Аира - Фей для Ксюши

- Надеюсь, ты не собралась сбежать? - раздавшийся позади меня голос едва не заставил меня подпрыгнуть.

Я медленно обернулась - не то чтобы мне было страшно, но однозначно, комфортной ситуацию я бы не назвала тоже.

У входа в коридор, в котором уже целую вечность назад скрылся Тимка, засунув руки в карманы темно-коричневых брюк стоял тот самый Сергей, что прибегал на кухню за тетей Надей. Сейчас он казался старше, возможно из-за усталых морщинок вокруг глаз, а может в прошлый раз я его просто плохо рассмотрела. Но, по крайней мере, на викинга он все еще был похож. Интересно, это Фейкин отец? И если так, то возможно ли, что у Фейки вырастет такая же борода? - Было б неплохо попробовать ролевые игры с нападением викингов на мирных селянок.

- Нет, - тряхнула я головой. - А стоило бы?

- Ну-у, - усмехнулся он. - У нас большая семья и в некотором смысле тяжеловатая для восприятия. Даже один Тимофей сам по себе "выдающаяся" личность, требующая ангельского терпения. Кстати, не знаешь, что случилось с его волосами? Мне казалось, он собирался отрастить их как можно длиннее к концертам в Питере, а до них, насколько я помню, осталось всего неделе две.

Я кажется слегка покраснела. Впрочем, это не помешало мне с неудовольствием отметить, что мне ни про какие концерты в Питере Тим сообщить не удосужился. Вот ведь засранец!

- Кажется ему попался не слишком хороший парикмахер, - все же ответила я.

- Хм... надеюсь он не пострадал?

- Не-е, - мотнула я головой, не уточняя, что "парикмахера" немножко отшлепали, заставили готовить, и в довершении лишили невинности. Мелочи, правда.

- Хорошо... Так и почему же ты в уличной одежде? Тебя никто не обидел? Тим? Или Ни...

- Мы идем на свидание, - перебил Сергея запыхавшийся Тим, внезапно появляясь из коридорчика. - Пока, пап.

Сергей задумчиво взглянул на сына, словно собираясь что-то сказать ему, но передумал, ограничившись фразой:

- Долго не болтайтесь.

- Мне больше восемнадцати, - напомнил Фейка, на ходу натягивая куртку и ботинки.

- Я помню. И долго не болтайтесь.

- Ладно, - Тим выпихнул меня на улицу и закрыл за собой дверь.

- О чем вы говорили? - Тим не очень-то романтично тащил меня следом за собой и кажется злился.

- Ни о чем...

Мы обогнули дом слева и оказались в саду - по крайней мере, кругом были деревья, скорей всего яблони, хотя в темноте не так уж много можно было рассмотреть.

- Ни о чем?

- Слушай, чего ты взъелся? - я попробовала вырвать руку, но Тим держал крепко. - Твой папа всего лишь спросил не собираюсь ли я сбежать. И я кажется дала неверный ответ!

Он вдруг остановился так, что я едва не впечаталась в его спину.

- Эй, прости, - судя по голосу он действительно чувствовал себя виноватым. И есть за что! - Я не хочу чтобы ты сбегала, - Тим сгреб меня в охапку и поцеловал, перекрыв доступ кислорода к мозгу - наверняка, он сделал это специально, чтобы я хуже соображала. И у него получилось - в животе стало щекотно, а тело обмякло, едва удерживаясь в вертикальном положении из-за предательски дрожащих коленок.

- Как ты относишься к сексу на свежем воздухе? - хрипло поинтересовался Тим некоторое время спустя, упираясь мне в бок своей явной готовностью осуществить задуманное в случае положительного ответа.

- Не дождёшься.

- Я так и знал, но попробовать стоило, - он нехотя отстранился от меня и, взяв за руку, бесяче-медленно направился вглубь сада.

- Что мы делаем?

- Гуляем под звездами...

- Небо хмурое.

- Ну и что? Звезды-то всё равно никуда не делись.

- Но их не видно.

- Я уверен у тебя хорошее воображение.

- Ты - сумасшедший.

- Да, детка, ты сводишь меня с ума.

Решила не отвечать - иначе эта глупая перепалка "ни о чём" могла затянуться на долго, а меня совсем другие вещи интересовали сейчас гораздо больше и портили весь кайф от долгожданой романтической прогулки под хм.. звездами.

- Почему ты не сказал мне про ваши концерты в Питере?

- Просто не успел, - без запинки ответил Тим и это было похоже на правду. - Нам предложили сделать три выступления в клубах вот и всё - ничего грандиозного. Хочешь поехать со мной?

- Не знаю...

Мы прошли еще немного вперед и невидимая глазу тропинка - я верю, что она там была - нырнула вниз. Впереди плескалась река, на берегу которой, чуть правее предполагаемого спуска, перемигивались желтые огоньки - красиво... но я не могла заставить себя замолчать, рискуя испортить всю прелесть момента.

- А Ника твоя троюродная сестра?

Вот этот вопрос ему откровенно не понравился - рука, до этого нежно сжимающая мою ладонь, вдруг напряглась, почти до боли стиснув мои же пальцы.

- Типа того, - сухо ответил Тим. Не информативно как-то и сразу понятно, что развивать эту тему у Фейки желания нет. Но пребывать в неизвестности мне тоже как-то не улыбалось:

- Как это "типа того"?

Тим тяжело вздохнул и, вероятно, сморщился - его лица мне было не видно, фонари остались далеко позади, а здесь только огоньки перемигивались и манили, умоляя заткнуться и наслаждаться уже тишиной, покоем и присутствием любимого человека.

- Год назад дядя Витя, мамин двоюродный брат, женился на Ирине Александровне, Никиной маме...

- Угу... - пробормотала после секундного размышления. - То есть фактически она тебе "никто".

- Никто. Что ты вообще с этой Никой привязалась? Пойдем, там на берегу сюрприз.

- Приятный?

- Надеюсь, - проворчал Тим и потащил меня дальше.

Мы спустились к берегу. Под ногами шуршали камни, словно не река здесь, а какое-нибудь море с галечным пляжем - не хватало только шума прибоя и крика чаек, да откуда-то оттуда, из темноты другого берега, несло осенним холодом.

И огоньки теперь приобрели форму, превратившись в фейерверк сказочных фонариков, развешенных на деревьях и просто расставленных рядышком с большими садовыми качелями, больше напоминающими подвешенный в воздухе диванчик. Интересно, когда Фейка успел сотворить все это? Неужели, пока я его возле дверей поджидала? Но вряд ли он успел бы - сколько я там пробыла-то? минут пять-семь?

- Эй, тебе нравится? - Тим обнял меня сзади за талию, плотнее притянув к себе и устроив свой подбородок на моем плече.

Я молча кивнула. Хотелось развернуться, уткнуться ему носом в шею, поглубже втянуть ставший таким родным запах, потом нежно прикусить кожу, почувствовать как Тимка заводится от этого нехитрого действия, а потом целоваться, целоваться, целоваться...

- Губы обветрятся, - ехидно произнес Тим мне в ухо.

- Чего?

- Если столько целоваться на ветру, губы обветрятся, - пояснил Фей. Видимо, о своем последнем желании я сообщила вслух. - Хотя я, конечно, не против.