Отпусти меня (СИ) - Малышева Анастасия Сергеевна

— Туда места стоили в три раза дороже. Так что сидите.

Мы с сестрой переглянулись, но спорить с взрослыми не стали. Тем более — все уже заняли свои места и шоу началось.

Ох, у меня с самых первых секунд мурашки побежали по коже. Потому что сперва на экране показали небольшую видеонарезку из гастролей и клипов легендарной группы всех времён. А уж когда на сцену поднялся барабанщик — чуть растрёпанный блондин в водолазке в чёрно-белую полоску и в солнцезащитных очках, я чуть не завизжала. Он выглядел точь-в-точь как Роджер Тейлор в клипе Queen «The Miracle» и уже в ту секунду я поняла — концерт будет что надо.

Первая же песня заставила меня чуть ли не прослезиться. На сцене был вокалист, который был одет как Фредди, двигался как Фредди, у него был практически идентичный голос, и даже стойка для микрофона в его руках была такой же. И если это не было путешествием во времени, то я не знаю, как еще это назвать.

Спустя примерно десять минут после начала концерта я услышала недовольный шёпот и заметила какое-то движение. По нашему ряду шёл, чуть пригнувшись, какой-то парень. Видимо, из опоздунов. Однако, поравнявшись со мной, он остановился и, наклонившись, громко спросил:

— Маша?

Подняв на него глаза, я удивлённо кивнула. Парень улыбнулся и, протянув мне руку, заявил:

— Я — Дима. Идём!

— Эм…куда? — малость опешила я.

И не только меня настигло это чувство — сидящая рядом Карина явно уже прикидывала, что сделать с этим незваным гостем. Как и другие зрители, которым этот парень определённо мешал.

Ему же, кажется, всё было до лампочки. Безмятежно улыбнувшись, тот кивнул в сторону сцены:

— Туда. В фан-зону.

— Не поняла, — нахмурилась я.

Но тут уже один из соседей не выдержал:

— Девушка, давайте вы в другом месте выясните отношения! Ну, мешаете же.

Переглянувшись с Кариной, я шепнула ей:

— Прикрой меня перед родителями, я на разведку, — после чего поднялась на ноги, и мы с парнем под недовольное шиканье покинули уже почти родной для меня шестнадцатый ряд.

Мой спутник по имени Дима подхватил меня под руку и почти потащил вниз, в сторону первых рядов. Возле входа в фанку он повернулся ко мне — и надел на шею какой-то бейдж. На мой вопрошающий взгляд мужчина пояснил:

— Это пропуск. Без него никак.

— А ты? — задала я вполне резонный вопрос.

Но Дима только пожал плечами:

— Посмотрю с твоего места. Я не капризный. А ты — иди. А то всё самое интересное пропустишь.

С этими словами мой неожиданный то ли добрый фей, то ли хрен пойми кто, чуть ли не втолкнул меня в фан-зону, после чего исчез. Я же, отряхнув юбочку, решила не упускать свой шанс, раз уж мне удалось каким-то чудом попасть максимально близко к сцене.

Неожиданно чьи-то руки коснулись моей талии. Я резко обернулась, намереваясь вмазать засранцу или хотя бы высказать всё, что думаю, но осеклась. Разумеется, на меня смотрел крайне довольный Миша. Сложив дважды два, я спросила, пытаясь перекричать музыку:

— Дима — один из твоих друзей?

Павлов кивнул и с широкой улыбкой пояснил:

— Я заметил, куда ты села. Партер не для тебя.

— Вот как? — приподняла я бровь, — Это ещё почему?

Наклонившись, Док почти шепнул мне на ухо, посылая по телу толпы предателей-мурашек:

— Потому что ты — дикая девчонка. И твоё место тут, в фан-зоне, где ты можешь быть собой. Танцевать до стертых в кровь ног и петь до сорванных связок.

Чуть отодвинувшись, я спросила:

— Как ты уговорил друга отдать мне свой пропуск?

Миша пожал плечами:

— Я умею быть убедительным. Пойдём, мы заняли места поближе к сцене.

Развернув меня к себе спиной и обняв за талию, мужчина принялся осторожно, но в то же время настойчиво подталкивать меня в нужном направлении. Мне ничего не оставалось, кроме как послушаться. Я заметила обоих Андреев со своими дамами, которые тут же поздоровались со мной. Я ответила им тем же, но сделала это скорее на автомате — всё моё внимание переключилось на сцену и на то, что на ней, собственно, происходило.

