Джанетт Энджелл - Мадам

Наконец я рассказала нескольким людям, действительно самым хорошим друзьям, что я, дальше обычно следовал эвфемизм, в интересном положении. Я испробовала массу разнообразных эвфемизмов. Ждем прибавления. Я теперь кушаю за двоих. Бенджамен предложил устаревший вариант «булочка в духовке», в ответ я бросила в него подушку. Сказать, что мои друзья удивились — это не сказать ровным счетом ничего.

Думаю, на самом деле это моя вина. Многие годы я окружала себя ореолом тайны, напускала на себя важный вид, выпуская вперед Персика, а не Эбби, и восприятие не может измениться только потому, что ты изменилась в душе.

Разумеется, ни с кем из клиентов я не поделилась. Они были на все сто уверены, что знают, как я выгляжу. Высокие каблуки, чулки со стрелками, маленькое-премаленькое черное платье. Возможно, я закидываю изящные длинные ноги на стол, когда разговариваю с ними… Но это иллюзия. Даже когда я сама больше всех верила в собственную таинственность, то так не одевалась, поскольку для меня в одежде важнее всего удобство. Но зато я умею околдовать собеседника словами, тоном, интонацией. Я намекаю на все и лгу обо всем. Чем сексуальнее я кажусь клиентам, тем лучше для бизнеса.

До сих пор мои клиенты ничего не знают о моей личной жизни, моем браке, моем сыне. Они не знают, где я живу, чем занимаюсь, как выгляжу. Персик по-прежнему плод моей фантазии.

Джил начала работать на меня вскоре после того, как мы с Бенджаменом перебрались в Чарлзтаун.

Я была в восторге. Во-первых, она была поразительно красива, просто сногсшибательна — кожа цвета слоновой кости, темные глаза, личико как на картинах прерафаэлитов, обрамленное вьющимися черными волосами. Она только что демобилизовалась из израильской армии и хотела как можно быстрее заработать как можно больше денег. И мне это было только на руку.

У Джил не было машины, зато она обладала безграничной энергией и желанием поехать к кому угодно, когда угодно и куда угодно. Я даже не могу передать, как ее ценила. Порой возникает ощущение, что у меня работают исключительно примадонны: я с этим встречаться не буду, я не могу поехать на вызов раньше семи, после девяти, по четвергам, в пригороды, в Южный Бостон, к азиату, к женатому… Список настолько длинный и сложный, иногда мне даже кажется, что пора завести базу данных, чтобы ничего не забыть. Обширную базу данных.

А Джил с радостью соглашалась всегда и на все, и клиенты ее любили. Она была молоденькая и свежая, кроме того, очень здорово умела продавать свои же услуги. Я редко встречала подобный талант среди своих девочек.

Как-то раз я отправила Джил в пригород, причем договорилась, чтобы машина отвезла еще одну девочку, которую ждал клиент в том же городке, и высадила ее первой. Та, вторая девочка, быстрее закончила свой вызов и вернулась, чтобы забрать Джил, но оказалось, что клиент хочет продлить ее время еще на один час. «Только, если с ней вместе», — промурлыкала Джил, надув прелестные губки. И клиент согласился! Причем все закончилось тем, что он провел с ними обеими еще два часа!

Ну, не то чтобы я сама не смогла организовать то же самое, но Джил часто выполняла работу за меня.

Когда она приезжала к клиенту, который ей нравился, Джил никогда не стеснялась давить на него, чтобы он еще раз заказал ее, причем сразу же, так сказать, не отходя от кассы. «Завтра вечером я свободна, может, встретимся часиков в восемь», — говорила она, одеваясь, клиент и глазом не успевал моргнуть, как я уже звонила ему подтвердить встречу. Может, этому учат в израильской армии, не знаю, но я не помню такого клиента, кто хоть раз ответил бы Джил «нет».

Господи, зато мне они говорили «нет» постоянно.

Иногда я посылала Джил на три вызова подряд, но ей все было мало. Интересно, как она приводила себя в порядок между вызовами, поскольку водитель отвозил ее от одного клиента сразу же к другому, но никто не жаловался. Дело в том, что она приносила мне кучу денег, и я не особенно заморачивалась, как именно она это делает. Я была совершенно уверена, что она не обманывает клиентов и не переманивает их. Во-первых, у нее не было времени, потому что я нагружала ее по полной. Во-вторых, я всегда знала, когда кто-то из девочек пытается украсть у меня постоянного клиента. Он может потерять ненадолго голову от кого-то из девочек, но все-таки длительные отношения у него именно со мной, и он это отлично знает. Я была Матерью-Исповедницей и Госпожой в одном лице. Клиенты всегда возвращаются, молят о прощении, совсем как неверные мужья, когда они ссылаются на минутную слабость и обещают никогда-никогда больше не ходить налево.

Но ходят снова и снова, как неверные мужья. Я заставляю их расплачиваться за свои грехи, отправляя к ним девочек, которых никто не хочет, но потому прощаю, и все начинается по новой. Повторяющийся и предсказуемый цикл. Вот и вся романтика.

Я не думала, что Джил переманивает клиентов, по крайней мере не настолько часто, чтобы перевесить ту кучу денег, которые она мне приносила. Кроме того, я понимала, что надолго ее не хватит. Девочки просто не могут работать в таком темпе продолжительное время, они перегорают. Надолго у меня задерживаются лишь те, кто работает «по чуть-чуть». Например, Марго встречается с клиентами только по выходным. Джен после нескольких месяцев работы в «Аванти» берет только один вызов за вечер. Кэм выходит на работу, только если «размялась» с кем-то из своих. Эти девочки держатся. А с такими, как Джил, я всегда думаю, что три месяца — это предел. В любом деле вас хватит на три месяца. А потом наступает истощение сил, и я тщательно слежу за этим, потому что именно тогда человек и начинает совершать ошибки. Ну, может, не такие ошибки, что нужно бежать и сдавать образцы ДНК в местную полицию, но все равно это ошибки, и я не хочу, чтобы они случались в «Аванти».

Прошел месяц, и мы с Бенджаменом купили новый гарнитур в столовую. Мне даже трудно было представить, что в моей жизни произойдут настолько глобальные изменения, поскольку до сих пор нормой для меня был наскоро разогретый обед, заказанный в ресторане, разложенный на кофейном столике. В старой квартире на Бэй-Виллидж у меня даже столовой не было. А теперь мы купили роскошный стол на кованых ножках со стеклянной столешницей и стулья с обивкой из гобелена. Во многом благодаря доходам, полученным от Джил.

Первый тревожный звоночек, как всегда, поступил от самих же клиентов. Как-то раз мне позвонил Джон Рихтер и попросил кого-нибудь прислать, а я сказала, что могу прислать Джил.

— Ммм, Персик, хорошо, а еще кто-нибудь работает?

— А что такое, Джон? Что-то не так?

Я точно знала, что что-то не так. Джон был милым и добродушным парнем, и насколько я помню, за все четыре-пять лет, как мы с ним знакомы, он ни разу не отказывался ни от одной из девочек.