Энн Риверс Сиддонс - Королевский дуб

Хилари опять заплакала. Я крепко прижала ее к себе.

— Хил, крошка, это все неправда, все не так. — Я была возмущена и шокирована. Нет ничего удивительного, что девочка так испугалась. — То, что заставляет светиться кости, называется радиацией. Она используется в рентгене. Помнишь, как дантист делал снимок твоих зубов? Так же было, когда лошадь Пэт повредила ногу: ей сделали снимок и поместили ногу в лубки, помнишь? Это не вредит, а помогает нам. Да, на заводе „Биг Сильвер" производят радиоактивную продукцию, но у них там имеются различные защитные средства и меры на случай аварии. Все это сделано для того, чтобы радиация не могла вырваться и принести вред людям. Система работает многие годы и будет работать и дальше. Ты же не думаешь, что правительство желает причинить вред своему народу? Они просто дразнили тебя, моя милая, правда, не знаю, кто „они"…

— Они утверждали, что ты так и будешь говорить, — произнесла Хилари. Ее голос был безжизненным, а глаза — мертвыми. — Они утверждали, что ни один взрослый не поверит мне, если я вздумаю рассказать. Они говорили, что некоторые из них — понимаешь, дети, такие же, как они и я, — видели, как горела и дымилась вода, и все эти ребята сразу же после этого умерли. Перед смертью их кости светились через кожу так же, как и мои сегодня утром.

Кровь текла у них изо рта. И они сказали, что на телах тех, умерших, были такие же синие пятна, как и у меня.

Хилари повернула свою тонкую руку, и я увидела небольшую россыпь старых синяков, которые становились уже шафрановыми и зелеными.

— Милая, но это просто обыкновенные старые синяки, они у тебя вечно появляются. Ты могла посадить их, катаясь на Питтипэт. Посмотри, у меня на голени тоже есть. Я набиваю их все время, когда сажусь в машину.

— Не помню, чтобы они у меня были когда-нибудь раньше, — заявила Хил все тем же ледяным голосом. — Меня предупреждали, что ты так скажешь.

— Ради Бога, кто это „они"? Я намерена позвонить их родителям и предупредить, что если их дети еще раз посмеют раскрыть свои рты, пугая тебя…

— Нет! Нет! — Хилари беспомощно замахала руками. — Нет, мама! Они сказали, если я расскажу тебе, они попросят старых людей, которые живут там, вверх по ручью, наслать на меня Даппий. Эти Даппии унесут меня туда, где горит ручей, и будут держать под водой, пока я не сгорю.

— Кто, Хилари, кто это сказал? — Я неистово прижимала дочку к себе. — Я не буду звонить, обещаю, но ты должна сказать мне, кто наговорил тебе массу таких нелепых, глупых вещей?

— Черные дети, которые приезжают на автобусе из района бомбового завода. Те, что живут в маленьких домиках там, в лесу, и в том маленьком городишке. Все их боятся, мама, потому что они могут наслать Даппий. В их домах синие двери, чтобы Даппии не добрались до них. Но они могут насылать их на других людей, и они знают про воду, потому что видели ее… Мама, они сказали, что я богатый ребенок, любящий верховую езду, потому что я надела сапоги и галифе, и что к нам, на ту сторону города, идет та вода. Она течет под землей.

— Хилари. Посмотри на меня. Эти дети бедны и невежественны, и это делает их завистливыми и злобными. Они увидели твои сапоги и подумали, что ты богата, и им захотелось напугать тебя и причинить тебе боль, потому что у тебя есть вещи, которых нет у них. Или, по крайней мере, они так думают. Ты должна жалеть их, а не бояться. Никаких Даппий не существует. Вода не может причинить тебе вреда. Ни здесь, ни где-либо еще в Соединенных Штатах. Неужели ты думаешь, что я привезла бы тебя в опасное место?

— Нет, мэм, — пробормотала Хилари. Ее глаза скользнули в сторону, и она беспокойно задвигалась под моей рукой.

— Ну вот и хорошо. Дай-ка я приготовлю горячую ванну, а потом мы наденем чистую одежду и сходим за пиццей.

В конце концов она позволила усадить себя в ванну, но выкарабкалась из нее через минуту и не захотела никуда идти. Съев полмиски супа, который я разогрела для нее, она забралась в постель со своим старым медвежонком, с которым уже давно не играла.

На другой день, в субботу, Хилари отказалась ездить верхом на Питтипэт и оставалась на террасе, защищенной сеткой, читая и качаясь на качелях. Когда я предложила сводить ее в кино и угостить мороженым, она сказала, что не хочет выходить из дома. Хил вела себя очень тихо, была бледна и засыпала несколько раз за день.

Вечером я рассказала о случившемся Картеру. Мы сидели на крыльце, пили аперитив перед гамбо,[53] слушали последних перед зимой древесных лягушек и ощущали на наших лицах небольшой ветерок, пронизанный сталью осени. Картер слушал молча, а когда я закончила рассказ, нахмурился.

— Бог мой, — произнес он. — Я не виню Хил в том, что она закрылась в уборной. Я и сам бы спрятался. Светящиеся кости, гниющая кровь, Даппии…

— Что такое Даппии? Дочка очень много говорила о них.

— Это особо мерзкий карибский призрак, или что-то в этом роде. Считается, что он прячется высоко в деревьях, бросается вниз на людей и ездит на них, загоняя до смерти. По какой причине он это делает, не знаю. Возможно, просто у него отвратительный характер. Хилари права: небольшая колония чернокожих все еще живет на Козьем ручье в старом поселении. Но я не знал, что там есть дети. Большинство молодых перевезли свои семьи в Нью-Моргантон — около пяти миль от завода. Это чернокожие племена гулла или потомки африканских гулла, которые прибыли с островов Карибского моря как рабы на морские острова и болотистые места побережья Флориды, когда англичане начали их заселять. Ну и привезли с собой своих призраков. Некоторые старики все еще придерживаются старых обычаев. Я слышал о Даппиях и видел синие двери некоторых хижин, когда во время охоты на болотах Биг Сильвер или в „Королевском дубе" мы проходили в тех краях. Не знаю, что это за светящаяся вода, но от отходов воды с реакторов иногда поднимается пар. Когда эта вода стекает с реакторов в сточные шлюзы, она почти кипит. А потом она попадает в ручейки, которые питают Козий ручей и реку. Я сам видел, как поднимается пар, это действительно выглядит пугающе. А когда я проезжал через болото Биг Сильвер по шоссе номер 35 — оно проходит по владению завода, — вода в кюветах дымилась, как река в аду. Но она просто горячая. В буквальном смысле. Просто нормальная горячая вода. Я уже говорил вам, что сточные воды проверяются каждый день, кроме воскресенья, шестью способами. И проверялись так тридцать пять лет. И не только служащими завода. Здесь масса независимых проверочных групп, а Управление по охране окружающей среды и Департамент по энергии регулярно проводят собственный контроль. Я уж не говорю о всевозможных группах по защите окружающей среды, начиная с тех, кто находится на грани помешательства, и заканчивая научными комиссиями, отмеченными призами.