Патриция Макдональд - Пока ты со мной

Возбужденная открывающимися перспективами, она налила себе содовой, включила телевизор и плюхнулась на кровать, чтобы насладиться мечтами о будущем. Она напишет документальную книгу, настоящий бестселлер, который побьет все рекорды. Или получит Пулитцеровскую премию за серию репортажей в «Бейландской газете». Филлис представила церемонию награждения: переполненный зал, все перешептываются, восхищаются тем, что журналистка из маленькой провинциальной газеты создала такой шедевр. Что сказать в ответном слове? Сначала надо будет поблагодарить редактора за то, что поверил в нее, надо будет поблагодарить мать, а также не забыть упомянуть покойного отца, Стена Ходжеса, который всегда поощрял интерес своей дочери к полицейской работе. Именно благодаря ему она добилась таких успехов на ниве журналистского расследования.

Филлис закрыла глаза и вздохнула. Мысленно она слышала гром аплодисментов, купалась в восхищенных взглядах публики. Ну ладно, хватит, сказала она себе. Если будешь только валяться на кровати, никаких премий не получишь. Пора и за работу. Филлис поставила стакан на столик и села. По телевизору в сводке новостей передавали репортаж о похоронах Линды Эмери. Сказали, что подозреваемый, Грег Ньюхолл, по-прежнему на свободе. Когда сводка закончилась, Филлис занялась осмотром комнаты.

Убедить Марго, чтобы она поселила Филлис именно в этом номере, оказалось непросто. Хозяйка долго колебалась, несла какую-то чушь про дурные приметы, про полицию, которая может быть недовольна, и так далее.

— Ведь установлено, что преступление произошло не там, — убеждала ее Филлис, всячески сдерживаясь, чтобы не сорваться и не обозвать хозяйку дурой.

Однако по опыту Филлис знала, что, если осыпать людей оскорблениями, ничего не добьешься. В конце концов Марго сдалась. Сказала, что в комнате произвели тщательную уборку, что никаких следов пребывания убитой постоялицы там не осталось. Филлис все-таки надеялась, что уборка была не такой уж тщательной и хоть какие-то зацепки удастся обнаружить. План у журналистки был такой: раз уж она выложила собственные кровные за номер, надо будет осмотреть буквально каждый сантиметр. Единственная проблема, беспокоившая Филлис, — ее кошечки, оставшиеся дома без хозяйки. Они, бедняжки, к этому не привыкли. Филлис очень редко ночевала вне дома. Но ничего, убеждала она себя, кошки — животные самостоятельные, не пропадут. Этим кошки ей и нравились.

Филлис сняла телефонную трубку, заказала из ближайшей пиццерии ужин. В конце концов, проводить ночь в мотеле собственного родного города — это похоже на каникулы. Даже забавно. Она переключила телевизионный канал, чтобы посмотреть, как комментируют убийство Линды Эмери по другим программам.

В этом самом номере Линда находилась непосредственно перед убийством, хоть полиция и установила, что преступление произошло не здесь. Для начала Филлис попробовала представить, что она — Линда, находящаяся на пороге смерти. Это поможет создать подходящее настроение. Лучше всего было бы очутиться на месте убийства, но, поскольку оно так и осталось неустановленным, приходилось довольствоваться гостиничным номером. Филлис прикинула, как будет выглядеть глава, в которой она опишет последний вечер в жизни Линды. Тут очень важно не напутать в деталях, создать у читателя ощущение достоверности.

Филлис включила портативный диктофон и стала думать над первой фразой. «Когда Линда Эмери въехала в сто семьдесят третий номер мотеля «Джефферсон», ей и в голову не приходило, что эта комната станет ее последним пристанищем в земной жизни, — громко произнесла Филлис. — Она поселилась в этом номере, чтобы заключить мир со своим прошлым, чтобы встретиться с дочерью, которую не видела с момента рождения. И еще, чтобы встретиться лицом к лицу с мужчиной, который стал отцом ее ребенка. Последние часы своей жизни Линда провела в этой унылой, скудно обставленной комнате, даже не подозревая о том, что вскоре ее ожидает страшный, жестокий конец».

Продолжая диктовать, Филлис рассеянно направилась в ванную и принялась оглядывать полки и пол в надежде, что полиция просмотрела какую-нибудь важную улику.

«О чем думала Линда в эти минуты?»

Филлис вышла из ванной и положила диктофон на туалетный столик, а сама стала выдвигать ящики и заглядывать внутрь.

«Какие эмоции переполняли ее душу, пока она дожидалась своего былого возлюбленного Грегори Ньюхолла? — Филлис вытащила каждый ящик, перевернула, потрясла, пошарила рукой внутри тумбочки. Ничего. — Может быть, она готовилась к скандалу? Собиралась оправдываться? Не исключено также, — тут Филлис выдержала драматическую паузу, — что в ее душе еще теплилась романтическая искра, готовая воспламениться вновь память о былой любви».

Надо будет заглянуть в стенной шкаф, подумала Филлис. Вдруг там что-нибудь отыщется? Она резко обернулась, шагнула к шкафу и распахнула дверцу. Прямо перед ней стоял незнакомый мужчина. Вид у него был ошарашенный.

Филлис заверещала и инстинктивно присела, чтобы хоть как-то прикрыть наготу. Мужчина развернулся и нырнул куда-то в глубь шкафа. Филлис увидела приоткрытую дверь, сумрачный свет, проникавший из соседнего номера.

— Ах ты, сукин сын! — заорала журналистка и, забыв о приличиях, кинулась в погоню за неизвестным.

Глава 22

Карен разогрела консервированный суп, поставила на стол две тарелки, вынула из холодильника вчерашние булочки. Завтра, хочешь — не хочешь, придется идти в магазин. Продукты кончаются. Карен с ужасом думала о том, что придется у всех на глазах идти по супермаркету, ощущая вокруг себя тяжесть осуждающего внимания. Но выбора не было.

Обед прошел в полной тишине. Внезапно Дженни сказала:

— Я должна сегодня вечером быть в школе. Ты меня отвезешь?

— Это еще зачем? — нахмурилась Карен.

— Как зачем? Сегодня четверг, у нас репетиция хора, — подчеркнуто терпеливо объяснила Дженни. — Если я пропущу, мне не разрешат участвовать в концерте.

Карен встала, налила себе холодного чаю. Она тянула время — не знала, что ответить. У Карен было ощущение, что Дженни нарочно устраивает ей эту проверку.

— Что за глупости! Придумали тоже — концерт в честь выпускного вечера. Довольно глупо устраивать выпускной вечер после каждого класса, — жалобным тоном произнесла она.

Но Дженни была не из тех, кого можно сбить с толку.

— Так ты отвезешь меня или нет?

— Но ты ведь даже на уроки сегодня не ходила, — напомнила девочке Карен.