Наталья Шумак - Провинциальный роман. Книжная девочка

— Всего хорошего.

Арина повесила трубку и от души поблагодарила приятельницу. Света отмахнулась.

— Не за что. Может тебе не понравится его стиль или цена. Или он сам не согласится. Без всяких объяснений. Гении такой капризный народ…

Распрощались, обещали созвониться вскоре, как-нибудь. И встревоженная Арина торопливо рванула к шефу.

Семеновы ждали ее в машине у подъезда. Димочка распахнул дверцу. Семенов прорычал.

— Живо!

— Что случилось?

Спросила Арина взволнованно. Людмила Георгиевна с храпящим Гарриком на коленях объяснила.

— Нафаня чудит. У него, таинственная и огромная радость.

— Девочки мои. В некоторые дела вам не стоит совать ваши носики. Повод есть. Но вам его знать ни к чему. Просто вникните — сегодня я намерен вас баловать! От души.

— Спятил на старости лет.

Прокомментировала Людмила Георгиевна. Арина, расслабилась и шумно зевнула. Ничего ужасного не случилось, Слава Богу. Димочка вырулил на стоянку возле Дворца Профсоюзов.

— Приехали.

Шеф «Стратегии» громко потребовал.

— За мной, девочки!

В салоне (Арина слышала, что в «Гармонии» высокие цены, но не проверяла) шеф вел себя как князь, по меньшей мере. Ласково назвал девушек по именам, напомнил, что звонил и делал заказ.

— Вот это мое главное сокровище, а это маленький сундук с алмазами. Обеих будем стричь, красить… сообразите сами. Дальше. Маникюр, педикюр. Все, что нужно. Дальше. Я вернусь через два с хвостиком часа, заберу двух счастливых дам. Ясно? Дальше. Всем выдам премиальные, если результат мне понравится. Время пошло!

Солидная фигура исчезла за дверью. Арина оглянулась на Людмилу Георгиевну.

— Что за бред? Мы его о чем-нибудь просили?

Четыре девушки уточнили весело.

— Начнем?

И повлекли дам за собой. Спустя мгновение Арина потеряла из виду Людмилу Георгиевну.

— Ой!

Ее усадили парить ноги, одновременно начали обрабатывать руки и рассматривать волосы.

— Может просто уложить?

— Девушка, вас как зовут?

— Арина.

— Арина, как вы к черному цвету относитесь?

— Да я не собиралась краситься. Я не хочу.

Вмешалась мастер, делающая маникюр.

— Оставьте. Ей идет эта серость, просто отгладить волосы и концы подвить. И макияж чуть заметный.

Она снизу вверх посмотрела на Родионову.

— Так?

Ее руки были обвешаны массивными серебряными браслетами, а длинные голубые ногти разрисованы черными цветами и бабочками. Бэйджик, прикрепленный к груди сообщал имя — Оля.

— Верно?

Арине понравилась эта девушка и она кивнула, в знак согласия. Оля поинтересовалась.

— Праздник?

— В некотором роде.

В кабинет вбежала изящная брюнетка Галина с ужасного вида щипцами. И защелкала ими вокруг макушки несчастной мишени всеобщего внимания. Постепенно Арина прониклась и поняла, что происходящее ей нравится! Очень нравится! Очень — очень!!!

Оля взяла флакончик приятно пахнущего масла и начала делать массаж рук.

— У меня мурашки на макушке.

Пропищала Арина.

— Надеюсь это от удовольствия.

— Нет. Какое там удовольствие. Я в полном экстазе.

Маникюрша неярко и флегматично улыбнулась. Она, по-видимому, привыкла к хвалебным песням. И знала, что работает профессионально.

— Так, с этим все. Чем будем покрывать?

Арина по простоте душевной спросила.

— А чем еще, кроме лака можно?

— Можно термолаком. Он реагирует на холод и тепло. Галина, дай пальчик. Смотри.

Розовый ноготь, подставленный под струю холодной воды стал голубым.

— Видишь, как интересно. А можно сделать узоры, любые. Со стразами, наклейками, лаками, акриловыми красками. Посмотри на образцы.

— Мне ваши цветы понравились.

— Мы на ты?

— Да.

Исправилась Арина.

— Да. Вроде тех, что у тебя можно?

— Запросто. На всех ногтях?

— А как лучше?

— Сейчас я все подберу. Чтобы не абы как, не вульгарно, я гармонично.

Она наклонилась над руками Арины и задумалась на пол минуты. Вмешалась Галина, выключившая щипцы.

— Предварительно все. Остальное в зале, когда ты ее отпустишь.

— Хорошо.

Наконец, она определилась с узором. Пододвинула к себе краски и кисточки.

— Сделаем серебром по черному фону. И несколько стразов.

Арина почувствовала себя королевой и внезапно поняла всю мудрость неожиданного подарка. В подобной заботе угадывалась истинная нежность. Та, что превыше любых условностей и препятствий. Та, что не имеет цены. Та, что приходит без просьб и ухищрений, сама по себе, неожиданная и прекрасная.

По радио передавали хит Мадонны — «You see». Уверенная в себе звезда пела о грустной любви. Арина потеряла счет времени, ей показалось, что Ольга только-только взялась за кисти, как прозвучало сосредоточенное и гордое:

— Готово.

Результат превосходил все ожидания. Тончайшие, змеившиеся линии рисунка и переливающиеся камушки в середине узора, как блестящий акцент.

— Как красиво!!!

— А теперь перейдем к ножкам, они уже заждались.

Арина то подносила пальцы к глазам, то любовалась издалека, опустив ладони на колени. Руки казались ей чужими, они принадлежали забытой, потерянной незнакомке. Той, в которою можно было влюбиться. Апельсиновой ведьме из далеких снов.

— Будем покрывать лаком?

— На твой выбор.

— Тогда серебряным.

Арина пошевелила пальчиками ног. Усталость, не оставлявшая ее несколько месяцев улетучилась без следа. Хотелось танцевать. Танцевать! ТАНЦЕВАТЬ!!!

— Олечка, какая ты умница. Спасибо громадное.

— Не за что. Это моя работа.

— Ты мастер!

Она скромно пожала плечами и вышла. А на Арину набросились парикмахеры. Она еще не оделась, не обулась, а пришлось решать, что делать. Наконец смутную мысль удалось оформить в слова.

— Пока все очень просто. Я непременно приду выкрасить волосы, но позже. Сейчас — уложить, только уложить.

Подступающий вечер наряжался в сказочные лимонно-сиреневые оттенки. Небо напоминало репродукции с картин о волшебниках. Даже странно, что никакая огненная колесница, запряженная драконами, не промчалась над горизонтом. Арина сидела в кресле и подглядывала в зеркало, за работающим парикмахером. Худенькая брюнетка пыталась навести хотя бы подобие порядка. Но неухоженные волосы сопротивлялись.

— Может хвостик?

Аринин глупый вопрос проигнорировали. Тогда она решила примириться с процессом, наплевав на результат. Хуже уж точно не будет. Весьма вовремя прозвучала классическая песня про отель «Калифорния». А потом классическая баллада «Скорпов». Человек, руливший в эфире, подбирал композиции созвучные с Родионовским настроением. Случайность? Конечно, обилие рекламы раздражало. Но после очередного затянувшегося хвалебного блока — «Тра-ля-ля, тру-лю-лю, Стройматериалы я люблю»! И все в таком же духе, наконец, поставили Цоя. Следом, Армстронга. Ужасная смесь? Нормальная радио-эклектика. Уже не одна песня попала «в тон». Что за дивный вечер?