Эбби Глайнс - Раш слишком далеко (ЛП)

   — Хорошо. Просто пожалуйста, Раш, вставь его в меня.

   Я потерял над собой контроль.    

Глава 25

      Открывая глаза от яркого солнечного света, я прищурился, понимая, что забыл закрыть жалюзи прошлой ночью. Затем аромат Блэр ударил в меня, и я заворочался в пустой постели. Черт. Она ушла.

      Я проспал ее отъезд на работу. Черт возьми. Я хотел поцеловать ее и пожелать доброго утра. Не забыла ли она позавтракать? Расстроенный, я отбросил одеяло и сел. У Блэр была работа. Я должен был принять это. Она не позволила бы мне не принять его. Даже если это отстойно. Мне не нравилось, что она так много работала, особенно после того, как я заставил ее напряженно трудиться большую часть ночи. Она мало спала.

      Она сильно устанет сегодня. Когда она закончит работать, я кормлю ее и сделаю массаж и искупаю ее. Сегодня вечером я хотел бы восполнить тот факт, что я трахал ее как сумасшедший всю ночь. Мы пораньше ляжем спать. Она должна отдохнуть. Я смогу сдержаться и не трахать ее в течение одной ночи.

      Но я, вероятно, съел бы ее киску. У меня лишь было так много сдержанности.

   Я решил пропустить душ. Я мог почувствовать запах Блэр на коже, и я не был готов смыть его все же. Я хотел быть напоминанием того, каким чертовски везучим я был, на оставшуюся часть дня.

      К тому времени, как я спустился путь вниз, чтобы что-нибудь поесть, было уже около полудня. В дверь позвонили, и последовал немедленный стук.

   — Раш! Открой дверь! Мои руки полны! — заорала Нан с другой стороны. Дерьмо.

      Я открыл дверь, и моя сестра стояла там с большими бигудями в волосах, несколькими сумками и складным саквояжем, который говорил "Marc Jacobs". Какого черта?

   — Нан, почему ты у моей двери с сумками для покупок? И последний раз, когда я проверял, в Розмари-Бич не было Marc Jacobs или" — я взглянул на сумки в ее руках — "Burberry или Chanel или Saks.

      Откуда это дерьмо?

   Нан уронила свои сумки и смотрела на меня как, словно я сошел с ума.

   — Манхэттен. Я купила их, когда была там в прошлом месяце. У меня есть два платья от Marc Jacobs, на счет которых я не уверена. И затем обувь… это другое дело. Я не могу даже начать решать. Я должна знать, что

   ты планируешь надеть, и мне нужно воспользоваться ванной в маминой комнате, чтобы мой стилист уложил мои волосы и сделал макияж.

      Там больше места, чем у меня. Кроме того, таким образом, мы сможем поехать вместе, — сказала она, словно то, что она говорила имело смысл. Я понятия не имел, что, черт возьми, она думала, что я сделаю, но если голая Блэр не привлекалась, то я пас.

   — О чем ты говоришь? — спросил я, желая наконец — то получить хоть одну чашку кофе, прежде чем пришла Нан ее сумасшедшими разглагольствованиями.

      Она застыла на полпути вверх по лестнице и обернулась, чтобы посмотреть на меня. Ее лицо говорило, что будет драма. Дерьмо.

   — Сегодняшний вечер, Раш. Ты забыл? В самом деле? — голос Нан стал на октаву выше, и я знал, что она собиралась впасть в истерику. Черт, мне требовался кофе.

      — О, мой Бог! Ты правда забыл. Ты так погружен в нее, что ты не можешь запомнить что-то это важное для меня. — Нан теперь орала.

   Я закрыл глаза и потер виски, надеясь, что я не останусь с головной болью после этого. Мне просто требовалось выпить кофе и спланировать мой вечер с Блэр. Но не этот беспорядок.

   — Нан, я только что проснулся. Пожалуйста, прекрати орать на меня, — сказал я.

      — Перестать орать? Ты действительно собираешься сказать мне перестать кричать, когда мой собственный брат забыл, что сегодня бал дебютанток? Я планировала мой бал дебютанток с тех пор, так как мне было пять. Ты знаешь это.

      Ты знаешь, насколько важен сегодняшний вечер. Но ты забыл!

   Урод. Я не хотел сопровождать мою сестру на бал, где куча разодетых испорченных женщин старались превзойти друг друга в течение нескольких часов. Блэр не множитель в этом уравнении, и мне хотелось быть с Блэр.

      — Ты не хочешь идти, — сказала Нан с громким воплем. Она походила на ребенка.

   — Я забыл. Извини. Но в течение месяца ты не упоминала про это, и ты знаете, что это не мое.

   Нэн бросила вниз сумку. Прекрасно. Мы собирались иметь истерику с предметами одежды, которые стояли мне чертово состояние. Блэр работала ежедневно, а моя сестра покупала обувь за мои деньги, которая стоит больше, чем BБлэр могла заработать за 2 недели. Чертовски несправедливо. Я ненавидел это. Я ненавидел быть неспособным дать Блэр все, что она хотела.

      — Ты говоришь, что не поведешь меня, Раш? У меня здесь нет отца, чтобы сопровождать меня. Ты — единственный брат, который есть у меня. Мой сопроводитель должен быть членом семьи, который является также членом клуба. У меня нет никого больше. Только ты.

   Она не вопила больше. Она звучала болезненно. Потерянная маленькая девочка, которой был нужен ее старший брат, чтобы спасти день.

      — Конечно, я собираюсь сопровождать тебя, Нан. Я просто забыл. И ты начала орать на меня, прежде чем я выпил гребаный кофе, — сказал я, не желая видеть печаль в ее глазах.

   Она фыркнула и кивнула натянуто. — Хорошо. Спасибо, — сказала она, затем наклонилась, чтобы взять сумку, которую бросила вниз. — После того, как ты выпьешь кофе и станешь менее скупым, не мог бы ты, пожалуйста, поднять мои другие сумки? — она спросила, продолжая подниматься по лестнице.

      Она не нуждалась в моем ответе. Она знала, что я сделаю это. Я пошел на кухню. Я должен был держать свой гнев под контролем. Сходить с ума из-за сегодняшнего вечера было несправедливо по отношению к Нан. Это был всего один вечер. Я бы объяснил его Блэр. Она поняла бы, потому что она была… Блэр. Она не ожидала, что я сделаю что-либо. Она ничего не требовала от меня. Она была первым человеком в моей жизни, который просто хотел меня из-за

   меня. Не из-за выгоды.

      Моя грудь напряглась. Она, вероятно, спала бы к тому времени, когда я возвратился бы домой. Я хотел ее в своей постели. Я не хотел, чтобы она заснула в другой спальне. Я не спал без нее.

   Я налил себе кофе и выпил его, затем налил другую чашку, прежде чем вернулся в фойэ, чтобы забрать все дерьмо, которое притащила Нан. Она спускалась вниз по лестнице, когда я начал.

      — У тебя есть комбинация к шкатулке для драгоценностей мамы? Я хочу надеть ее ожерелье с сапфирами, которое она купила на это Рождество у Тиффани.

   — Я открою ее для тебя. — Я не собирался говорить ей позвонить маме. Был хороший шанс, что мама сказала бы нет, а затем Нан сломалась бы, и я должен был бы расчищать и этот беспорядок.