Ох, я никогда так не отжигала! Мы с ребятами прыгали, танцевали, орали дурными голосами и подпевали вокалисту. А когда заиграла «Radio Ga-Ga» — дружно хлопали на припевах. Но когда солист спрыгнул к нам в фанку — тут я думала, меня просто разорвёт. Да, это был не Фредди, но чёрт возьми, как же легко было забыть об этом на волне всеобщей эйфории. Я уже почти убежала к нему, чтобы сфоткаться, потанцевать, оторвать себе кусок на память — да хоть что-нибудь сделать! Но цепкие руки перехватили меня на полпути, а мягкий, но в тоже время грозный голос произнёс:

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Куда? Нечего тебе там делать. Затопчут.

Пусть и с неохотой, но я всё же подчинилась. Миша, когда хотел, умел быть убедительным. Настолько, что я даже доверила ему охранять мои туфли, когда устала от каблука и просто скинула обувь, чтобы нормально попрыгать, без риска сломать себе шею. И всё время, каждую минуту концерта я ощущала присутствие Миши. Он был рядом, охраняя от возможных посягательств и просто присматривая за неугомонной мной, которая веселилась так, словно это был последний концерт в моей жизни.

Шоу пролетело, как один миг. Группа выходила на бис, но это тоже было точно капля в море. Мне хотелось ещё и ещё, но увы — получить этого я не могла. Обувшись в заботливо врученные мне туфли, я заозиралась, пытаясь понять, где была моя семья. Мне помог телефон, который, словно поняв о моих трудностях, зазвонил.

— Карина, где вы? — спросила я у сестры, принимая вызов.

— Уехали, — «обрадовала» меня Близняшка, — Тот парниша сказал, что ты со своим хмырём-докторишкой, так что я сказала родителям, что тебя отвезут. Передай хирургу, чтобы не благодарил.

Я офигела. Честно. Даже проверила, точно ли мне Карина звонила. Но нет, номер был её, голос — тоже. Чуть подумав, я спросила:

— С чего ты вдруг решила подобреть к Павлову?

Трубка хохотнула:

— Нет, даже не надейтесь. Я всё ещё протестую и думаю, что тебе нужно провериться у еще какого-нибудь доктора — вдруг заразу какую подхватила. Но, увы, я бессильна что-то изменить, а сажать тебя на цепь — тоже не дело. Так что — вперёд, моя милая. Ошибайся, разбивай себе сердце, но только живи. Мне нравится видеть тебя такой, какая ты рядом со своим докторишкой.

— Какой же? — полюбопытствовала я, косясь в сторону поджидающего меня Миши.

— Настоящей, — просто ответила Карина, — Я тебя ещё об одном попрошу — разберись с ним. По секрету тебе поведаю — хирург уверен, что вы вместе. Ты либо подтверди это, или уж верни парня с небес на землю. Во втором случае настаиваю на максимально экстремальной посадке, чтобы прям мордой об землю.

— Хм…вот как, — выдавила я из себя, сглатывая.

Значит, мне не показалось. Для Миши это был уже не просто секс. Я сомневалась, но тот концерт и слова Близняшки поставили всё на места. Павлов вёл себя иначе, и уже довольно давно. Просто я старалась закрывать на это глаза, повторяя, что это бред и мне просто казалось. Но нет — он показывал меня своим друзьям, не боялся гнева моей сестры и даже прямо говорил, что мы «встречаемся». А теперь еще и Карина заявила, что, оказывается, Док уверен в нашем будущем. Или настоящем — я уже сама запуталась во всём. Знала только, что не была в восторге от такого расклада.

В итоге, сглотнув, я сказала:

— Спасибо, Близняш. Я учту твои слова.

— Звони, когда разберёшься. Если вы сойдётесь — я выпью с тобой, отметив окончательную потерю твоего разума. А нет — тогда помогу прикопать доктора. Ты меня знаешь — парочка лопат на моём балконе всегда найдётся.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты лучшая. Люблю тебя.

На этой ноте я завершила звонок и, вздохнув, приблизилась к Мише. Который выглядел просто до неприличия довольным.

— Ребята спрашивают, поедем ли мы с ними гулять дальше или у нас своя программа. Что думаешь? — поинтересовался Док у меня.

Чёрт. Похоже, все вокруг уверовали, что мы с Павловым снова встречаемся. Где я была, когда принималось такое важное решение? В коме? Или, быть может, сразу в Аду? Хотя нет — в нём я, судя по всему, проснулась, выйдя из этой самой комы. Замечательно. Просто отлично.