Анастасия Изотова - Влюблённые во львовский дождь

— Олюнь, просыпайся… Проспишь Новый год.

— Пусть — почему это я должна просыпаться и выходить из этого сна? — сон слишком хороший.

— И что же тебе снится? — улыбаясь спросил родной голос.

— Глупый вопрос — почему он меня спрашивает, это же сон с ним.

— Ах глупый? — рассмеялся Саша, — а ну быстро просыпайся.

Это что? Щекотно! Разве бывает так щекотно во сне? Или это уже не сон.

— Нет! — смеясь ответила я — я сплю и глаза не хочу открывать! Лучше ложись рядом и тоже поспи — вернувшись в реальность, рассмеялась я.

— И как ты объяснишь это своей маме? — зря он напомнил…

— Почему это я объясню? — открыла я глаза и увидела улыбающееся лицо в слабом освещении ночника. — Меня никто не приглашал. Так что объяснять тебе — рассмеялась я.

— Я уже извинился — Саша обиженно сел на кровать рядом.

— Знаю. Но от этого не намного легче. Я не люблю такие празднования — проворчала я — иди — толкнула его улыбаясь — мне надо переодеться.

— Как скажешь — будто обиженно ответил любимый, вставая. Но вдруг перебросил меня и прижал к кровати — Я не хотел испортить тебе настроение. Я компенсирую — сказал Саша с улыбкой, чмокнул меня в нос, встал и вышел из комнаты.

— Заинтриговал — ответила я двери, потому что любимый уже вышел.

Что же, интересно какая компенсация…

Который час, если из комнаты такой шум? Найдя телефон, я с ужасом увидела 22:57! Это же надо! И правда чуть не проспала. Сейчас я помятая, после сна буду выглядеть отнюдь не празднично. Сейчас бы пижамную вечеринку.

Короткое платье с белыми бусами выглядит просто замечательно. Оно короче, чем я обычно ношу (когда ношу), но мама выбрала прекрасно. Это её подарок мне к празднику. Вчера в обеденный перерыв мама заставила меня выйти с ней в магазин, где было «Оно! Как тебя шито». Конечно, сапоги дома ни к чему, хотя мама и их мне подарила — высокие белые сапоги-чулки, совершенно не практичные, но очень красивые. У меня сложилось впечатление, что прежде чем зайти ко мне на работу, она обошла все магазины города и достала всех продавцов.

В соседней комнате стоял гам. Удивительно как это меня не разбудило. Шведский стол. Полная комната людей и почти все уже навеселе. Как они все здесь поместились? Среди взрослых бегало трое детей, одна из них (наименьшая) это дочь Михи и Тани, насколько я понимаю.

— Ольга! Привет! С наступающим! — подошла ко мне Таня — Ты прекрасно выглядишь!

— Привет! Спасибо! Ты тоже красавица — Таня в терракотовом закрытом длинном вечернем платье по фигуре с длинным рукавом. Платье украшено лишь одной золотой брошью, просто непревзойденно. Правда, её образ и шикарная прическа были слишком официальными для данной атмосферы, как и мой вид — надеюсь наш поход в ресторан всё-таки состоится.

— Конечно! Просто пойдем сразу после встречи нового года. Твоя мама предложила присмотреть за нашим детёнышем. — радостно ответила она.

— Она у вас красавица — девочка и правда была как из рекламы: белые вьющиеся волосы, заплетенные в дивные косички, голубые глазки и громкий, звонкий смех.

— Спасибо! Мы старались — рассмеялась Таня — Ольга, хорошо, что ты отдохнула, будет желание праздновать всю ночь. Идем что-нибудь выпьем!

— С удовольствием! — у меня прошёл сон, появилось праздничное настроение, а вместе с ним волнения по поводу разговора, точнее возможности его провести.

В нашей маленькой квартире было светло, людно, шумно, весело и уютно. Мама занималась детьми, особенно дочкой Тани и Михи — Машей. Мужчины общались между собой, а женщины между собой, иногда играя с детьми. Мамы же этих детей отдыхали в углу с шампанским, молча наслаждаясь желанной свободой. Саша шептался на кухне с Виктором Петровичем, что показалось мне очень странным. Мы с Татьяной говорили обо всём на свете, иногда к нам подходил Миха и приносил напитки. Саша же не подошел ни разу, даже не посмотрел в мою сторону. Неужели он обиделся на меня? Или что-то изменилось?

Никто не следил за временем, пока Миха не стал громко отсчитывать время:

— Пять, четыре, три, два, УРА!

На мгновение в квартире стало тихо, пока за окном не прогремели взрывы сотен петард и салютов. Город встретил новый 2013 громко и ярко. И мы все одновременно начали поздравлять друг друга.

— Таня, поздравляю! — улыбнулась я новой подруге.

— И я тебя поздравляю с новым годом! — Таня обняла меня одной рукой крепко за печи.

— С новым годом, доченька! — услышала я позади мамин голос.

— И тебя мама! — рядом стоял мой новый отец, держа её за руку — Виктор Петрович, поздравляю вас!

— Спасибо, Ольга! Будь счастливой! — первый раз увидела его таким веселым и раскованным.

Саша был чуть ли не последним, кто меня поздравил.

— С новым годом! — сказал он тихо, улыбаясь одними губами, поцеловал как-то слишком официально, и обнял меня за талию.

— И тебя с новым годом! — улыбнулась я в ответ, но что-то внутри ёкнуло, а в мыслях остался неприятный след.

— С новым годом, народ — подошел к нам Миха! — Поехали гулять?

— А поехали — ответила я весело, освобождаясь из объятий Саши — Таня где?

— Сейчас пожелает Машуне сладких снов, передаст твой маме подарок под ёлку и едем.

— Я пойду попрощаюсь — сказал мой зеленоглазый и пошел к Виктору Петровичу.

В этот момент я твердо решила развлекаться всю ночь, возможно опьянеть и тогда однозначно поговорить с Сашей наедине. Пусть утром, но поговорить! Какая глупая привычка, начинать новый этап жизни с какими-то конкретными достижениями… До сих пор не знаю названия ресторана, но он просто великолепен! Двухэтажное здание: второй этаж это балкон со столами, а первый — танцпол. Празднование как раз было в самом разгаре, когда наша небольшая компания пришла на вечеринку. Мы едва успели дойти до своего столика в уютной кабинке, и выпить откупоренное официантом шампанское, как Таня потянула меня танцевать. И это прекрасно! Жаль, что ни одного медленного танца, поэтому мы с Таней танцевали сами, иногда возвращаясь за столик попить сока и чего-то покрепче. С новой подругой договорились выпить столько, чтобы было весело… то есть не мало. Поэтому следом за шампанским пошло крепкое вино… И оно сделало свое дело.

Около четырех Миха напомнил, что пора и к ребенку возвращаться, тем более не удобно приходы к моей маме, когда все уже будут спать (Таня и Миха сегодня по приглашению мамы спят в моей комнате, чтобы «не прерывать детский сон»). Как же мне стало грустно. В тот момент я почувствовала себя растерянной и никому ненужной: Саша всё время общался с Михой о работе, а единственный человек, с которым мне было весело и комфортно должен был уходить. Теперь я останусь наедине с моей зеленоглазой любовью и не представляю о чем сегодня с ним говорить. А ещё я хочу домой, к себе домой… Но мы приехали к Саше, где вся моя решимость поговорить просто исчезла как и не было. Ещё мне почему-то было страшно оставаться с ним наедине.