя надо было это сделать раньше.

Вчера Агата мне все уши по телефону прожужжала, как познакомилась с симпатичным молодым человеком, который случайно врезался в нее при выходе из супермаркета. Помог поднять продукты, которые рассыпались по ступенькам, а потом подвез до дома, стрельнув телефончик. Симпатичный, прилично одет и очень вежливый – вот и все данные от Агаты, которыми я владею на данный момент.

– Друга не знаю, – вещает моя спутница, когда мы спускаемся по лестнице. – А моего кавалера зовут Руслан. Шмотки дорогие, тачка неплохая, да и сам он, – она закатывает глаза и с придыханием в голосе произносит: – Красавчик хоть куда.

– Аферистка, – ворчу, однако усмехаюсь, так как настроение после неприятного разговора с подругой об Алексее начинает подниматься.

Чего это я зациклилась на нем? До понедельника даже думать не хочу о Пантелеймонове. Пусть катится лесом, а у меня загул. Причем с симпатичными парнями – по крайней мере, я очень надеюсь, что и друг неизвестного мне Руслана тоже не подкачает, имея смазливую мордаху.

Конечно же, спать с ними никто не собирается, но не хочется всю ночь сидеть в клубе в окружении горилл, которые два слова связать не могут в правильном падеже. Уж лучше с красавчиками. Еще и молчунами вдобавок – будет просто идеально. Пусть все девки завидуют, какая нам с Агатой выпала удача.

– Сколько можно языками трепать? – возмущается отец, когда мы с подругой заходим к нему в кабинет. – Я уже тут слюной давлюсь.

Коньяк, лимончик и легкая закуска – папа, как обычно, готовится к приходу гостей быстро. И нас не отпустит в клуб, пока мы не составим ему компанию в субботний вечер, который он до прихода Агаты собирался провести в тоске и в гордом одиночестве.

Любит он компании и гостей – что поделать, приходится терпеть.

Отец предлагает выпить за нашу с Агатой дружбу, а также заявляет, что очень рад нашему возвращению в родные пенаты. Кстати, он частенько говорит, что у него две дочери, так как любит эту девушку, как родную.

Я помню тот момент, когда подалась внезапному порыву и подошла к скромной девочке Агате Кристалловой, которая стояла после уроков возле окна и плакала.

– Чего ревешь? – мне было дико любопытно, кто же посмел обидеть мою смешную одноклассницу, которая из-за своей скромности всегда держалась в стороне.

Девочка посмотрела на меня печальными глазами, а после начала рыдать еще сильнее.

– Ночевать негде, – слезы лились из ее глаз потоком, а у меня глаза полезли на лоб.

– Что значит, негде? Тебя из дома выгнали, что ли?

Если честно, то даже в моей тогда еще совсем юной головке не укладывалась подобная ерунда. Дом – это дом. И этим все сказано. По-другому просто не может быть.

– Я забыла ключи от квартиры, – хлюпала она носом, пытаясь объяснить. – А родители уехали, и до вечера воскресенья их не будет дома.

– А родственники? – я продолжала задавать вроде бы правильные вопросы, однако на последний получила молчаливый ответ, а чуть позже еще большее количество пролитых слез. – Поехали, – я схватила ее за руку и потащила к выходу, повторно поддавшись внезапному порыву.

– К-куда? – она резко перестала плакать, но под моим напором активно передвигала ногами.

– Ко мне домой, – спокойно ответила и пожала плечами, так как столь глупого вопроса я не ожидала услышать в принципе.

Куда еще я могу ее тащить, как не в отчий дом?

Так в нашей семье появилась скромная и милая девочка Агата. Это уже позже мы узнали, что ее родители (как бы помягче выразиться) забили на дочь. Она им была не нужна