Сара Болл - Девять месяцев

Ну а теперь давайте перейдем к следующей женщине, пожалуйста!

— Разумно, — одобрила меня Максин. — Значит, эротические вечеринки — просто дополнительный заработок?

Я заерзала на стуле. Если я скажу, что Харли просто выдумала это, то привлеку очередное ненужное внимание.

— Наверное, — покорилась я и бросила на Харли злобный взгляд. Мне казалось, будто мне снится школьный кошмар и я стала посмешищем всего класса.

Внимание наконец переключилось на следующую женщину, которая представила нам всем Клер, парикмахера на дому, которая любила в свободное время ходить в театр.

Я осуждающе смотрела на Харли, которая продолжала хихикать, пряча лицо в воротник свитера.

— Ты бы видела выражение своего лица! Настоящая комедия! — сказала она.

Я отвернулась, мне было совсем не смешно.

Каждая по очереди представила соседку и рассказала о ее увлечениях. Когда закончила последняя беременная, я не могла вспомнить ни одного имени, ни одного хобби.

Большинство женщин, к моему удивлению, оказались старше меня. Я читала, что современные женщины стали позже заводить детей, но не ожидала, что окажусь исключением. Хорошо хоть Харли выглядела моложе меня и по развитию напоминала школьницу. Была еще одна женщина, очевидно моего возраста, достаточно милая, но она старалась не смотреть в нашу сторону. Думаю, Харли ее напугала.

— Итак, мы все познакомились, теперь позвольте мне поздравить вас с неизбежным. Вне всякого сомнения, это очень необычное время для всех вас. Может, для кого-то даже пугающее или невыносимо тяжелое. Уверена, что вам многое нужно обдумать. Итак, моя работа как физиотерапевта заключается в обсуждении с вами некоторых вещей. Например, вашей позы, — начала она, обведя нас взглядом и задержавшись на Харли. — Для начала, вот этого я не хочу видеть, если вы хотите быть в состоянии подняться по лестнице без корсета. Сейчас я вас прошу сесть ровно на стуле. Вот так лучше, — добавила она, когда Харли выпрямилась, возмущенная, что ей указывают, как надо сидеть. — И еще очень многие из вас сидят скрестив ноги, — продолжила она.

Мы поспешили сесть правильно, пока нас не использовали в качестве примера.

— Теперь вы почувствовали, как вам стало удобнее? — спросила она самодовольно.

Я кивнула в знак согласия, хотя сидеть не скрестив ноги было для меня так непривычно, что у меня сместился центр тяжести и мне начало казаться, что я могу перевернуться.

— Также мы обсудим расслабление, упражнения и непосредственно роды, — продолжила она. — Акушерка проведет с вами остальные занятия. Но прежде всего мне бы хотелось провести с вами самые важные упражнения по моей специальности — упражнения на полу для области таза.

Кабинет мгновенно разделился на тех, кто читает журналы и знает, как такие упражнения могут улучшить половую жизнь, и тех, кто журналов не читает. Первые закивали со знанием дела, вторые смотрели на Максин в полном недоумении.

Она углубилась в преимущества упражнений для области таза, говоря об их способности облегчить роды и предотвратить недержание мочи. Она подчеркнула, что это не такое уж редкое явление и что некоторые женщины и много лет спустя не могут заниматься аэробикой из страха опозориться.

Хорошо, она меня убедила.

Она встала в центре кабинета: ноги на ширине плеч, колени согнуты, таз направлен вперед. Это была недостойная поза для всякой уважающей себя женщины.

— Представьте себе, что вы сидите на унитазе, собираясь сходить по-маленькому, и сдерживаете себя. Именно эти мышцы вам нужно научиться напрягать. Напрягите их настолько долго, насколько можете, потом расслабьтесь и повторите снова. Если вы хотите проверить силу вашего напряжения, просто вставьте два пальца во влагалище и сожмите мышцы. Не сейчас, конечно, — пошутила она.

Хорошо, ее терминология не такая уж шокирующая. Но все равно было что-то неприличное в том, как прямолинейно эта странная женщина обсуждала с нами эти вопросы. Я снова заерзала на стуле, смущенная видом Максин с широко расставленными ногами прямо передо мной и двумя пальцами на уровне промежности, демонстрирующей, куда мы должны их засунуть.

Последний раз мне приходилось присутствовать на похожем обсуждении в школе, на «специальных занятиях», на которые мальчики не допускались. Занятия проводила эксцентричная женщина в розовом свитере, которая называла нас маленькими цветочками и учила пользоваться тампоном, помещая его в стакан с водой и демонстрируя, как он распухает.

Я обвела взглядом женщин, чтобы оценить их реакцию, но никто не хихикал, напротив, они смотрели Максин прямо в глаза и не выглядели шокированными. Я изо всех сил старалась принять расслабленную позу, но все равно чувствовала себя не в своей тарелке. Мне захотелось, чтобы Мэгги и Элис были сейчас со мной.

Именно в этот момент дверь распахнулась и в кабинет вошел парень с перевязанной рукой. Он столкнулся нос к носу с Максин, изображающей, как она вводит два пальца во влагалище. Он смутился и начал извиняться, пряча глаза.

— Все в порядке, дорогуша, — сказала Максин парню. — Я просто демонстрировала женщинам свою промежность. Это моя работа. Можешь остаться, если хочешь, уверена, что ты не откроешь здесь для себя ничего нового. Я не стану спускать трусы.

Испуганный молодой человек в спешке бежал, ударясь больным локтем о дверной косяк.

— Вот так, мы от него избавились, — засмеялась Максин и продолжила объяснения. — Итак, выполняем все вместе. Раз, два, три, сжимайте! — сказал она, и в комнате воцарилась гробовая тишина. Можно было услышать, как булавка упала в коридоре. Максин обвела нас взглядом. — Не забывайте дышать. Не ограничивайте себя в кислороде. Пятнадцать женщин разом выдохнули с облегчением.

— Есть другой способ проверить силу ваших мышц — привлечь для этого вашего партнера, если вы понимаете, что я имею в виду, — продолжала она, пока мы, согнув ноги в коленях, сжимали и разжимали мышцы. — Просто напрягите мышцы и спросите, что он почувствовал. Если он стал выглядеть как яблочный огрызок, немного расслабьте мышцы.

Некоторые женщины нервно рассмеялись.

— Похоже, я вас немного смутила, подруги, — сказала Максин, чувствуя, что ее последнее замечание вызвало у некоторых неловкость. — Существуют гораздо более неприятные вещи, уверяю вас. Это правда, что говорят: оставьте вашу гордость за дверями в родильный зал. А я бы не стала подбирать ее и на пути обратно. После рождения двух детей я навсегда перестала смущаться. Я могу скинуть трусы посреди улицы, даже не потупившись!

Почему-то я с легкостью поверила ей.