Джилл Мансел - Мой лучший любовник

Распахнулась дверь, и появилась Габриелла.

— Невероятно! Харри Фицаллен, ты стал еще красивее, чем раньше! Это самый потрясающий шрам, который я когда-либо видела… — она указала на неровность вдоль скулы Харри, — и все женщины в этой стране мечтают, чтобы ты их спас!

У Сюзи появилось искушение поднять руку и заявить:

— Вообще-то все женщины, кроме меня. Именно голос Габриеллы она слышала в коридоре за несколько минут до этого. Другой голос принадлежал доктору Хаббл.

— А он достался тебе, — сказала Гкбриелла Сюзи с улыбкой. — Вероятно, ты испытываешь огромную радость. Я так счастлива за тебя, правда счастлива… это самая лучшая новость!

Она говорила от души, насколько поняла Сюзи, а Габриелла обняла сначала ее, а потом Харри. В ее голосе не было ни тени цинизма, который так чувствовался у Лео.

Сюзи полюбопытствовала:

— Ты знаешь доктора Хаббл?

— Монику? О да, мы вместе учились в медицинской школе! Мы менялись парнями. — Габриелла рассмеялась. — Однажды у нас даже был один труп на двоих на занятиях по анатомии. Мы с Моникой прекрасно ладим!

Сюзи мысленно нарисовала эту картину. Две миниатюрные девушки, обе хорошенькие, как на картинке, а в придачу и студентки-медички. Этого было достаточно, чтобы у шумной специалистки по недвижимости весом девять с половиной стоунов развился комплекс…

Но у меня не может быть комплексов, напомнила себе Сюзи, потому что я ими никогда не страдаю.

Во-первых, у нее была настоящая фигура, которая не шла ни в какое сравнение с этими воробьиными мощами.

Во-вторых, у нее была масса талантов.

И потом, нравилось ей это или нет, у нее был Харри.

— Кстати, насчет дома твоей матери, — вспомнила Габриелла. — Знаешь, он прекрасен, и он нам очень нравится, но, прежде чем решить, мы хотели бы посмотреть несколько других вариантов. — Она дотронулась до рукава Сюзи. — Надеюсь, ты не возражаешь.

— Конечно нет, — соврала Сюзи, хотя она сильно возражала. Она была уверена, что они оба были в восторге от дома, и теперь чувствовала себя… оскорбленной в лучших чувствах.

Как если бы бездетная пара восхищенно агукала над вашим ребенком, но, когда вы предложили бы усыновить его, они торопливо пошли бы на попятную, объяснив, что хотят кого-нибудь посимпатичнее.

— Кто знает, — радостно сообщил Харри, — сейчас все так закрутилось, что, возможно, я сам куплю этот дом.

Конечно, это тоже было ложью. Харри просто рисовался, показывая, что он сравнялся с Лео. Но Сюзи все равно была ему благодарна. Хорошо, что Харри был на ее стороне; он почувствовал, что она уязвлена, и пришел ей на помощь.

Конечно, образно выражаясь. Пройдет еще много времени, прежде чем Харри сможет реально прийти куда-либо.

— Пожалуйста, Харри. — Дежурная вернулась в палату и прошла мимо Габриеллы и Лео. — Чашка хорошего чая, — ворковала она, — приготовлен так, как вы любите. И пара конфет из чистого шоколада. — И добавила театральным шепотом с гордым выражением: — Это «Маквити».

За ее спиной Габриелла выразительно округлила глаза, глядя на Сюзи, и прошептала:

— О, «Маквити».

Благодаря этому Сюзи почти простила Габриеллу за пренебрежительное отношение к дому ее матери.

— Мне нужно идти. — Включив телефон. Сюзи наблюдала, как на дисплее стали появляться все новые сообщения.

— Ладно. — Харри протянул к ней здоровую руку. — Ты говорила, что Джез и Селеста возвращаются сегодня? Если Джез захочет меня навестить, — добавил он небрежно, — я буду рад.

Ну, ты даешь, Харри.

Сюзи пришлось склониться над постелью Харри, чтобы поцеловать его на прощанье. Она не могла его просто чмокнуть. Ей пришлось изобразить поцелуй, который означал я-стала-невестой-супергероя.

Она надеялась, что при этом не выставила трусы цвета розовой фуксии на обозрение Габриеллы и Лео, стоящих за ее спиной.

— Я тебя люблю, — прошептал Харри, нежно погладив ее по горячей щеке.

— Я тоже тебя люблю, — в ответ выдавила из себя Сюзи.

Но почему, почему я должна заставлять себя говорить это? Почему я не могу тебя полюбить? Тогда жизнь стала бы намного проще.

— Мы скоро увидимся, — ласково произнесла Габриелла. когда Сюзи уже собралась уходить. — Представляешь, мы будем свояченицами! Разве это не здорово?!

Сюзи не нужно было смотреть на Лео, она и так знала, что у него на лице презрительное выражение. Даже его лосьон после бритья имел циничный запах. Он думал, что она снимает сливки и пользуется популярностью Харри-Героя.

Лео ее презирал, поняла Сюзи. А так как он не собирался покупать дом Шелдрейк. она не видела причин, почему ей нужно было и дальше соблюдать приличия.

Она ответила Габриелле:

— С нетерпением жду, когда мы станем свояченицами, но не могу сказать того же о Лео.

Люсиль совершала пробежку по Висячему мосту вместе с парой шотландских терьеров в ошейниках со стразами, когда заметила бегуна, который двигался навстречу с другого конца моста.

На Джезе Дрейфуссе были темные очки и черный спортивный костюм. Люсиль ободряюще свистнула безнадежно разжиревшим терьерам и постаралась проигнорировать Джеза, когда они достаточно сблизились. Она узнала его, потому что он был известен всем, но он не имел понятия, кто она такая.

Но когда почти в самом центре моста их пути пересеклись, Джез пробормотал:

— Привет, Люсиль.

К большой радости собак, Люсиль остановилась.

— Салют! Как вы меня узнали? — Она уперлась руками в бока и улыбнулась. — Или кто-то сделал у меня на лбу татуировку с моим именем, пока я спала?

Джез снял очки и прислонился к одной из каменных опор. Он только что вернулся с Антигуа и был коричневым от загара.

— Красивая девушка, волосы с бусинами, профессионал по выгулу собак… может, я ясновидец, но мне казалось, что в Клифтоне не так уж много таких.

— Кто сказал, что я профессионал по выгулу собак? — возразила Люсиль. — Может, они мои.

Они с Джезом одновременно взглянули на пыхтящих, перекормленных терьеров со стразовыми ошейниками, сияющими на солнце.

Джез поднял бровь и посмотрел на Люсиль.

— Ладно, — Люсиль признала поражение, — может, они и не мои.

— Как идут дела? — спросил Джез. — Как вам живется с моей бывшей женой?

Люсиль озорно парировала:

— А вы этого уже не помните?

— Учитывая состояние, в котором я пребывал, — он сожалел, — я плохо помню. Если честно, все было как в тумане. Впрочем, мне запомнилось, что на меня часто кричали.

— Сюзи на меня не кричит. Мы хорошо с ней ладим. — Люсиль помолчала. — Вы знаете, что она выходит замуж?